Великий диктатор 1-5 - Alex Berest
— Стоп, стоп. Дядя Ээро, как вас понимать? Вы раньше, ещё до беседы со мной, решили отнять у меня моих пионеров?
— Матти! Не смей перебивать старших! — прикрикнул на меня дед. — Если бы хотели отнять, то отняли бы, и никто с тобой этот разговор не затеял бы. Немедленно извинись!
— Простите, херра Эркко. Сорвался.
— Понимаю, Матти. И ты прав! Если ты не дашь своё согласие на использование твоей идеи, то мы её применим и без тебя. Хотя, я этого очень не хочу! Мы сошлись во мнении, что с тобой, как с идейным руководителем, пионерская организация будет более жизнеспособна. Понимаешь, о чем я? Слова объяснять не надо?
— Не, я понял.
— Ты известен в княжестве, у тебя есть награды, да ещё ты вполне обласкан властями, что только повысит шансы на создание и существование общенациональной детской организации.
— Буду диктатором без диктаторских полномочий? — усмехнулся я.
— Почему? Нет! Ты как раз идеологией и будешь заниматься. У тебя это прекрасно получается. Вот, например, твои олимпиады. Ну, где вновь создаваемым отрядам тренироваться? В той же стрелковой подготовке? А кто им форму предоставит, нашивки пошьёт или сопроводит сюда, к месту проведения всефиннских пионерских соревнований?
— И кто это всё сделает? — пробурчал я, прекрасно понимая, что, несмотря на свой внутренний протест, приму столь щедрое предложение.
— Представители тех партий, которые есть в каждом уезде. А здесь уже ты будешь проводить соревнования. И подавать пример, на который все должны будут равняться.
— Буду флагом?
— Именно! Флагом! Идеей! Примером! Мы решили, что сможем по-началу финансировать только десяток отрядов в каждой губернии. Но и это очень хорошо. Так ты согласен?
— Да, дядя Ээро! Согласен! А кто будет главным? Он? — и я кивнул на деда Кауко.
— Регистрация останется у него. А курировать всю организацию будет Пер Свинхувуд. Его кандидатура устроила всех.
Упс. Только этого монархиста мне не хватало! Хотя, вполне нормальная личность для подобного дела. Он давно хотел создать свою партию. А тут, как бы не покруче партии.
— И как это будет выглядеть? Ну, приём в пионеры? У нас же есть правила и нормы. Или будете назначать всех подряд? А номера отрядов? Я хочу, чтобы мой отряд так и остался первым.
— Тут всё просто. Представители проведут отбор у себя в населённых пунктах, и на Рождественские вакации привезут кандидатов тебе, сюда. А ты уже их и проверишь, и примешь. И заодно, сам раздашь номера отрядов. Устраивает?
— Вполне. А кто будет оплачивать их проживание и питание здесь?
— Об этом можете не беспокоиться, мой диктатор. Все финансовые вопросы мы утрясём с вашим… как вы себя назвали, херра Хухта? — обратился политик к деду.
— Пионервожатый.
— Вот, с вашим пионервожатым. Но это ещё не всё. Есть ещё два дела. Первое — очень простое, вот держи, — и он протянул мне почтовый конверт. — Это письмо от Аймо Кахмы. Моего племянника, того, в чей взвод достался твой пулемёт.
— Я помню. Мы же с его солдатами песню разучивали. А что в письме?
— Не знаю. Он написал мне и вложил конверт с письмом для тебя. Я чужие письма не читаю. Сам прочтёшь.
— Ясно. Хорошо. А какое второе дело? — но мужчина ответить не успел, вмешался дед Кауко.
— Моего присутствия больше не требуется? Я тогда пойду, а то дел ещё полно.
— Нет, херра Хухта. Вы ещё на несколько минут задержитесь. Это касается издания новой книги Матти.
— О как! И когда ты успел что-то написать? Чего мне не сказал и не показал? — наехал на меня дед.
— Нет, херра. Это касается его перевода «Книги Джунглей» Редьяра Киплинга, — главный аграрий повернулся ко мне и спросил. — Помнишь, я на твой день рождения взял почитать перевод?
Ну, ещё бы не помнить. Почти насильно уволок. Только перед фактом поставил, что возьмёт на почитать. Хорошо, что я по своей привычке перевод записал на финском и шведском, и в разные тетради. А то бы мне нечего было бы читать своим сельским охламонам.
— Так вот. Есть в Гельсингфорсе такое издательство, «Отава» (Otava). Её владельцем является Ханнес Гебхард, один из руководителей нашей аграрной партии, заведует кооперативным движением, — зачем-то стал мне объяснять подробности об этом человеке Ээро Эркко.
— Дядя Ээро, я помню херра Гебхарда. Он пару раз приезжал к нам, на конференции младофиннов. Так он тоже перешёл к вам в партию?
— Ах, да. А я и запамятовал, что через ваш кемпинг прошла, наверное, половина всех политиков княжества. Да, он тоже перешёл в мою новую партию. Но речь не об этом, а о том, что ему понравился твой перевод «Книги Джунглей», и он хочет его напечатать.
Что такое издательство «Отава» я узнал здесь очень рано. Где-то через год после моего попадания в это время. Когда сёстры обучали меня грамоте по шикарной, иллюстрированной азбуке. Учебник был напечатан именно этим издательством. Слово «отава» на финском, означает «черпак». И я очень удивился: почему так странно называется книгопечатная компания. Пока мне не объяснила мама, что «отава» — это не только черпак, а и созвездие «Большая Медведица», похожее на тот самый черпак.
— Ну, я не против. А как же автор? Редьяр Киплинг?
— С автором будут юристы компании разбираться, а ты мне скажи, ты только на финский переводил?
— Нет. Ещё и на шведский. Надо?
— Да. И если переведёшь на русский, то тоже мне отправляй.
* * *
На картошку я в этом году опять не попал. Меня вместе с Микки запрягли на чистку рыбы. Хоть мы и жили теперь больше половины года в городе, но навыка не потеряли. Вернее, быстро восстановили, когда нас дед турнул со стройки патронного завода на родной хутор. Датчане уехали на свою бывшую родину в поисках рабочих и я, как переводчик стал не нужен. А Микки, вместо того чтобы ждать повозки с кирпичами и их учитывать, повадился бегать купаться в мелкой и хорошо прогреваемой протоке. Деду это быстро надело,