Илья Бриз - Караван к Наташке

Кто в каждый конкретный момент с кем работает, Павел не знал — сейчас он ведомый и обязан беспрекословно выполнять команды ведущего. Со всех своих сил Затонов раз за разом крутил в указанном направлении машину, одновременно целясь и тут же разряжая генераторы главного калибра. Семь, восемь… одиннадцать плазменных шаров уже украшало прорыв землян к аномалии.

— Хорошо горит! — выкрикнула в запале Сюзанна. Она, спарив обе зенитные турели на недобитом генае, все‑таки сумела прикончить ещё один вражеский истребитель. Отражать торпедные атаки противника ей пока не требовалось — идущий замыкающим майор Бродбент успевал парировать редкие попытки генаев воспользоваться тяжёлым оружием — понимали ведь, что пока щиты землян на максимуме, торпеды до цели под зенитным огнём не дойдут.

«Валькирия! Амазонка!» — успел с нежностью подумать о девушке Павел, в косом скольжении загоняя в прицел очередной вражеский истребитель. Корабли землян продрались сквозь генайский строй, расстреливая противника как на полигоне, так и не получив в ответ ни одного точного попадания — слишком уж резкими и неожиданными были эволюции новых тяжёлых истребителей сопровождения.

«Отличная машина, — с удовлетворением отметил подполковник подавляющее преимущество своего «Волкодава», снова готовясь открыть огонь, — ласточка и громовержец в одном лице!» Выстрел! Уже задетый кем‑то из напарников корабль противника — защитные поля светились всеми цветами радуги — получив второй заряд гравитационной пушки, кажется, радостно подмигнул и превратился в брызжущий во все стороны плазмой шар.

Павел по тренировкам уже отлично знал возможности своего истребителя, но такой высокой боевой эффективности всего на шестидесяти пяти процентах максимальной скорости все‑таки не ожидал. И ведь ни разу пока полным залпом не попали гады!

Накаркал — монитор вспыхнул и погас. Ослепили! Дёргая машину рывками, чтобы затруднить противнику прицеливание, бросил взгляд на индикатор мощности щитов — жёлтый, восемьдесят пять процентов и очень быстро растёт. Есть контакт! Повезло — сенсоры прозрели, и тютелька в тютельку по центру прицела светился повреждёнными щитами вражеский корабль. Гашетка главного калибра! Выстрел! Взрыв!

— Внимание! Приготовится к отходу, — приказал Зальцберг совершенно спокойным голосом. — Клюнули гады!

Затонов, продолжая рывками беспорядочно рвать «Волкодав» и внимательно следя за индикаторами командного канала — необходимо было двигаться в указанном направлении и стрелять точно по выбранным Джастином целям — успел заметить оторвавшуюся от засады у фарватера группу кораблей противника — на глазок, в районе полтинника — пытающуюся вместе с остатками первой ударной группы зажать землян. Хрена лысого! Зальцберг вовремя поймал момент на отрыв. Крутой разворот — сосредоточенный удар противника пришёлся на пустое место. Генаи, преследуя, выпустили приличную волну торпед. Толку‑то — все «Волкодавы» с полными щитами. Наведение по радио–оптике — ни одна торпеда не дойдёт. Глухо защёлкали зенитные турели. Сюзанна, прикусив губу, немного резковато — чувствовалось все‑таки отсутствие опыта — дёргала джойстики управления и жала на гашетки.

Сразу после отрыва — Затонов с удивлением отметил, что прошло всего семь минут боя, а кажется, что драка продолжалась уже целый час — Джастин начал постепенно сворачивать в сторону. Преследователи стали срезать дугу и немедленно поплатились — квартет земных звездолётов, крутым виражом зайдя на противника сбоку, прорезал ударную группировку противника насквозь, оставив за собой почти десяток плазменных шаров.

Удар, отход, разворот и заход на групповую цель с другого ракурса. Земляне играли с генаями, как кошка с мышами, то беря направление на вход в фарватер, то убегая, когда удавалось оторвать от засадной группы ещё несколько кораблей противника.

— Кажется, получается, — бодро сообщил Зальцберг, в очередной раз оттягивая «Волкодавы» от аномалии.

Павел представил, как далась другу эта показная бодрость, и хмыкнул про себя. Сам Затонов, несмотря на приличную, но заметно меньшую, чем у ведущего нагрузку, был более–менее в норме — стимуляторов должно было хватить ещё минимум на пару часов. Не удастся уложиться в это время — придётся повторять. А это уже весьма тяжёлый откат с большой вероятностью критических повреждений организма — без реанимационной камеры, увы, не обойтись.

— Поехали! Второй этап, — приказал Джастин, выдавая на командный канал векторы движения земным кораблям.

Теперь они не только слаженно били и отскакивали. В половине атак один из «Волкодавов» отрывался от противника с задержкой, вызывая сосредоточенный огонь на себя. Сначала это был майор Бродбент.

— Пятьдесят процентов, — хладнокровно проинформировал Джеймс состояние щитов своей машины на момент выхода из‑под вражеского удара и пристроился к группе.

Следующим изобразил потерю ориентировки сам Зальцберг, метаясь под выстрелами генаев.

— Тридцать пять! — пытаясь отдышаться, выдавил Джастин и вновь принял командование у Затонова.

Они ещё несколько раз повторили этот смертельно опасный номер, пытаясь заставить противника поверить в постепенный рост ошибок у землян при выполнении манёвров. И планомерно сокращая ударную группу генаев.

— Прорыв! — пришла очередная команда. — Они, кажется, не расчухали.

«Волкодавы» опять ударили по засадной группе и откатились. Теперь уже Стайн изобразил ошибку. Оторваться от наседавших преследователей ему удалось с трудом.

— Двадцать пять процентов, — глухо прозвучал голос капитана.

Если бы Стайн подал полную мощность на генераторы тяги, то уйти от генаев, пользуясь целеуказаниями товарищей, получилось бы с лёгкостью. Но показать все возможности «Волкодава» ему было категорически запрещено спланированной Зальцбергом стратегией боя. Узнай противник реальную максимальную скорость новых тяжёлых истребителей землян, то никогда бы не осмелился ослаблять засадную группу у входа в фарватер. Сгрудились бы в этом случае все генаи около аномалии под защитой главных калибров семи имеющихся у них здесь корветов и спокойно дожидались помощи, наверняка уже посланной из других солнечных систем. А так, видя якобы только чуть–чуть превосходящих их по скорости землян, все чаще ошибающихся, раз за разом наращивали атакующий ударный кулак, постепенно ослабляя засадный ордер.

— Парни сосредоточились! — скомандовал Джастин, и «Волкодавы» опять повернули на противника, в этот раз плотно прижавшись друг к другу и объединив щиты в общую систему. Тяжёлые истребители шли напролом, не обращая внимания на огонь врага — засветить соединённую мощь защиты землян относительно слабые пушки генайских истребителей не могли.