Сергей Фрумкин - Боевое Братство

Председатель собрался с мыслями и затребовал тишины.

– Я не могу продолжить этого заседания, поскольку ясно вижу, что большая часть информации по-прежнему укрыта от Арбитража. Очевидно, что Рилиот и Тургаон действовали сообразно обстоятельствам, но действовали с поправкой на очень сильную личную заинтересованность. Очевидно так же, что ни Лига, ни Содружество Леноса не могут позволить этим альтинам и дальше самостоятельно и на свое усмотрение разбираться с ситуацией, затрагивающей интересы всего прогрессивного человечества. Мы должны знать все, что знают эти люди! Сообщите Рилиоту и Тургаону, что я желаю видеть их для выступления на Арбитраже. Немедленно и обоих.

Генерал Леверсон! Приказываю Вам принять на себя командование флотом и разобраться с ситуацией на Земле! Официальное предписание получите за подписью Совета Лиги. Оставьте столько кораблей, сколько потребуется, блокируйте планету и предложите преступникам условия добровольной сдачи. Доставьте сюда их представителей, а также часть плененных пиратами пассажиров, в том числе, конечно же, Линти и Кани, если обе девушки живы. Отправляйтесь сейчас же. Будьте на связи и не торопитесь применять силу.

Они стояли на корпусе небольшого спасательного бота – полированного, но покрытого окалиной от «тесного» общения с атмосферой планеты. Облаченная в боевые абордажные доспехи Братьев девятнадцатилетняя девушка и семнадцатилетний парень – в зеленом комбинезоне Брата-врача и с едва ли не таким же бледно-зеленым от недавно перенесенного ранения и душевных переживаний цветом лица.

Оба смотрели на юг. Бот покоился на воздушно-гравитационной подушке в полуметре над травой одинокого лысого холма, возвышающегося на самой границе между бархатистым мхом болота и непролазным хвойным массивом тайги. Холм не превышал высотой самых высоких деревьев, но то, что привлекало внимание молодых людей, не могли заслонить колыхающиеся на сильном ветре пушистые ветки – оно занимало почти всю линию горизонта с запада на восток. Снизу – зеленая полоса бесконечных лесов, посередине – широкая полоса пыли, огня и дыма, а выше – что-то темное, едва различимое и совершенно необозримое: нечеткая из-за дыма и разделяющего с ней расстояния, уходящая в бесконечность небес темная тень.

Порывы ветра все усиливались, угрожая скинуть двух неизвестных с их так не вписывающегося в окружающую зеленую панораму транспортного средства, а парень и девушка продолжали смотреть – потрясенно и зачарованно.

Неожиданно им показалось, что холм вздрогнул, как ни глупо это могло звучать. Затем, когда в лесу затрещали ломаемые непонятной силой деревья, холм уже заметно заходил ходуном, покрывшись уродливыми трещинами, посыпавшись кусками черной земли и обнажая толстые корявые корни древесных великанов.

– Землетрясение, – поняла девушка.

Спасательный бот не шевельнулся – он не опирался на грунт, а попросту висел над ним, позволяя людям без труда сохранять равновесие.

– Здесь все время так? – бесцветным голосом спросил парень, посмотрев вниз, на летящие по склону комья.

– Землетрясения? Видишь, какие высокие деревья – им по сто лет, не меньше. Неужели сам не понимаешь, что происходит?

– Откуда мне знать? Планеты крутятся вокруг своей оси и вокруг звезды. Почва ничем не закреплена, ее сносит…

– Глупости! Это твой «Улей». Волна от его удара о поверхность… Поздновато – наверное, корабль не сразу упал – двигатели сопротивлялись притяжению.

Парень вздрогнул, словно от боли в старой ране.

– Сколько до «Улья»?

– Не знаю. Мы вылетели из ангара, когда только-только вошли в атмосферу, и все время отдалялись, двигаясь по наклонной к земле, пока не включился автопилот. Затем отлетели еще на некоторое расстояние, уже не падая. После этого я сказала Мозгу бота отдалиться на сто километров. Итого, наверное, до «Улья» километров триста.

– Совсем рядом…

– По космическим меркам – да. По планетарным – не очень.

Колебания почвы стали чаще. Усилился ветер, наполнившись листьями, ветками, сухой хвоей. Лес застонал, как огромное живое существо. Почувствовав, что дальше стоять в полный рост небезопасно, люди соскользнули в люк своего бота.

Девушка первой заняла кресло пилота. Парень еще какое-то время стоял, погрузившись в себя. Вдруг он понял, что бот начал движение – за псевдостеклом носа и пола заскользили низкорослые березки болота.

– Линти, куда ты?

Девушка обернулась, осматривая своего «бледно-зеленого» напарника.

– Подальше от разрушений, которые уже принес и еще принесет твой «Улей». Кроме того, нужно найти город, людей, узнать, куда мы попали.

Бот поднимался все выше и выше в воздух. На юге все яснее вырисовывалась темная стальная стена бесконечной высоты. Парень смотрел туда и тяжело дышал.

Линти еще раз осмотрела товарища. Тому явно требовалась помощь – если и не врачебная, то хотя бы дружеская.

– Наверное, ты прав, Григ, – серьезно сказала девушка. – «Улей» не разбился – последствия должны были быть разрушительнее. Удивляюсь, как я сразу не предвидела, что ждет планету, взорвись здесь твой мир. Так обрадовалась спасению, что забыла о собственной безопасности. Разрешила боту приземлиться…

– Я и сам знаю, что «Улей» не поврежден.

Линти широко распахнула свои и без того огромные ярко-синие глаза:

– Откуда?

– Чувствую. «Улей» цел. Бог жив. Но там переполох, боль, тревога…

Григ оперся о спинку кресла, пошатнулся и понял, что ему лучше сесть.

Под корпусом бота мелькали все мыслимые и немыслимые оттенки зеленого, коричневого, голубого и желтого. Настолько же непривычные для жителя космического города, насколько они были бы непривычны для обитателя подводного мира или жителя слепяще-белого царства вечной мерзлоты…

Прошло всего две с половиной декады с того дня, как Григ в последний раз выходил из «Улья» в открытый космос на своем самом близком и единственном друге – маленьком одноместном паруснике – переполненный убеждением, что героическое, но спокойное, устойчивое, простое и правильное существование общества искателей приключений продлится бесконечно долго, что «Улей» вечен, что Братство несокрушимо, что Отец всесилен, что Кас непобедим, что Первый Уровень – Олимп, настолько же недосягаемый, насколько и наивысший как с этических, так и с материальных соображений.

Всего две с половиной декады…

Но четырнадцать дней назад все изменилось: другая цивилизация, другая систему ценностей и человеческих отношений – в качестве диверсанта Грига отправляют на грузопассажирский галактический лайнер тарибского торгового флота. Затем – первая абордажная экспедиция Грига, более того – экспедиция, в которой он командует бригадой Демонов – лучших из лучших Старших Братьев. Командует теми, чье слово для него самого все еще было законом…