Кэтрин Азаро - Новая космическая опера. Антология

Вернее, мне так казалось. Я и не догадывался, что настоящее безумие впереди.

«В Солнечной системе космические пираты встречались достаточно часто. Как правило, они облюбовывали астероиды либо крупные спутники дальних планет».

Во всем можно найти что-нибудь хорошее: отстояв вторую подряд вахту на мостике, я лучше узнал Джери Ли-Боуз.

Вам кажется удивительным, что, проведя с ней бок о бок три недели, я только теперь удостоился подобной чести?

Понимаете, у космонитов свои правила поведения. Многие из нас предпочитают ни словом не упоминать о прошлом, в котором, как говорится, бывало всякое; а расспрашивать кого-то о личных делах (если этот кто-то не заводит разговор сам), считается попросту неэтичным. Естественно, встречаются болтуны, которые в конце концов надоедают настолько, что хочется вытолкнуть их из ближайшего воздушного шлюза. С другой стороны, среди моих знакомых было несколько человек, с которыми я общался на протяжении многих лет, понятия не имея, когда они родились и что у них за родители.

Джери относилась к последней категории. Да, после того, как мы очнулись от анабиоза, мне удалось кое-что о ней выяснить, но ничего существенного я не узнал. Она не то чтобы скрывала свое прошлое — о нем просто-напросто не заходило речи в те редкие мгновения, когда мы оставались наедине, избавленные от необходимости терпеть присутствие капитана Фьючера. Наверно, наши отношения не изменились бы, не произнеси я той фразы…

— Этот сукин сын всю жизнь думал только о себе! — Я протянул Джери стаканчик с кофе, за которым ходил на камбуз.

По-прежнему кипя от негодования, хотя спор был проигран, а Маккиннон удалился почивать, я, что называется, излил Джери душу. Она терпеливо слушала мои тирады насчет душевного здоровья капитана, его внешнего вида, литературных пристрастий и тому подобного, а когда я сделал паузу, чтобы перевести дух, сказала:

— Он спас мне жизнь.

Меня качнуло. Магнитные защелки башмаков оторвались от пола, и пришлось спешно хвататься за кольцо под потолком, чтобы не выплыть в коридор.

— Чего?

Стаканчик с кофе Джери держала в левой руке, а правой перелистывала страницы вахтенного журнала. Не поднимая головы, она продолжила:

— Ты утверждаешь, что Бо никогда не думал ни о ком, кроме себя. Все остальное может быть правдой, но здесь ты ошибаешься, поскольку однажды он спас мне жизнь.

— Расскажи поподробнее, — попросил я.

— Да рассказывать-то особо нечего. — Она пожала плечами. — Тебя, наверно, удивляло, что первый помощник — из чокнутых? — Заметив выражение моего лица, Джери улыбнулась. — Не бойся, я не умею читать мысли. Просто наслушалась за столько-то лет.

Она взглянула на топографический экран. Провал Кирквуда мы благополучно миновали, однако астероидов еще видно не было. В поясе их гораздо меньше, чем кажется планетникам; мы видели только бескрайние звездные просторы, да мерцала справа алая искорка Марса.

— Тебе, должно быть, известно, как Лучшие вступают в брак?

Я почувствовал, что краснею. В мыслях я частенько представлял, как мы с Джери, наплевав на формальности, совершаем то, что как бы закрепляет брак…

— Ты имеешь в виду предварительные договоренности?

Она кивнула.

— Все планируется заранее, чтобы избежать инбридинга[10] и одновременно увеличить возможное число комбинаций генов. Разумеется, определенная свобода выбора остается… Никто не заставляет тебя выходить замуж за конкретного человека; главное — чтобы он был не из твоего клана и не из Прежних. Джери допила кофе, смяла стаканчик, подбросила в воздух и ударила по нему правой ногой. Тот взлетел к потолку, двигаясь по собственной орбите. — Но порой случаются накладки. Когда мне было двадцать лет, я влюбилась в парня из Декарт-Сити. Естественно, он был из Прежних. Правильнее будет сказать, я думала, что влюбилась… — Она состроила гримасу, перекинула через плечо свою длинную пепельно-серую прядь. — В постели, по-моему, нам было неплохо. А как только он обнаружил, что я забеременела, тут же договорился с профсоюзом о работе на Марсе. Профсоюз с готовностью согласился — всем хотелось…

— Избежать осложнений, — закончил я. — Понимаю. Значит, ты осталась с ребенком…

— Нет. — Джери покачала головой. — Я очень хотела родить, но у меня случился выкидыш… Впрочем, ладно, это не слишком приятная тема.

— Извини. — Что еще я мог сказать? Вероятно, она была готова к подобному повороту событий: ведь физическая близость между Лучшими и Прежними никогда ни к чему хорошему не приводила. Правда, Джери была молодой и глупой, а это вполне простительные грехи, тем более когда в них, как то обычно и бывает, впадают одновременно.

— Ничего. — Она вздохнула. — Моя семья отказалась от меня, в основном из-за того, что я расторгла помолвку с юношей из другого клана. Отказались не только родители, но и все соплеменники. — Джери искоса поглядела на меня. — Как тебе известно, фанатиков везде хватает. Вы называете нас чокнутыми, мы вас — обезьянами; я спала с обезьяной, а значит, осквернила идеал.

Джери закрыла вахтенный журнал и сунула его под консоль.

— Короче, я застряла в Декарте. Крошечное пособие, которого хватало только на то, чтобы платить за квартиру, а на остальное — ни гроша. Наверно, родственники ждали, что я пойду на панель — какое-то время, кстати говоря, я и впрямь этим занималась — или покончу с собой, чтобы избавить всех от хлопот…

— Сурово, — заметил я. Мне доводилось слышать о подобных случаях. Я встречался с несколькими изгнанниками — эти несчастные существа, с которыми судьба сводила меня на Луне и на искусственных спутниках, выполняли обычно самую грязную работу. Помнится, один алкоголик-чокнутый околачивался «У грязного Джо»: на спине у него был вытатуирован орел, а на выпивку он зарабатывал тем, что крутил для туристов сальто через стойку. Орел с ощипанными перьями. Некоторые Лучшие просто-напросто входили в воздушный шлюз и, не надев скафандра, нажимали на кнопку, открывающую наружный люк. Никто не знал почему; теперь я понял — у них такой обычай.

— Да уж. — Джери невесело усмехнулась. — Признаться, я начала подумывать о том, чтобы отправиться по долгому пути, но тут появился Бо… Точнее, я сама его привела. Он купил мне выпивку, выслушал, а потом, когда я расплакалась, сказал, что ему нужен первый помощник. Мол, все остальные отказываются, поэтому никто меня не выгонит, пока я сама не захочу уйти.

— И с тех пор вы вместе.