Ник Кайм - Саламандры: Омнибус

— Кто-то, наверное, очень торопился сбежать, если оставил ангар открытым и без охраны, — раздался в шлеме Дак'ира голос Емека. Оба отделения и библиарий использовали общий канал связи, находясь в постоянном контакте.

— Сомневаюсь, — пророкотал Тсу'ган, который уже занялся осмотром многочисленных рядов небольших кораблей. — Все машины, похоже, на месте, все закреплены. Никто с корабля не улетал. Или если и улетел, то не на них.

— Вероятно, они как раз собирались улететь, — предположил Ба'кен, стоявший у одного из истребителей. — У этого открыт гласис.

И не только у этого. У нескольких истребителей не были заперты щитки гласисов на кабинах; у некоторых даже были распахнуты настежь. Словно пилоты, приготовив машины к вылету, вдруг побросали свои посты и отправились варп знает куда.

— Ни пилотов, ни каких-нибудь палубных бригад, — прибавил Дак'ир. — Даже у контрольных пультов пусто.

— Напрашивается очевидный вопрос… — Но вопрос Ба'кена остался неозвученным, его перебил лязг носового трапа «Огненной виверны».

Грохот шагов возвестил о появлении бронированной фигуры почтенного брата Амадея. Дредноут был грандиозен.

Механизированный экзоскелет, в котором располагался бронированный саркофаг брата Амадея, был напичкан рифлеными трубками, кабелями и гудящими сервоприводами. По бокам от раки Саламандра возвышались широкие прямоугольные плечи. Беспредельно отважный Амадей пал при осаде Клутнира в войне с ненавистными эльдарами. Его подвиги были столь героические, что останки смертельно раненного Амадея вынесли с поля боя и погребли в броне дредноута, чтобы Амадей мог сражаться во имя ордена вечно.

Но не только громада киберорганического тела Амадея пятиметровой высоты и почти такой же ширины превращала его в грозного противника: обе его механические руки были оснащены мощным оружием. Левая представляла собой массивный силовой кулак, вокруг которого щелкали электрические разряды; правая несла мультимелту с закопченным до черноты стволом.

Ба'кен при виде дредноута опасливо отодвинулся, но это заметил только брат Емек.

— Во имя Вулкана! — прогрохотал Амадей механическим голосом. Его пробудили ото сна буквально только что.

Саламандры, как один, грохнули сжатыми кулаками в нагрудники в знак почтения и уважения к древнему собрату.

— Какие будут повеления, брат Пириил? — Амадей затопал к библиарию. — Я живу ради службы ордену.

Пириил склонил голову:

— Почтенный Амадей, — затем выпрямился. — Твое задание: остаться здесь на страже и охранять «Огненную виверну». «Архимедес Рекс» сильно поврежден. Для такого могучего воина, как ты, брат, там, скорее всего, будет тесновато.

— Как прикажете, сир! — Дредноут, лязгая, вернулся к кораблю, с рокотом взвел оружие и стал на страже.

— Сержанты, построить отделения, — приказал Пириил по внутренней связи, поворачиваясь к десантникам, — и следовать за мной.

Шагая к огромным двустворчатым воротам на дальнем конце ангара, он провозгласил:

— Во имя Вулкана!

В ответ, точно эхо, откликнулись два десятка голосов.

Ангар вел в меньший по размеру, но точно такой же формы воздушный шлюз. Емек, который открыл ворота и снова запер их за отрядом, возился у единственного терминала, запуская процедуру входа. В помещение хлынул кислород. Завертелись янтарные тревожные маячки. Саламандры стояли, не двигаясь и не издавая ни звука, пока давление не восстановилось и значок на дальней двери шлюза не переключился с красного на зеленый.

Запросив журналы техобслуживания и схемы «Архимедес Рекса», Емек сумел выяснить, что большая часть корабля механикусов осталась неповрежденной. Попалубное сканирование показало, что внутри еще имеется ограниченный запас кислорода. Атмосферу, правда — слабенькую, поддерживали резервные системы жизнеобеспечения.

Повреждения, которые Саламандры наблюдали во время подлета, похоже, по большей части затронули лишь аблативную броню корабля. Внутренние повреждения ограничивались лишь несколькими местами, и зоны эти были герметически отрезаны от остального корабля.

С тяжелым толчком огромные двери шлюза разделились и отошли, открывая дорогу уже внутрь самого «Архимедес Рекса».

Перед Саламандрами протянулся широкий, окутанный мраком коридор. Десантники включили нашлемные люминаторы. Несколько лучей, похожих на зернисто-белые копья, устремились вперед, стараясь разогнать тьму. Клубы выпущенного воздуха стелились по полу, словно бурлящий искусственный туман. Вдоль коридора шли утопленные в стены колонны. Их соединяли мрачные арки, обрамлявшие черные, как воды Стикса, ниши, которые уходили, казалось, в бесконечность, исчезая в сгущающемся мраке впереди.

Пириил отдал приказ двигаться дальше и активировал психосиловой меч. Клинок тускло засветился.

— Признаков жизни нет, — раздался спустя минуту по связи голос Иагона. Десантник периодически поглядывал на зажатый в латной перчатке ауспик, который выискивал биологические импульсы.

— Корабль брошен, — проскрежетал Тсу'ган, держа комбиболтер наготове и осторожно продвигаясь вдоль стены на шаг впереди своего занятого ауспиком собрата.

— Как в могиле, — прошептал брат Ба'кен с противоположной стороны, поправляя увесистую мультимелту. Сам того не зная, он невольно повторил слова Тсу'гана, сказанные еще в кабине «Огненной виверны».

— Будем надеяться, что он таким и останется, — буркнул Дак'ир, выходя вперед и поравнявшись с Тсу'ганом.

Несколько минут спустя брат Зо'тан озвучил общую мысль:

— Вроде идем вниз.

— Это один из входных коридоров корабля, — сообщил Емек, водя из стороны в сторону стволом огнемета. Емека назначили огнеметчиком после кампании на Стратосе. Его предшественник, брат Аксор, пал в бою, став одним из нескольких огнерожденных, что Саламандры потеряли тогда. — Ход ведет вглубь «Архимедес Рекса», — продолжил Емек, определив точное местонахождение отряда по схематическим планам корабля, которые сохранил в эйдетической памяти. — Такими темпами мы достигнем конца коридора примерно через восемь минут.

И снова опустилась зловещая тишина, нарушаемая лишь глухим стуком шагов.

Когда отряд дошел до конца коридора, на них уставились пустые глазницы черепа механикуса. Еще одни массивные двери преградили путь.

— Брат Емек, — приглашающе произнес Пириил. По клинку психосилового меча проскочила короткая вспышка: библиарий собрался с психической силой.