Крис Райт - Победы Космодесанта

В голосе Геспера звучала пылкая вера.

— В свое время наши боевые братья отомстят за нас. А мы пока порвем эту планету на части и разнесем ее в пух и прах во имя Его!

Сержант Геспер стоял наверху внутренней стены Аэс Металлум вместе с боевыми братьями отделения «Эурус».

Позади них собрались остатки войск СПО, законтрактованные шахтеры и собранные Механикус сервиторы. Красноречие сержанта даровало людям силу, необходимую для того, чтобы мужественно встретить конец. Каждый, будь то человек, техноадепт или космодесантник, был готов дорого продать свою жизнь и не позволить некронам завладеть этим миром. Они уничтожат ненавистного врага ценой собственной жизни.

Склонив голову, Геспер начал молитву:

— О Дорн, рассвет нашего бытия! Веди нас, сынов твоих, к победе!

Неподвижный взгляд Геспера остановился где-то за пределами ледяного поля. Весь горизонт и справа, и слева, насколько хватало усиленных оккулобами глаз, переливался серебром. Буран, наконец, утих, явив некронов во всей их отвратительной мощи. Они наступали сплошной линией ожившего металла.

Геспер поднял молот, штурмовой щит он уже держал наготове в левой руке, и услышал, как гудит активированный плазменный пистолет брата Вервея, гудят заряженные болт-пистолеты и рычат разогнавшиеся цепные мечи.

— Во имя Дорна! — взревел Геспер, по-прежнему не спуская глаз с бурлящего потока темного металла.

— Да будет воля Его на Земле! — хором отвечали боевые братья. Их боевой клич практически заглушил рев турбореактивных двигателей — это прогремел над головами воинов «Фортис», который собирался встретить врага с воздуха и нанести по ордам ксеносов первый удар.

Из кабины «Громового ястреба» брат-пилот Тиз видел надвигавшуюся громаду вражеских полчищ во всем их ужасном триумфе. Орду эту воистину можно было назвать несметной. Тогда как во время первого удара Имперские Кулаки столкнулись с сотнями механических воинов, теперь тысячи наступали на правый фланг, тысячи — на левый, и в центре тоже шли тысячи. Непреодолимая громада движущегося металла. С высоты некроны казались похожи на тучу саранчи, которая застила небеса, почерневшие от миллионов летящих по воздуху похожих на жуков тварей.

Геспер оторвал взгляд от взмывшего вверх «Громового ястреба» и посмотрел на бурлящий океан безмолвных металлических воинов, растянувшийся от древних гробниц до самих ворот опустевшего нефтеперерабатывающего завода и покрывающий каждый сантиметр между этими двумя ориентирами.

Вернулись некроны — древние властелины планеты. Им число — легион.

Не будет от них пощады слугам Императора, ибо имя им — смерть.

Сержант Геспер решил, что сегодня хороший день для смерти.

Наше высокомерное предположение, что человечество — первая среди галактических рас — обернется безумной ошибкой, когда эти древние существа пробудятся. И мы не будем первыми из совершивших эту ошибку. Любые надежды, мечты или обещания спасения — ничто, лишь прах на ветру.

«Громовой ястреб» вырвался из-за пелены облаков подобно огромной, расправившей крылья хищной птице. Турбины извергали пламя, воздушный тормоз раскалился докрасна, замедляя движение корабля. Катер был полностью черным, а на фюзеляже нес три символа: величественная золотая имперская аквила, литера «I» — знак Священной Имперской Инквизиции, уже одним своим видом вызывавший благоговейный трепет; и серебряный череп с мерцающим красным кибернетическим глазом. Дерлон Сезар никогда прежде не видел последнего символа, но все равно внутри у него все похолодело. Чтобы он ни означал, он явно был связан со Священной Инквизицией. А это в любом случае не предвещает ничего хорошего.

Не отрывая глаз от монитора, Сезар пристально следил за тем, как катер тяжело разворачивается и приближается к небольшой посадочной площадке. Нос машины распорол пылевую завесу, как нож — шелковую ткань. В наушниках внезапно раздалась искаженная помехами речь. Сезар набрал несколько кодов на расположенной перед ним консоли, включил микрофон и ответил:

— Вас понял, один-семь-один. Коды доступа подтверждены. Проследуйте в Ангар-четыре. Это закрытая атмосферная станция. Передаю вам наши протоколы безопасности. Конец связи.

Пальцы забегали по рунам консоли, и массивные металлические створки Ангара-четыре стали раздвигаться, готовые принять незваный черный корабль. Густой ядовитый воздух ворвался в помещение, пригодный же для дыхания — мгновенно улетучился. Вся станция содрогалась и жалобно скрипела, как делала всякий раз, когда корабли швартовались или улетали. Адептус Механикус построили эту станцию, нареченную «Оргой», быстро и с расчетом на минимально необходимые для функционирования системы и ресурсы. Не больше и не меньше.

Это было проржавевшее и запыленное строение, приземистое и попросту безобразное снаружи, сырое и мрачное внутри. Одни корабли прибывали, другие — отбывали. Первые привозили рабов, сервиторов, тяжелое оборудование и топливо. Что отсюда увозили, Сезар не знал. Нанявший его магос ясно дал понять, что излишнее любопытство может привести к куда более серьезным последствиям, нежели просто расторжение контракта. Сезар был достаточно умен, чтобы поверить этому. Поэтому он и его люди просто делали свое дело и не задавали лишних вопросов. Спустя несколько лет техножрецы закончат свои дела здесь. Так ему сказали. Тогда он сможет вернуться на Ясеро, возможно, на оставшиеся деньги купит ферму и целыми днями будет наслаждаться воздухом, который не убивает тебя при первом же вдохе.

От этой мысли в голове Сезара всплыло воспоминание, которое он отчаянно хотел бы забыть. Три недели назад, из-за поломки в одном из экстракторов Ангара-два целая рабочая бригада задохнулась от смертельно ядовитого воздуха планеты. Установленные в доке камеры запечатлели все в мельчайших подробностях. Техники и рабы корчились в агонии, пытаясь добраться до аварийных воздушных шлюзов, в кровь раздирали себе шеи и глаза. Погибло двадцать три человека. Все произошло буквально за несколько мгновений, но Сезар знал, что это зрелище будет преследовать его всю оставшуюся жизнь. Он встряхнулся, пытаясь прогнать горькое воспоминание.

«Громовой ястреб» миновал зону охвата внешних камер наблюдения. Сезар переключился на внутренние камеры Ангара-четыре и увидел, как большое черное судно грузно опускается на посадочные опоры. Турбины постепенно умолкли, двигатели остыли. Внешние створки ангара с лязгом закрылись. Сезар нажал на мигающую красную руну в правом верхнем углу консоли, и помещение стало наполняться смесью азота и кислорода, необходимой для дыхания. Когда все сигналы на панели окрасились зеленым, он вновь вызвал пилота «Ястреба»: