Владлен Подымов - Господин Лянми Часть третья

Офицер согласился и, с заметным облегчением, пообещал быть поблизости. Если он понадобится, то стоит только позвонить, милостивый господин, как он, Симите, тут же… Было видно, что толстяку не слишком хотелось подходить к обгоревшему самолету.

Янни забрал у толстяка бутылку с водой и отправился к своим людям. Те уже постепенно сворачивали свою деятельность. При виде приближающейся фигуры начальника они стали вылезать из-под обломков, где проводили сканирование и поиск полезных в расследовании материалов.

Темные маски дыхательных аппаратов придавали им вид хашуров, темных демонов, слетевшихся полакомиться мертвой плотью. Работа в полиции часто связана со смертью, так что такое сравнение было уместно.

Янни внутренне усмехнулся. Темные демоны.

Как поэтично.

Подойдя к самолету, он задрал голову и осмотрел крылья, которые уцелели вопреки всему. Удивительно. Обычно при катастрофах они почти всегда отламываются.

- Транспортник вполне штатно сел. Проблемы возникли позже - когда он уже прокатился четверть полосы, - к Янни подошел его технарь - Ивхен.

- Вижу. Что скажешь о причинах?

- А что тут сказать? Стойки шасси на этих моделях слишком высокие. Они подломились, а затем взорвались малые топливопроводы. Эти стойки - общая проблема этой серии. Не надо было им делать такую роскошную и тяжелую модель на базе среднего транспортника. Вот и недоучли…

- Общая беда, значит… - протянул Янни. - И что же, Машахи не знают об этом?

- Знать-то они знают. И даже провели переоборудование самолетов, - ответил Ивхен. - Только вот правильно ли они все рассчитали?

- Что же, здесь мы это не узнаем. Это вопрос к техотделу Управления. У вас все? вы уже скоро десять часов тут работаете - все собрали?

Ивхен кивнул.

- Тогда готовьтесь - уезжаем. А я пока сам посмотрю, что там внутри творится. - Янни протянул Ивхен телефон и бутыль с водой. - Ты сообщи этому… как его… Симите, что можно вызывать эвакуаторов и ремонтников. Пусть чистят полосу.

Сен- шангер протиснулся в покореженную дверь салона и осмотрелся. Судя по всему, пожар внутри самолета бушевал недолго. Противопожарная система сработала быстро и качественно, как и пожарные и спасательные службы аэропорта. Из полутора сотен пассажиров рейса 012-454 большая часть осталась в живых. Тем более интересно, почему погибли остальные.

Он подозревал, что дело отнюдь не только в стойках шасси.

Янни набросил на глаза пластину универсального сканера и медленно отправился вдоль салона.

Через четверть часа он выбрался из груды покореженного алюминия и пластика, в который превратился "Цветок ветра". Во внутреннем кармане его формы лежал оплавленный комок меди. Отправив подчиненных в центральный офис Управления, он быстро подписал нужные бумаги у начальника аэропорта, и сел в машину.

Достав из кармана почти бесформенный кусок металла, он внимательно его рассмотрел. Да, это был именно родовой знак Хегу-шангера Чженси. Металл оплавился и потек в огне, но все признаки были налицо. Но кто мог вызвать такой гнев Чженси, что он приказал устроить катастрофу самолету с полутора сотнями жителей Кинто и Ла-Тарева на борту? И можно ли ему, Янни, оставаться и далее в Шангасе, под командованием столь неразумного правителя?! И прав ли он, офицер Шангаса пятого ранга, в своих подозрениях?

Несколько минут Янни обдумывал положение, в которое он попал.

Как непросто.

Господин таку-шангер, недавно назначенный на пост начальника отдела случайностей вместо Ватамо, был стар, сух телом и брюзглив. Говорили, будто он прожил на свете более девяти дюжин лет и приближался к своему второму в жизни канджао.

Как удивительно.

Его утонувшие среди многочисленных морщин глаза неотрывно смотрели на картину за спиной Янни. Картина изображала демона хоманакэ - демона долгих скитаний - в виде большой каменной стены на ножках; по мысли древнего мастера картина уберегала от бесцельных усилий. Почему она так полюбилась уважаемому господину Хеташое Киримэ, новому начальнику отдела случайностей, никто в Управлении полиции сказать не мог.

- И это все, что вы готовы мне сейчас сказать?

- Да, господин таку-шангер. Мои люди все тщательно расследовали. Вероятнее всего это излом стойки шасси. Техотдел подтверждает наши выводы.

- И ничего более добавить не можете? - произнес скрипучим голосом седой начальник отдела.

Именно сейчас, глядя на бесстрастное лицо начальника, на котором годы его жизни оставили глубокие следы, и, вспомнив слухи о его возрасте, Янни понял, что ему делать. Во времена молодости таку-шангера к ритуалам относились намного уважительнее. Проблема Янни могла быть решена через ротатамэ - ритуал испытания верности старшего к младшему. Никогда раньше Янни не обращался к столь древним церемониям.

Как трудно.

- Я не готов сказать это сейчас. Хатамо-ротатамэ. Прошу дать мне положенное время на проведение ритуала.

- Ты ссылаешься на ротатамэ? - в блеклых глазах таку-шангера проявился и разгорелся темный огонек интереса. - На этот древний обычай? Сейчас, в наше время?

- Для верности нет предела.

- Достойные слова. - Таку-шангер помолчал. - Я даю тебе ночь и день. Завтра, в это же время, я должен услышать твой ответ. Хатамо!

- Хатамо!

Янни поклонился и вышел из светлой комнаты. Рука, в которой он держал медную фигурку, дрожала.

Как страшно.

Через десяток минут после того, как Янни закрыл за собой дверь, таку-шангер набрал хорошо знакомый номер.

- Господин Чженси…

Через полчаса он сидел в кресле напротив главы Шангаса, сидящего за рабочим столом. По правую руку от таку-шангера в таком же кресле расположился Верховный жрец Тяу-Лин. Жрец держал на коленях потрепанную книгу и нервно перебирал ее страницы. Еще три книги лежали рядом, на небольшом столике. Чженси спокойно рассматривал жреца.

Дождавшись, когда Тяу-Лин захлопнет книгу, таку-шангер произнес:

- Хатамо-ротатамэ - это серьезно, слишком серьезно. Мальчик не просто так его объявил, он знает нечто странное. Или же считает, что знает.

Чженси кивнул:

- Да, на моей памяти ротатамэ объявляли лишь дважды, и оба раза - очень давно.

Тяу- Лин оторвался от книг, откашлялся и хрипло выговорил:

- Я не знаю, почему он объявил ротатамэ. В пророчестве об этом не говорится ни слова.

Глава Шангаса встал из-за стола и подошел к восточным окнам. Он смотрел на город и думал. За окном мелькнула неясная тень и мимо окна прополз толстый провод. Сегодня на крыше Управления связисты Шангаса меняли усилители дальних антенн.

- Может быть слова "пятый сын станет первым"? - спросил жрец у таку-шангера.