Вонда Макинтайр - В Поисках Спока

Никакие мелочи, казалось, не могли пройти мимо внимания Саавик. Пока все было нормально, если можно назвать нормальным поведение прихрамывающего корабля. Лейтенант позволила себе немного отвлечься и порассуждать на другие, не связанные с работой, темы.

В голову Саавик лезли мысли о Дэвиде, о Споке, о странностях своей судьбы. Мистер Спок превратил ее, малолетнюю воришку, в блестящего, образованного офицера Звездного Флота. Они почти стала настоящим вулканцем. То, к чему Саавик стремилась многие годы, свершилось. Так она думала, так считала до последнего разговора с удивительным вулканцем. «Ты должна найти свой собственный путь», – произнес он тогда. Мудрость и точность его слов поразила Саавик. Спок сказал, что в ней самой скрываются возможности и способности, которые могут перевернуть всю ее жизнь. «Тыле должна, – добавил вулканец, – упускать свой шанс. Повернись к себе лицом».

Путь, который Саавик выбрала прошлой ночью, вел в самые потаенные уголки ее ромуланской души. Очевидно, Спок не одобрил бы этих порывов, потому что вмел в виду совершенно другое: дорогу к вулканскому самоотречению, а не к ромуланской разнузданности.

Саавик думала о своей жизни, вспоминала своего учителя Спока, но каждый раз мысли упирались в образ Дэвида.

– Лейтенант Саавик.

– Да, адмирал.

Саавик повернулась в сторону Кирка, который только что явился на мостик в сопровождении незнакомого офицера. По знакам на униформе лейтенант определила, что это капитан «Гриссома».

– Мистер Эстебан, перед вами лейтенант Саавик, – затем Кирк обратился к женщине:

– Капитану Эстебану дано предписание произвести исследование «Генезиса». Ему требуется специалист по научно-исследовательской работе на корабле и свидетель возрождения планеты. Доктор Маркус наотрез отказалась. Может, вы добровольно согласитесь помочь экспедиции?

– Да, адмирал, – не раздумывая, согласилась Саавик.

Она думала о Дэвиде.

Кристина Чэпел в очередной раз дотронулась до лба Маккоя и улыбнулась: доктору явно полегчало.

– Крис…

– Да, Леонард, – радостным, но усталым голосом отозвалась Чэпел.

– Что со мной? Что случилось?

– Что вы имеете в виду, доктор? Все эти слова, которые вы произнесли ночью… Что с вами происходит?

– Я не знаю. Все вокруг кажется каким-то странным.

Чэпел проверила медицинские датчики и подошла к кондиционеру. Вскоре палату наполнили запахи луговых растений.

– К чему эти старания? Я совсем не болен. Вся эта мишура только спать мешает.

– С приборами как-то спокойнее, – рассмеялась Крис. – Температура в пределах нормы, давление в порядке, а химический анализ крови показывает, что алкоголь выводится из организма. Но почему вам так плохо?

– Который час? – проигнорировал Маккой вопрос Чэпел.

– Восемь.

– Пора вставать.

Крис не стала препятствовать желанию Маккоя. Самовольно отцепив несколько датчиков, доктор сел на край кровати.

– Почему вы все это говорили мне, Леонард? – тихо спросила Кристина.

– Что именно? – недоуменно вскинул брови Маккой.

– Вы сказали, что вулканцы не могут любить…

– Боже мой, Крис, – слабо улыбнулся Маккой, – неужели правда? Простите. Всю ночь я находился каком-то угаре, бреду. Все перепуталось. Я не могу теперь сказать, что вымысел, а что реальность. Я даже не могу вспомнить, кому и что я говорил. Поверьте, рассуждая о Споке, я не ведал, что творил.

– Понимаю.

– Я никогда не сказал бы таких слов, если бы был в здравом уме. Вы принимаете мои извинения?

– Да, – ответила Кристина. Чтобы сменить больную для себя тему, она неожиданно спросила:

– Вы в состоянии приступить к работе? Кому-то придется сопровождать Кэрол на несчастной станции. Думаю, что назначат кого-то из нас.

– Хорошенькое дело! Неужели Джим не может послать на лабораторию кого-то другого, а не доктора Маркус?

Маккой вскочил на ноги, но, потеряв равновесие, побледнел и чуть было не упал. Кристина подхватила доктора под руки.

– Со мной все в порядке. Я очень резко поднялся.

– Нет, в таком состоянии вам нельзя покидать корабль. Тем более что я не знаю, что именно с вами происходит.

– Да ничего особенного.

– Не упрямьтесь, Леонард. Вы можете остаться здесь и заниматься своим делом. В противном случае, вам придется выполнять приказания адмирала Кирка, часто довольно нелепые.

– Я запрещаю вам… – Маккой осекся и улыбнулся. – Простите, Крис. Просто я уже был там и видел, что случилось с друзьями Кэрол Маркус. Боюсь, она не вынесет еще одного такого зрелища. Разрешить ей отправиться на станцию слишком жестоко.

– Я видела ваши бортовые записи: Будь моя воля, я ни за что не позволила бы Кэрол, – Кристина вспомнила свое потрясение от прочитанного. – Врач «Гриссома» уже взял на станцию целую команду. По первым отчетам, тела погибших на своих прежних местах и признаков распада пока нет.

– Крис, если вы уверены…

– Все, что я говорила, и сейчас в силе. Вы останетесь здесь.

В сердцах Маккой завалился на кровать и, как обиженный ребенок, надул губы.

– Просто я переутомился, – наконец сказал он. – Не беспокойте Джима такими пустяками.

– Так что же вы решили?

– Я остаюсь.

Кристина облегченно вздохнула.

Вся документация о «Генезисе» должна быть изъята. Все тела жертв Хана Синга необходимо опознать и перевезти на борт «Энтерпрайза». Кэрол уверенным шагом направлялась к транспортатору и размышляла о задачах, поставленных перед ней адмиралом. Неожиданно ее догнал Дэвид. Схватив мать за локоть, молодой человек заставил ее остановиться.

– В чем дело, Дэвид?

– Тебе не следует посещать станцию. Я сам могу обо всем позаботиться.

– Я не нуждаюсь в покровительстве своего сына. Пойми, это моя обязанность.

– Мама…

– Дэвид, мы оба потеряли друзей в этой мясорубке, – твердо произнесла Кэрол.

– Я знаю, мама, что Венс был для тебя больше, чем друг.

– А ты думаешь, что мы держали в секрете наши отношения? – Кэрол знала, что всем вокруг была известна их любовная связь. Но разве можно скрыть любовь, нежность и светящиеся лица? Только слепой мог не заметить ее счастья, ее страданий и ее надежд. Свои чувства можно скрывать день, два, неделю; но там, где люди живут единым коллективом в замкнутом пространстве… Сегодня ночью Саавик и Дэвид испытали лишь малую часть того, что наполняло жизнь Венса и Кэрол все последнее время.

То ли по неопытности, то ли из-за сыновьей ревности Дэвид иногда неодобрительно высказывался по поводу поведения матери и даже давал советы.

– Дэл куда интереснее, – повторял он. – Венс, конечно, тоже ничего, но он какой-то скучный.