Князь Медведев. Слово рода - Вячеслав Николаевич Уточкин

— Не пойдёт, — покачал головой я.

Возмущение, украсившее постное лицо Аркадия, стало мне наградой.

— Вы, Михаил Вячеславович, — скривился он, — ещё неделю несовершеннолетний. И не имеете права высказывать своё мнение при переговорах взрослых, наделённых силой людей.

Больше всего на свете меня раздражают зарвавшиеся бюрократы. В моём мире многие из них путали свою хитрожопость с умом и эрудицией, считая всех остальных тупым быдлом.

Но опускаться до спора с ним я не стал и посмотрел на Алёну.

Девушка, правильно истолковав мой взгляд, подошла к «этюднику», достала чистый лист и ручку. Приподняв бровь, с вопросом посмотрела на меня. Я взял у неё и перо, и бумагу, пристроился за этюдником и начал писать:

' Я, Шевченко Аркадий Андреевич, обязуюсь организовать эвакуацию бойцов отряда специального назначения, находящегося под руководством Арзамасской Алёны Игоревны, и освобождённых заложников в течение суток. Клянусь силой своего рода.

Я, Арзамасская Алёна Игоревна, обязуюсь организовать через двадцать один день, начиная с сегодняшнего, прибытие моего подопечного Медведева Михаила Вячеславовича в храм Топь, где он должен пойти в Академию. Клянусь своей силой'.

Алёна прочитала новый текст и молча передала его Аркадию. При просмотре моих исправлений его брови поднимались всё выше и выше.

— Алёна Игоревна, надеюсь, это шутка? Особенно насчёт клятвы силой рода.

Я же, пользуясь тем, что «взрослые» заняты спором, подошёл к Стеле и незаметно прикоснулся к одной из её граней.

По трём оставшимся прошла световая волна. Обзор внешнего мира перекрыла надпись:

«Внимание, активирован скрытый протокол „Должник“! Выполнено условие: выжить. Для получения бонуса необходимо прибыть к старшей Стеле!»

Отдёрнув руку, я получил послание от Слова:

Подзарядка энергией достигла максимального значения в сто процентов.

Возможно восстановление сожжённых магоканалов

данного тела до пятидесяти процентов.

Приступить? Да/Нет.

Воспоминания о болезненном восстановления ещё не успели забыться, и я поспешно отозвался:

Нет!

За спиной повисла подозрительная тишина. Повернувшись, я увидел, что эффект от моего знакомства со Стелой произвёл на спутников ошеломительное впечатление. Оба потеряли дар речи и, приоткрыв рты, смотрели на меня широко распахнутыми глазами.

— Закройте рот и прекратите так на меня смотреть, — отрезал я. — Сам ничего не понял и вам не скажу.

Первым в себя пришёл дипломат.

— Этого не может быть! — заволновался он, аж подпрыгивая на месте. — Он же пустышка! Не верю!

Алёна же, подобрав отвисшую челюсть, сорвалась с места и стиснула меня в костедробительных объятиях. Да так, что было не вздохнуть. Буквально.

— Живой! Живой! — шептала она.

В перекрытый для кислорода мозг ворвалось Слово:

Для выживания в экстремальных условиях

предлагаю усилить мышечный каркас в два раза.

Потребуется двадцать процентов энергии.

Приступать? Да/нет.

Мысленно я дал команду на улучшение. Боль, разлившаяся по всему телу, была терпимой. Зато почти сразу хватка опекунши перестала перекрывать кислород.

Втянув в себя порцию воздуха, просипел:

— Я тоже тебя люблю. Только прошу выражать свои чувства сдержаннее. Тогда все будут живы и здоровы.

Алёна разомкнула свои стальные шпалы, по ошибке именуемые руками, и срывающимся голосом спросила:

— С тобой точно всё в порядке? Ведь ты, как и любой обнулённый, должен был погибнуть при соприкосновении со Стелой!

Всё тело после улучшения и объятий ныло, как больной зуб, и я, поморщившись, ответил:

— Чувствую себя нормально. Но словно получил разряд тока. Мышцы болят и судорогой сводит.

Несколько минут ошалевшая от радости Алёна и помрачневший Аркадий выдвигали гипотезы, как же такое могло произойти. Так и не придя к консенсусу, махнули рукой и вернулись к проблемам, ради которых собрались.

— Клясться силой рода никто не станет. По этому пункту категорическое нет. Потом, я вам что, высшая сущность, чтобы гарантировать эвакуацию? По вашей клятве, Алёна Игоревна, согласен, — вернулся к привычному безэмоциональному тону Аркадий.

— Ну что ж, значит, не договорились, — не стала вступать в дискуссию Алёна. — У вас есть час, чтобы попрощаться с родными. Мне терять нечего. Я объявляю Охоту на ваш род.

— Алёна Игоревна! — заволновался дипломат. — Так вести переговоры неприемлемо.

— А я не веду переговоров. Просто ставлю ультиматум. Я ничего не теряю при любых раскладах, всё равно меня ждёт обнуление. Долго я не проживу. А так хоть отомщу напоследок.

Она одарила Аркадия такой улыбкой, что даже я захотел согласиться на все её условия.

— Хорошо, я согласен по всем пунктам. Но клятва будет дана от моего лица. Родом рисковать не стану, — процедил тот.

Алёна уже раскрыла было рот, чтобы согласиться, но я её прервал:

— Это не обсуждается. Формулировка будет только такой, и никак иначе.

Алёна с удивлением, а Аркадий со злостью уставились на меня.

— Объяснитесь, — сквозь зубы выдавил дипломат.

— Вы — марионетка, выполняющая заказ, — пожал плечами я. — На вас давят или огромные деньги, или компромат. Думаю, ради решения проблемы вы, в крайнем случае, готовы к обнулению.

Я не видел смысла наводить тень на плетень и честно изложил свои подозрения. Да, в этом мире мне придётся начинать практически с нуля, но способность видеть людей насквозь осталась при мне.

Из облика Аркадия мгновенно исчезли серость и незаметность. Перед нами стоял хищный зверь, загнанный в угол, но готовый вцепиться нам в глотку.

Алёна шагнула вперёд, и от неё повеяло чистой дикой силой.

— Аркаша, ты, похоже, опять забыл о моем десятом ранге, — рыкнула она.

Хищный зверь, проснувшийся в Аркадии, так же смело и решительно спрятался назад. А оставшаяся серая посредственность обречённо согласилась на наши условия.

Они встали у Стелы и, приложив правые ладони к пирамиде, зачитали составленную мной клятву.

Стоило им закончить, как от пирамиды разошлась волна света, — Стела приняла клятву.

Хмурый Аркадий трансформировал этюдник обратно в дипломат и, не попрощавшись, вышел в автоматически открывшуюся дверь.

Мы с Алёной проводили его взглядом, и, как только дверь за ним закрылась, девушка задумчиво протянула:

— Думаешь, это поможет спасти ребят?

— Уверен в этом, — кивнул я. — Теперь он наизнанку вывернется, но выполнит обещанное.

Изначально я планировал, что Алёна даст у Стелы клятву отомстить, делая ставку на обычный шантаж, но тут так удачно подвернулась эта история с Охотой. Ну а дальнейшее было делом техники.

На самом деле, Алёна сама всё придумала, от меня потребовалось лишь дать ей стартовый импульс.