Аллер. Том 3 - Олег Сынков

— А теперь — свободны!

И мы разошлись, конечно, все по своим делам. А когда мы с Батом выходили из кабинета Отца, Бат спросил:— А где Краф?

Я крутанулся на месте, но так и не увидел его. А правда, где он?

— Наверное, проверяет своих родственников. Пойдём посмотрим.

И мы с Батом пошли туда, где было гнездовье Тира и Тисы.

Когда подошли, то увидели такую картину: Краф играл с двумя маленькими НЕУ, а их родители тихо стояли в сторонке и наблюдали за игрой Крафа и двух малышей.

— Надо же, он как дядя для них, а что он делает вообще? Непонятно, играет или обучает их.

Мы ещё понаблюдали так немного, чем они заняты, и стало понятно, что он обучает молодых НЕУ.

Когда мы это поняли, мы вышли из-за укрытия, откуда наблюдали за ними.

— Краф! — позвал я питомца, на что Краф что-то прошипел на маленьких НЕУ, и те сразу устремились к отцу с матерью, где за их спинами и спрятались.

От автора: вы уже читаете третью книгу. Если вы не подписались на аккаунт, то я попрошу вас сделать это. А ещё поставьте лайк там, где сердечко на сайте.

Мои велоцирапторы Тиса и Тир, увидев меня, сразу рванули ко мне. Я выставил ладошки для приветствия, чем они сразу и воспользовались, поздоровавшись, ткнув своими носами в них. А два малыша, прячась друг за друга, начали потихоньку приближаться к нам.

— Один самец, другая самка, — сказал Бат.

— Похоже на то, — сказал я. Когда они уже близко подошли, я протянул руку к маленькому самцу. А он сразу показал характер и зарычал, на что сразу получил ответ от Рита и Крафа в виде непонятного мне звука, но оба они были одинаковы. После этого маленький самец перестал показывать свою агрессию и дался мне в руки. Я сразу взял его и поднял на высоту своей груди и понял, что ему это не по душе. Пришлось успокаивать его то поглаживанием, то голосом. Бат взял самочку, та даже не рычала и, скорее всего, уже привыкла к рукам людей. Она была вылитой Тисой, но в миниатюре, с такой же миловидной мордашкой по сравнению с самцами.

Малыши наконец расслабились в наших руках, и напряжение в воздухе словно растворилось. Их маленькие глазки внимательно изучали меня, а я, в свою очередь, не мог оторвать взгляда от этих живых искр любопытства и доверия. Казалось, что между нами возникла невидимая связь, прочнее любых слов. Я осторожно опустил самца на землю, и он, слегка покачиваясь на лапах, сделал несколько неуверенных шагов, оглядываясь по сторонам. Самочка тем временем уже уверенно стояла рядом с Батом, словно говоря: «Я в безопасности».

Тиса и Тир, наблюдая за происходящим, тихо переглядывались между собой, время от времени бросая взгляды на малышей. Их поведение было необычайно терпеливым и заботливым, что не могло не радовать. Я понимал, что для них это не просто малыши — это часть семьи, и каждый новый день с ними приносит что-то особенное.

Мой питомец Краф как бы снисходительно наблюдал за этим процессом.

Тир же, напротив, проявлял живой интерес, то и дело подталкивая носом маленького самца, словно приглашая к игре. Я улыбнулся, наблюдая за этой картиной. Взаимодействие между ними было таким естественным, таким искренним.

— Похоже, они быстро осваиваются, — сказал Бат, поглаживая самочку по голове. Она прильнула к его руке, мурлыча что-то на своем, велоцирапторском языке.

Я присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с маленьким самцом. Он осторожно подошел ко мне, обнюхал мою протянутую руку, а затем, осмелев, ткнулся носом в ладонь. Его кожа была теплой и бархатистой на ощупь. Я почувствовал легкое покалывание, словно электрический разряд пробежал по моим пальцам. Это было удивительное ощущение — смесь нежности и дикой, первобытной силы.

— Как их назвали? — спросил я, не отрывая взгляда от малыша.

Появился один из смотрителей дворца и сказал:— Ваша сестрёнка уже дала им имена. Самца зовут Гром. Он такой же своенравный, как и его имя.

Я кивнул. — Мне нравится. А самочку?

— Она такая же изящная, как Тиса, её она назвала Заря.

— Заря, — сказал я. — Это звучит красиво. Заря и Гром.

Малыши, словно поняв, что речь идет о них, синхронно подняли головы и посмотрели на нас своими блестящими глазами. В них читалось любопытство и, возможно, даже некое понимание. Я был уверен, что они быстро привыкнут к своим именам.

Тиса и Тир подошли ближе, осторожно обнюхивая малышей. Тиса нежно ткнулась носом в Зарю, а Тир, после некоторого колебания, сделал то же самое с Громом. Это был их способ показать, что они часть их мира.

Я чувствовал, как мое сердце наполняется теплом. Эти существа, когда-то считавшиеся свирепыми хищниками, теперь были для меня чем-то особенным. Каждый день, проведённый с ними, был наполнен новыми открытиями, новыми эмоциями. Я знал, что впереди нас ждёт ещё много приключений, много разных моментов. И я был готов к ним. Мои велоцирапторы, мои друзья, а самый главный из них — мой Краф.

Который, кстати, тихо сидел и наблюдал за всеми движениями и людей, и велоцирапторов. Что у него там в голове, можно было только догадываться, но смотрел он умным и проницательным взглядом на всех нас.

Появилась сестрёнка, она сразу кинулась мне на шею, крепко прижимаясь ко мне.

— Итила, какой ты стала красавицей! — сказал Бат.

А когда она также поступила с Батом, как и со мной, я тоже оценил и её красоту, и женственность. Цветок распускается, — подумал я, — скоро от женихов отбоя не будет. А когда она уже поздоровалась с нами, то переключилась на Неу.

— Ну как вам мои ящеры? — спросила Итила.

— Твои? — переспросил Бат.

— А то чьи же? — грациозно помахивая рукой, сказала Итила, подзывая движением руки маленьких Неу.

Они моментально оказались возле Итилы. «Надо же!» — удивился я.

— И давно ты с ними, Итила? — спросил я тихо, чтобы не спугнуть такую идеальную картину: девочка с динозаврами.

— Две недели, как только они появились.

Я сразу задумался: да и здесь тоже время летит. Не успел появиться здесь, а уже столько всего произошло. А время… оно просто бежит, набирая обороты,