Брайан Герберт - Дюна: орден сестер

– Мне жаль, что тебе больно, Анна.

– Ты знаешь, где Хирондо? Я люблю его и должна увидеть!

– Император считает, что он тебе не пара. Хирондо следовало понимать, в какое положение он тебя ставит. Это неприятный жизненный факт, но ты должна найти кого-нибудь более подходящего тебе по положению. Мы Коррино, и от нас ждут определенного поведения.

Надо обсудить это с Сальвадором и побыстрее выдать ее замуж. Нетрудно будет найти какого-нибудь благородного молодого человека, которого она полюбит так же горячо. Если только не решит противиться, лишь бы настоять на своем.

Она вытерла слезы.

– Разве я не имею права на любовь? На смертном одре отец сказал, что хочет, чтобы все мы заключали браки по любви.

– Ты имеешь право любить, милая сестрица, только найди подходящего человека: император Жюль говорил вовсе не о том, чтобы мы связывали себя узами брака с поварами. – Он поцеловал ее в лоб. – Сальвадора не радовало то, что ему пришлось делать. Он просто выполнял свой долг – и ты должна. Послушай меня, своего брата: забудь о Хирондо.

– Но его у меня отобрали! Мы даже не смогли попрощаться. Мне нужно его увидеть, в последний раз. Как мне жить, если я не знаю, все ли с ним в порядке, если не могу увидеть его собственными глазами? Обещаю: если ты скажешь, где он, я буду выполнять свои обязанности.

Родерик покачал головой, но она продолжала упрашивать.

– Ты должна выполнять свои обязанности независимо от того, получаешь ли то, что хочешь. – Он открыл дверцу кареты. – А теперь пойдем и выполним очередной долг. Народ ждет. Все тебя любят.

Коррино поднялись на окруженную флагами площадку, сооруженную для такого случая, и сверху посмотрели на толпу. Детей, бросавших камни, увели на безопасное расстояние от реликтов; за ними теперь присматривали стражники и няньки, чтобы родители могли участвовать в празднике. Толпа, взбудораженная появлением брата и сестры императора, придвинулась ближе. В большинстве зрители были вооружены дубинами, палками, ломами и молотами.

– На этот раз честь предоставляется тебе, – сказал Родерик сестре. – Дай людям разрядиться, пока они не сделали это сами.

Анна с красными глазами подошла к краю платформы, и люди затаили дыхание, как свора охотничьих псов, ждущих, когда их выпустят на зайца. Корабль-робот и капсулы из-под возбудителей эпидемии ждали нетронутые – символическое напоминание об ужасной тирании машин… которую мало кто помнил из ныне живущих. Но они помнили, чему их учили, и знали, кого ненавидеть.

Анна подняла руку, и толпа напряглась. Анна делала это и раньше, она знала слова, но Родерик был готов занять ее место, если сестру одолеет печаль по Хирондо. Она выдохнула, посмотрела на него, и он кивнул.

Анна сказала:

– Мы победили мыслящие машины, но никогда не забудем, что они творили с человечеством. – Собравшиеся заворчали и зашумели, потрясая своим простым, но надежным оружием. – Пусть этот день служит нам и нашим детям напоминанием о победе человека над поработившими его машинами.

Она резко опустила руку, и толпа устремилась вперед.

Когда металлические прутья, дубины и молоты принялись бить по кораблю и капсуле, поднялся оглушительный грохот. От корабля отрывались плиты, приборы разбивались, плаз разлетался в осколки. Люди смеялись и веселились, некоторые вопили в бессловесном гневе, колотя кошмарного символического врага.

Толпа бесновалась полчаса, и к тому времени как люди насытились, на земле лежали лишь бесформенные неузнаваемые фрагменты.

По щекам Анны катились слезы. Люди думали, что она плачет от счастья из-за победы человечества, но Родерик знал, что это не так.

Хотя братья делали все, чтобы спрятать Хирондо, влюбленный молодой человек нашел возможность передать принцессе записку. Ему удалось передать сообщение с указанием, где он, леди Оренне, а мачеха Анны сочувствовала молодым любовникам. Пусть другим она казалась холодной и не знающей любви, но вдовствующая императрица жалела девушку и помогла Анне улизнуть, чтобы попрощаться с любимым.

И вот Анна и Хирондо встретились в комнатах для слуг того поместья, куда был изгнан повар. Анна в глубине души считала, что им суждено быть вместе.

Анна, влюбленная в молодого человека, не представляла себе жизни без него, несмотря на его столь низкое положение. Теперь они снова были вместе и шепотом обсуждали побег на Хармонтеп, Чузук или любую другую захолустную планету.

– Неважно, где мы будем, если мы вместе, – шептала Анна, прижимаясь к любимому в постели.

У Хирондо были смуглая кожа, крепкое тело и карие глаза, в которых всегда светилась печаль. Анна коснулась его груди. Ей хотелось снова заняться любовью, но он выглядел встревоженным.

– Я больше всего на свете хотел бы убежать с тобой, Анна, но мы никогда не сможем этого сделать. У меня нет денег, нет собственности, нет связей.

– Все это есть у меня, дорогой. Как-нибудь, каким-нибудь образом, но я все сделаю. – У нее не было сомнений. Они любят друг друга, и все образуется. – Я должна это сделать.

Хирондо покачал головой.

– Твоя семья будет искать нас. Ничего не выйдет. Они слишком могущественны. Сейчас мы должны попрощаться… но я никогда тебя не забуду.

Она рассердилась на него за такое уныние: ну почему никто не желает ей счастья? Внезапно устыдившись своей наготы, Анна выскользнула из постели и торопливо оделась, думая, не допустила ли ошибки. Она так отчаянно стремилась к нему, а он тряпка. Ладно, она все устроит сама, без его согласия, и докажет Хирондо, что это можно сделать.

Но тут вдруг дверь в комнаты слуг распахнулась, и вбежали императорские гвардейцы в форме; выкрикивая приказы, они схватили кинувшегося наутек Хирондо. Хватая Анну, они действовали мягче, но тем не менее держали ее крепко.

Вслед за стражниками, качая головой, вошел опечаленный и раздосадованный Родерик.

– Анна, я очень пытался тебе помочь, но дело ушло из моих рук.

Она забилась, пытаясь броситься к Хирондо, но вырваться не смогла.

– Как ты узнал?

– Моя работа – знать. А ты оставила очень заметный след.

Анну отвезли во дворец и доставили прямо в личный кабинет императора. Рядом с императором стоял Родерик, сложив руки на груди. Сальвадор был в золотой с белым императорской мантии и выглядел так, словно присутствовал на заседании в Зале ландсраада. Он угрюмо смотрел на сестру.

Анна упала перед ним на колени, схватила за мантию.

– Пожалуйста, Сальвадор! Позволь мне отказаться от титула и бежать с Хирондо. Я не буду просить денег. Я изменю имя. Мы созданы, чтобы быть вместе!

Сальвадор посмотрел куда-то вверх, словно просил помощи у неба.