Неукротимый Бастард 3 - Сергей Измайлов

Сама артель оказалась не просто большой кузницей, а целым производственным комплексом, затихшим после тяжёлого трудового дня. Большой собственный двор, несколько жилых строений, склады с сырьём и сараи с углём, мастерские для работы по металлу, склад готовой продукции. Сама кузница внушительных размеров с десятком печных труб над крышей говорила о большом количестве производимых изделий, с её устройством я скорее всего ознакомлюсь позже.

Каменский сказал нам подождать возле входа в здание, которое я окрестил «офисным», а сам вошёл внутрь. Не было его минут десять, за которые я успел осмотреться и примерно понять устройство артели.

А вообще чудно, что я, будучи практически признанным княжичем, наследником рода Пожарских, вынужден буду изображать из себя подмастерье и махать молотом только потому, что кому-то там я очень приглянулся. Ну просто бред какой-то. Но спорить по этому поводу и проявлять аристократическую спесь не видел смысла, да и в принципе это не моё, хотя пора бы уже привыкать.

Барон вышел из здания не один, а с крепким мужчиной в солидном возрасте и хорошо одетым, но без лишнего шика. Его внешний вид внушал уверенность, что несмотря на седые волосы и глубокие морщины, он сможет махать пудовой кувалдой ничуть не хуже молодого богатыря.

— Вот, Николай Владимирович, — сказал седому богатырю в дорогом кафтане Каменский, указывая на меня. — Мой племянник. Придержите у себя несколько дней, пока всё образуется. У него отец кузнецом был, правда опыта мало успел передать, но в качестве подмастерья сгодится, чтобы хлеб не за даром есть.

— Так-то парень бравый, — сказал хозяин артели. — Правда маленько суховат для молотобойца. Но ничего, разберёмся.

— Я в тебя верю, Николай Владимирович, — улыбнулся Каменский.

— Ты иди пока туда, — мужчина указал мне на длинное двухэтажное здание в противоположном углу от кузницы. — Второй этаж направо, третья дверь. Жди меня.

— Понял, — кивнул я, быстро, но с чувством пожал руки своим защитникам и быстрым шагом, не оглядываясь, направился к зданию.

А обернуться, признаться честно, очень хотелось. Я с этими людьми столько всего пережил, именно с этих людей и началось моё путешествие в качестве будущего мага, а потом и потенциального княжича. За одну последнюю неделю сколько раз спасали друг другу жизнь. Да я столько не пережил за те полвека, что провёл в другом мире.

Дыхание перехватило, а где-то внутри защемила тоска. Может я чересчур сентиментальный? Я ещё ускорил шаг, открыл дверь и буквально взлетел по крепкой деревянной лестнице на второй этаж. Войдя в нужную дверь, я сразу захлопнул дверь и подошёл к окну, глубоко и медленно дыша. Такое дыхание всегда помогало мне успокоиться и взять себя в руки.

Окно выходило не во двор, а в узкий переулок. Прямо напротив меня была покатая крыша какого-то складского помещения. Видок так себе, но два выясняющих отношения кота несколько отвлекли меня от грустных мыслей. Их возмущённые вопли оглашали притихшие к вечеру окрестности, а мне не хватало лишь ведёрка попкорна и удобного кресла, чтобы с комфортом наблюдать за ними.

Через несколько минут тихо скрипнула дверь, и вошел Николай Владимирович. У него в руках был какой-то длинный свёрток из мешковины, я сразу догадался, что там.

— Держи, это твоё, — сказал мужчина, протягивая мне свёрток. — Так ты, выходит, чародей?

— Маг, — поправил я его.

— Да какая разница, — махнул он рукой и улыбнулся, усаживаясь на единственный стул, а мне кивнул на кровать. — Да ты присаживайся, надо поговорить.

Я с удовольствием опустился на кровать, ноги уже гудели. Кровать оказалась жестковата, но уж точно не хуже той, что была у меня в Хорошевке.

— Не будем мы дурью маяться и делать из тебя молотобойца, — сказал вдруг Николай Владимирович совершенно серьёзно. — Не твоих рук это дело. Не смотри на меня так, я не говорил, что ты не справишься, просто зачем оно тебе? Отсидишься тут несколько дней тихонько, а как настанет время, выйдешь встречать своих. По территории артели можешь передвигаться свободно, за ворота лучше не выходи. До обеда лучше сиди в комнате, шныряют тут все, кому не лень, а вот опосля так пожалуйста.

— Так, а как же хлеб отрабатывать? — поинтересовался я.

— Барон отсыпал маленько, — усмехнулся мужчина, хлопнув себя по карману. — Тут и на хлеб, и на мясо хватит, за это не переживай. Может тебе надо чего, чтобы скуку скрасить? Книг по магии у меня нет правда, ты уж прости.

— А по истории царства? — спросил я.

— По истории? — Николай Владимирович задумчиво провёл рукой по волосам. — Найду что-нибудь. Располагайся тут пока, ужин через час принесут.

* * *

Эти три дня для меня были наверно сложнее, чем первые три дня пребывания в замке Пожарского, даже если вспомнить про попытку отравления. Нет ничего хуже и томительнее безделья и скуки, но я на самом деле не скучал. Теперь у меня было много свободного времени на медитации, изучение своего источника и магических каналов. А ещё на изучение истории Русского царства, Николай Владимирович смог-таки снабдить меня книгами.

Чем себя занять я нашёл, но это не мешало мне постоянно прислушиваться к каждому шороху, каждому приглушенному разговору в коридоре или под окном. Вероятность того, что меня всё-таки обнаружат люди Куракина или ещё кто-нибудь всё равно оставалась и при каждом подозрении на опасность, я гнал ману в правую руку, хватался за рукоять меча и готовился в любое мгновение размазать врага по стенке, если он не размажет меня первым.

Эти мысли и ожидания выматывали больше всего, но в итоге все подозрения оказались пустыми.

На третий день пребывания в артели ближе к полудню я уже сидел у окна на скрипучем стуле. Сегодня в Царьград должны приехать Пожарские, и я вместе с ними войду в святая святых Русского царства — в Царскую Магическую Академию. Сердце замирало от этой мысли, уже предвкушал увидеть башни и шпили, прикоснуться к древним знаниям и секретным техникам, постичь новые грани мастерства.

Похоже, с этими мыслями я и заснул, поставив локоть на подоконник, а ладонью подперев подбородок. Даже не слышал, как открылась дверь.

— Так, адепт Пожарский, почему спите на посту? — раздался над ухом до боли знакомый голос, вмешиваясь в сюжет сюрреалистического сновидения.

Я вскочил, как ужаленный. Прямо передо мной стоял барон Каменский при полном параде, никаких заношенных дорожных