Дэвид Вебер - Тень свободы
– Новые оскорбления, капитан? – По губам Дуэньяса скользнула ехидная усмешка. – Они похоже становятся несколько менее резкими; Вы потеряли вдохновение? Или, может быть, вы начинаете понимать, что когда известия об этой бойне достигнет Солнечной Системы вина за кровь убитых вами сегодня мужчин и женщин ляжет на вашу драгоценную Звёздную Империю?
– Мне тяжело проливать чью-либо кровь, губернатор, – голосом Завалы можно было заморозить гелий. – Я с большим удовлетворением предпочёл бы, чтобы погибших вообще не было. К сожалению, вы и вице-адмирал Дубровская не приняли это решение из моих рук. И похоже, что Вы не в состоянии оценить реальное положение дел между Звёздной Империей Мантикоры и Солнечной Лигой на данный момент. Гибель вице-адмирала Дубровской и значительной части её экипажей – трагедия, о который я глубоко сожалею, но весьма сомневаюсь, что она будут иметь какое-то заметное влияние на отношения Мантикоры с Лигой. К Вашей карьере – да, к межзвёздным отношениям – нет.
– Уверяю Вас, Вы ошибаетесь.
– Губернатор Дуеньяс, – в ледяном тоне мантикорца был лёгкий оттенок жалости, – Очевидно, что Вас ещё хуже информируют о текущих событиях, чем я считал. Менее чем три стандартных месяца назад Флот адмирала Крэндалл вторгся в Систему Шпинделя. Двадцать три её супердредноута были полностью уничтожены. Остальные сорок восемь капитулировали вместе со всеми кораблями прикрытия и поддержки. Более чем сто тысяч членов экипажей её кораблей были убиты так же быстро, как это произошло здесь с людьми вице-адмирала Дубровской, а все остальные – все они, губернатор, каждый мужчина и каждая женщина – в настоящий момент являются военнопленными Звёздной Империи Мантикоры. Как бы глубоко я не сожалел о жизнях, которые были потеряны сегодня, они едва ли являются более чем эпизодом того, что уже произошло. Прямо сейчас Вы должны думать только о двух вопросах: как сделать так, чтобы кто-то ещё сегодня не погиб, и как Ваши собственные начальники будут реагировать на последствия Ваших высокомерных, своевольных, незаконных, глупых действий во время захвата мантикорских торговых судов, отказа их освободить и провокации боя, который закончился так плачевно для эскадры вице-адмирала Дубровской.
Глаза Дуеньяса несмотря на все попытки контролировать себя распахнулись. Прошло слишком мало времени для того, чтобы детали произошедшего у Шпинделя достигли Сэлташа. Всё, что у них было – это слухи из третьих рук и обрывки информации доставленные одним из кораблей, торговым, не военным кораблём или официальным курьером, которые, как все они считали, просто обязаны были быть сильно преувеличены. И всё же, даже те громадные цифры потерь были далеки от тех, что только озвучил Завала.
«У тебя нет никаких подтверждений его словам», – напомнил себе губернатор, – «а у него есть все основания лгать, чтобы убедить тебя пойти на попятную. Кроме того, это же смешно! Почти восемьдесят супердредноутов Солнечной Лиги выведены из строя неоварварами с манией величия? Нелепость!»
– Я надеюсь, вы поймёте, почему я вынужден отнестись к Вашим словам с недоверием, капитан Завала, – услышал он собственный голос.
– Вы можете воспринимать их так, как Вам будет угодно, но это не изменит того, что произошло на самом деле. В связи с этим – и потому, что весь этот разговор записывается с моей стороны, и я намерен продемонстрировать, что сделал всё, что в моих силах, чтобы убедить Вас проявить хотя бы каплю рациональности – я готов передать вам копии отчётов журналистов новостных агентств Солнечной Лиги о битве при Шпинделе. Вы, скорее всего, не пожелаете поверить мне на слово, и уверен, что Вы способны убедить себя в том, что любые мантикорские записи, показанные мною Вам, сфальсифицированы, но может быть Вас впечатлят репортажи ваших корреспондентов о произошедших там событиях.
Дуэньяс почувствовал, что начинает сомневаться и сжал нервы в кулак.
– Если вы способны фальсифицировать одну запись, значит способны сфальсифицировать столько, сколько пожелаете, – жёстко ответил он. – Вне зависимости от того, что могло или не могло случиться в Шпинделе, сейчас мы находимся в системе Сэлташ. Политика Солнечной Лиги и Управления Пограничной Безопасности по отношению к террористическим актам против звёздных систем находящихся под защитой Лиги общеизвестна. Я не могу помешать Вам в дальнейших убийствах персонала Солнечной Лиги и в создании угроз для жизни, имущества и средств к существованию граждан Сэлташа, но я могу и отказываюсь мириться с Вашими действиями, а также с попытками придать им видимость законности. Если Вы продолжите эту неприкрытую агрессию, то последствия для Вас лично и последствия для вашей звёздной нации будут гораздо хуже, чем Вы похоже в состоянии понять.
– То есть Вы категорически отказываетесь освободить мантикорский персонал и гражданские суда, которых Вы захватили в этой звездной системе и незаконно заключили в тюрьму?
– Я категорически отказываюсь позволить Вам нарушить объявленный законным образом медицинский карантин и категорически отказываюсь пресмыкаться перед безответственным и незаконным использованием грубой силы против Флота Солнечной Лиги.
– Ну что же, так как мы оба знаем, что всё это станет частью официальной записи, имейте в виду, губернатор, что я намерен получить этих людей и эти суда обратно, – со скучающим видом произнёс Завала. – Я ставлю вас в известность, что намерен отправить абордажную группу на станцию Шон. Если все мантикорцы интернированные в этой системе будут возвращены – невредимыми – к тому моменту как мои люди прибудут на станцию, а также если мантикорские грузовики находящиеся в Сэлташе получат разрешение покинуть эту систему, никто больше не будет ранен или убит. Однако если наши люди не будут освобождены или если они пострадали каким-либо образом или если эти грузовики не смогут беспрепятственно покинуть систему, я предприму любые военные действия, которые сочту целесообразными, вплоть до использования смертоносной силы. Так как очевидно, что попытки убедить Вас проявить разумность примерно столь же эффективны, как спор с камнем, я не вижу смысла в дальнейшем обсуждении. Я сообщил вам о моих намерениях и о последствиях продолжения непримиримости с Вашей стороны. Как я понимаю, этот разговор закончен. Однако я советую Вам сообщить тому, кто отвечает за Станцию Шона, что мои боты пристыкуются к станции в течение пятнадцати минут после прибытия моих эсминцев на орбиту, – он показал в улыбке зубы. – Я бы не хотел, чтобы кто-то ещё пострадал только потому, что не знал о нашем визите.