Александр Зорич - Пилот особого назначения

Хотя, надо сказать, "врачи" с уровня 11 орбитальной базы "Тьерра Фуэга" были циничнее любого прозектора раз в сто. Сеньор Квартерон, который был специалистом по взрывчатым веществам и приспособлениям, и очень удачно не имел близких, могущих озаботиться его судьбой, в первый же месяц сел на весьма специфическую дыхательную диету.

В его каюте распыляли пентадотоксин из группы запрещенных нейроморферов. Потом были некоторые интересные процедуры под гипноизлучателем с инъекциями других, но не менее запрещенных токсинов. Процедур он не помнил, откуда и провалы в памяти.

Когда Хесус втянулся в режим, его сознание было заряжено смертоносной начинкой, которая активировалась двумя фразами. Первая – "готовность", вторая – "исполнение".

Внешне все было лучше не придумаешь.

Счет в банке округлялся с запланированной скоростью.

А в 2621 году ему предложили пройти стажировку на флоте в крепости "Амазония". Совсем рядом, на той же орбите, да и полный оклад сохранялся, плюс премии, плюс повышение разрядности, плюс все, что заработает у военных.

И Хесус согласился, ничуть не удивившись, чему он вообще может научиться в этой глухой галактической заднице! К тому времени, наш герой вообще ничему не удивлялся. И вопросов не задавал.

Надо ли говорить, что гарнизонное начальство согласилось принять такого классного спеца, подвывая от радости!

Три "Кассиопеи-Е" стояли на палубе в полной готовности к вылету.

Полной? Что-то вроде этого.

Оставались мелочи: принять жидкое топливо и дождаться парома. Гелий-3 для ТЯРД[4] заправлен, аппаратура смонтирована...

Еще, правда, нужно было подвесить в оружейные отсеки нестандартные модули с ПУ на четыре "Мартеля", но это заботы местных техников.

А вот, кстати, и они – шагающая ТЗМ с тремя контейнерами – под одному на флуггер. Позади заряжающей машины вспыхивали оранжевые проблесковые маяки, а в воздухе повис тревожный рев – это ехала вереница заправщиков.

Значит, конец работе! Скоро начнется служба (техническая разведка в космосе – ответственная да и опасная штука), а вот утомительной работе – конец.

Вся разведгруппа расслабленно слонялась по палубе. Шесть пилотов и дюжина операторов (радарные комплексы, СР-сканеры, БПКА, связь – на одной "Кассиопее" смонтировали миниатюрный Х-передатчик всего двадцати тонн весом).

Легко догадаться, что всеобщее внимание приковал к себе роскошный черный "Хинете" с эмблемой "Эрмандады" на киле.

– Какое у него ускорение, вот интересно?

– Откуда я знаю?

– Ну ты же пилот!

– Чудак человек! Где?

– Что "где"?

– Ускоряться ты где собрался ? В космосе? В атмосфере? Какой атмосфере? Какая гравитация планеты? Погодные условия? Взлетаешь ты или пикируешь? Что ты узнать-то хотел?

– Во зануда!

– И не говори!

– Академик хренов, это называется "удельный импульс двигателя"! Ты вообще чему учился в своей академии?!

– СР-сканированию, вообще-то.

– Сколько такая штука стоит, вот что интересно?

– Пятьсот тысяч в стандартной комплектации, я узнавал. Только у этого комплектация явно нестандартная. Видишь, фрагмент днища выдвигается на палубу вместе с салоном? Ну, чтобы пассажиры ноженьки не натрудили? Это вообще только на заказ делают, "Хинете" Х-5! В серии таких нет.

– Ах-х-хренеть!

– Там не серия – смех. Полсотни машин в год.

– Красиво жить не запретишь, да!

Нибелунг и Вест в обсуждении принимали участие на "необходимо-достаточном" уровне, чтобы не вызывать подозрений у местных. Их внимание было поглощено окружающим пейзажем, особенно сейчас, когда до отлета оставалось меньше часа.

Например, Нибелунг ухватил взглядом двух эрмандадовцев, которые неспешно шествовали по палубе, направляясь к "Хинете".

– Вест, "безопасность" на три часа, – сказал он в рацию на всякий случай.

– Вижу.

В самом деле, какого лешего "Эрмандаду" принесло в крепость? Это не их территория. На заметку.

– Вон, хозяева идут, – бросил кто-то из скучающих разведчиков.

– Ага, они, – согласились с ним. – Шевроны видал?

– Красивая у них парадка...

– Это повседневка! Ты бы парадку видел! Все в эполетах, аксельбантах, мрак, короче, попугаи!

– А повседневка красивая.

– Факт.

Нибелунг оставил эрмандадовцев с их красивой формой на попечение Веста, тем более что гуляли они с его стороны, а сам сфокусировался на ТЗМках и заправщиках.

Между тем, секуридады прогуливались не спеша с умыслом. Они разглядывали разведгруппу не менее внимательно, чем она их.

– Смотри, – шепнул де Толедо, – видишь двое в монтажных шлемах и комбезах? Это ребята из "Скорцени".

– Ну мастера! – Восхитился второй, пилот Рауль Очоа. – Как загримировались, вообще не узнать!

– Ты уверен, что все сделал верно?

– Просперо...

– Докладывай, ты, убоище!

– Все четко, по инструкции. – Рауль на секунду замер. – Слушай, как-то оно нервно: а если не сработает? Может надо проконтролировать?

– Кого ты проконтролируешь? Если не сработает? Ты собрался схватиться с этими? Проживешь секунд пять, и то много. Так, время! Марш на борт, пора отваливать!

Под брюхами "Кассиопей" копошилась ТЗМ, возле кормы разворачивали топливные штанги заправщиков, а с борта "Хинете" уже запросили взлет. Транспортер, рыча натруженным механизмом, вывел флуггер в шлюз, катапульта пнула его в пространство.

Нибелунг верил полученной подготовке, опыту, но, более всего, интуиции, потому прожил целых десять лет.

В его карьере было чем гордиться. Например, он в одиночку ликвидировал пару умников (какие-то очень ценные ученые – муж с женой), которые инсценировали свою смерть, а сами бежали в Конкордию. Нибелунг перевел их статус-кво к фактическому состоянию прямо на улице Хосрова – клонской столицы. Ножом.

Банально? Банально. Но попробовали бы вы оттуда эвакуироваться после акции!

Были моменты страшные. Нибелунг предпочитал не вспоминать схватку с эзошами на одном безымянном планетоиде, когда их группа недосчиталась четырнадцати человек! Вест там, кстати, тоже был и выжил.

Один эпизод казался совершенно отвратительным, его Готфрид не любил и постарался запечатать в самой дальней кладовке памяти. Тогда им приказали зачистить базу на Бартель Два. Целая рота из его родной дивизии "Скорцени" не смогла выполнить задание, нарушила режим секретности и ее накрыли с орбиты главным калибром линкора. А они дочищали. Своих коллег. Братьев.

Так что с интуицией у Нибелунга был полный порядок. И сейчас она буквально вопила.