Уильям Кинг - Космические волки: Омнибус

Было поздно. Волки затихли где-то вдали. Возможно, они нашли другую добычу, подумал Рагнар. Или, быть может, сейчас они молча крадутся сюда. Из-под навеса по другую сторону костра долетел храп. Он был громким и свистящим — сочетание рева кузнеца и скрежета пилы по бревну. Этого было достаточно, чтоб из головы Рагнара вылетели все мысли о сне.

Юноша осматривался по сторонам, отвернувшись от огня, как учил их Хакон. Бессмысленно портить ночное зрение, когда стоишь в карауле. Крепко стиснув в руках копье, он думал о том, что станет делать, если на них все-таки нападут волки или какие-нибудь отвратительные чудовища из мрака. Эта ночь в горах порождала у него странное зловещее ощущение — ничего подобного он никогда не испытывал у себя на родине.

Быть может, причиной тому бескрайние просторы и пустота гор — там, само собой, могло укрыться что угодно, самое безжалостное и злобное. Рагнар знал, что на его родном острове каждый мог узнать практически все об этом скалистом участке суши, где жило племя. Когда они мальчишками отправлялись в походы, то никогда не уходили далеко от деревни и раз за разом пересекали ту же землю, которую уже видели и на которой играли сотни раз. Здесь же, среди гор, можно скитаться сотню жизней и все-таки не увидеть всего. Эта мысль одновременно и устрашала, и вдохновляла Рагнара.

Юноша сам поражался тому, как быстро он приспосабливался. Несмотря на странную и чуждую природу этих мест, он быстро привык к жизни в Руссвике, к лицам новых товарищей, к тренировкам и суровой дисциплине. Временами жизнь на островах уже казалась ему сном, а все люди, которых он знал когда-то, — призраками. Неужели он и в самом деле когда-то стоял на палубе «Копья Русса» в бурю? Разве это он тянул из моря сети, полные рыбы, или смотрел, как загарпунивают касатку и убивают морского дракона?

Разумом он понимал, что все это с ним действительно происходило. Однако разум теперь с трудом ощущал прошлое как нечто реальное. Что он здесь делает, сидя в темноте на горном склоне и уставившись в сумрак? Он этого не представлял. Не было у него и подлинного осознания, что именно он был избран. Он просто продолжает жить, в то время как остальные умерли или угнаны в рабство.

Эта мысль вызвала неистовый всплеск жгучих чувств. Он внезапно вспомнил мертвых и умирающих, и ту девушку, что могла быть Аной, увозимую на корабле Беспощадных Черепов. А ведь один из тех, кто виновен в этом, безмятежно храпит в двадцати шагах. Рагнару внезапно захотелось заорать от ярости или всадить копье в брюхо Стрибьорну. Он почти представил себе, как делает это, почти ощутил жар удовлетворения, который охватит его, когда он наляжет всем своим весом на истертое древко и воткнет сверкающий наконечник закаленной стали в мягкую и податливую плоть. Губы юноши изогнулись в усмешке, его охватило искушение вскочить итут же осуществить сокровенное желание, когда он услыхал мягкий звук приближающихся шагов. Он машинально взял копье на изготовку, но увидел, что надвигающаяся тень была всего-навсего Кьелом.

Парнишка сел рядом с ним

— Можешь закончить свое дежурство, — сказал он. — Не могу заснуть, когда те двое так громко храпят.

— Уверен? — спросил Рагнар. — Ты не очень устал?

— Быть может, если достаточно устану, смогу поспать позже.

Рагнар кивнул, но не тронулся с места. Он и сам не устал, ему хотелось поговорить. Юноша был уверен, что если не кричать, то ни он, ни Кьел не разбудят спящих.

— Это странное место, — произнес он в конце концов.

— Долина или горы?

— Эта земля. Я никогда не видел ничего похожего. Любая из этих гор кажется больше острова, на котором я вырос.

— Возможно, это так и есть. Или они, по меньшей мере, могут быть такими же.

— Что ты хочешь сказать?

— Я слыхал, что острова были когда-то горами, которые поглотило море, так что теперь средь вод торчат только их верхушки.

— Странная история.

— Это часть старой легенды. Говорят, что до пришествия Русса было гораздо больше земель, и каждая из них — такая же большая, как Асахейм. Но затем случился Потоп, дождь шел сто лет, и все земли, кроме Асахейма, ушли под воду. Говорят, морские демоны живут в развалинах затонувших городов, и каждый из них — огромный, как остров.

— Ты веришь этому, Кьел?

— Почему бы и нет? Это может быть правдой. С другой стороны, может и не быть. Люди моего племени — не великие мореплаватели. Они живут в долинах под огромными ледниками и проводят время в сражениях и охоте.

Рагнар помолчал, а затем произнес:

— Я слышал, что люди с ледников уходят на корабле за пределы видимости земли, чтобы посетить острова Повелителей Железа.

— Более или менее так. Зачем вообще кому-то уплывать за пределы видимости земли? Чтобы тебя забрали морские демоны?

— Я также слышал, что люди с ледников… ну, едят других людей.

Кьел засмеялся:

— Правда? Я всегда слышал, что это островитяне едят друг друга. На этих маленьких островах недостаточно пищи.

— Зато у нас всегда есть рыба и мясо косаток. — Рагнар фыркнул. Его рассердило обвинение в каннибализме. С другой стороны, он ведь тоже заподозрил Кьела в том же, так какое же право он имел обижаться?

В темноте он усмехнулся иронии, скрытой в этих легендах. И их невежественности.

— Однако ты был прав в отношении этой долины, — сказал Кьел. — У меня какое-то неприятное ощущение.

— Что именно?

— Не знаю. Отчего-то мурашки но коже бегают. Словно кто-то наблюдает за нами.

— Волки?

— Может быть. Возможно, тролли или ночные бродяги.

Рагнар вздрогнул.

— Ты когда-нибудь видел ночных бродяг?

— Нет, но я знал человека, который видел их однажды. Отвратительные злобные существа со светящейся шкурой. Говорят, они живут в старых местах под землей и выходят на поверхность попировать человечиной. А еще говорят, что они поклоняются темным божествам Хаоса.

— Никогда о таком не слыхивал. Не стоит о них говорить. — Рагнар сделал жест защиты от темных сил.

— Ты живешь на островах. В море нет такой грязи.

Рагнар кивнул. Несмотря на дрожь, которую вызвали у него слова Кьела, он потянулся и зевнул. Неожиданно он почувствовал усталость.

Рагнар опустился на землю у огня и провалился в тревожный сон. Ему снилось много странного и кошмарного: слепые черви, роящиеся на дне океана и грызущие основания островов, омерзительные ночные бродяги и чудовищные волки, огромная тварь с телом человека и головой волка. Один только вид этого монстра выдернул его из мира грез в реальность, и он внезапно сел, озираясь вокруг, с еще полными видений глазами и бешено колотящимся сердцем.