Терра. Часть 1 - Маргарита Боулес

Я вернулась в университет, восстановила документы и решила перевестись на художественный факультет, чтобы окончательно сменить профессию и плодотворно заняться рисованием. Бумажная волокита заняла какое-то время, декан вспомнила, что я «та пропавшая девочка» и сначала была очень рада меня видеть живой и невредимой, потом пыталась объяснить мне, что пропустила я очень много, перевод будет непростым, возможно, придется начать с середины второго курса, а не с третьего. Помимо бюрократических процедур, меня отправили на медкомиссию. Проходить врачей и таскаться по больницам так утомительно, к тому же я боялась, что психолог или психиатр сочтут меня чокнутой и поставят неутешительные диагнозы, но вышло все лучше некуда. Перед посещением специалистов я решила, что нужно покорить их внешним видом и оделась в джинсы с красивейшей блузкой с высоким воротом, та напоминала розу своими волнами, на левое запястье повесила толстый золотой браслет и скрыла им шрам на запястье. Внешне я выглядела уверенно, даже если в душе была разбита, не говоря про сердце. Просто в какой-то момент я поняла, что если дам волю слезам, то никогда не выберусь из состояния горя и просто умру от тоски, поэтому, создав вокруг себя ощущение какой-то активности, будь то учеба в университете, сбор документов или походы к врачам, я пыталась не свихнуться окончательно. Врачи, почти не задавая вопросов, ставили мне штампы и подписывали бумаги, лишь взглянув на меня один или два раза. Девушка, что стояла перед ними улыбалась так приветливо, что те не замечали за этой нежной улыбкой боли в глазах. Правда, психиатр смотрела в мое лицо как-то долго и поспрашивала, почему я перевожусь, куда пропала на три года, как себя чувствую…

– Великолепно! – воодушевленно отвечала я, широко улыбаясь.

Остался последний врач – гинеколог. Почему-то она работала через день и запись к ней – битком. Я умудрилась записаться на конец недели на восемь вечера. Меня встретила добрая женщина, она почему-то напоминала мне ангела, именно метафорического. Я уже на собственном опыте уяснила, что ангелы – немного другие, да простит меня Аиррэль, но они порой не менее жестоки, чем демоны.

– Сколько тебе лет? – спросила меня Анна и одарила теплой улыбкой.

– Двадцать три.

– Как давно ведешь половую жизнь?

– Хмм… около двух лет? – неуверенно ответила я, слегка путаясь. – Приблизительно так, – почему-то я начала нервничать.

– Сколько половых партнеров?

– Один, – тихо проронила я и, уводя взгляд, тихо добавила: – Если не считать изнасилования.

Анна несколько раз моргнула и ничего не написала.

– Беременности или выкидыши были?

Врач задавала наводящие вопросы и отчитала меня за некоторые своевольства, чуть ли не целую лекцию выдала о презервативах и противозачаточных. Я рассказала все, как есть. Под конец не выдержала: у меня потекли слезы, случился нервный срыв. Врач сразу стала меня успокаивать, обмакнула ватку в какой-то пузырек и поднесла к моему носу. Резкий аммиачный запах ударил в лицо, глаза заслезились, и я немного пришла в себя, хоть еще хлюпала носом.

– Эх, бедная девочка. Все будет хорошо, давай осмотрим тебя?

Я влезла на устрашающего вида кушетку. Сначала врач сделала УЗИ полости живота, потом осмотрела, взяла мазки. В конце спросила мой вес, измерила рост.

– Дождемся результатов анализов.

Анна подписала мне все бумаги, поставила печать и сказала, что ждет меня, как только получу уведомление на почту о готовности анализов, дала мне направления на кровь и всякую лабуду – столько крови я в своей жизни еще не сдавала. По дороге домой у меня закружилась голова, я оступилась, чуть не упала, тут же купила в ларьке черный шоколад и откусила кусочек, смакуя горькую сладость. Через пару минут стало лучше.

В итоге для справок и документов я даже купила папку-футляр, чтобы ничего не потерять. С анализами я закончила в течение нескольких дней и избавилась от головной боли.

Когда через неделю я пошла к гинекологу за результатами и вердиктом, Анна встретила меня задумчивым кивком, стала копошиться в бумагах, а потом, изучив их, обратилась ко мне:

– Что ж… пролактин завышен в два раза выше нормы, а прогестерон на нижней границе. Ты следишь за длительностью цикла, записываешь изменения и задержки?

– Нет, – покачала головой, не совсем понимая, к чему она клонит. – Что все это значит?

– То, что ты рассказала мне в прошлый раз… Скай, ты пережила сильный стресс, гормональный фон нарушен, овуляция наступает не каждый цикл.

– И это плохо?

– С этого дня ты ведешь дневник, записываешь все. Есть уйма бесплатных приложений в телефоне. – Она достала свой мобильный и показала мне одно. – Будем восстанавливать твой организм, чтобы ты смогла родить в будущем.

– А сейчас я, получается, не могу? – я туго соображала и вновь начинала нервничать, не до конца понимая серьезность проблемы.

– Шансы малы, пока мы не подкорректируем гормоны. Пьешь только то, что я прописываю, никакой самодеятельности! И меньше стресса, девочка. Больше гуляй, отдыхай. Как часто ты выходишь из дома?

Я молчала, да и что ответить? Что я совсем не вылезала из дома и больше двух месяцев рыдала в подушку?

– Я интроверт, скопления людей – не мое. – Так ли это? Или я стала такой замкнутой? Уж и не знаю, но, вернувшись на Терру, я ощущала дискомфорт в толпе.

– Значит, придется выходить из зоны комфорта, не сидеть взаперти. Выбирай места менее людные.

Кивнула, признавая, что придется учиться жить заново… без него. Я родилась на Терре, провела всю сознательную жизнь здесь, а ощущения были такие, будто меня выкинули в открытый космос без скафандра и бросили с улыбкой вдогонку: «Постарайся выжить, девочка, приспособься! У тебя все получится, мы в тебя верим!» Странно, что я не так резко реагировала на переход в Серединное или на поход в Ад – может, стресс накапливался постепенно? Почему я приняла тот мир так просто, словно встретила давнего потерянного друга? Хотела бы я знать ответы или получить шанс задать их тому, кто сможет ответить.

Анна выписала мне рецепт на препараты и список рекомендаций, пообещав, что будем наблюдать. Выходило, что стресс мне противопоказан в любых количествах.

– Скай, для начала восстанови душевное равновесие.

Я горько усмехнулась. Душевное равновесие? После того, как у меня случилось «душевное землетрясение» – по шкале Рихтера моя встряска с падением в портал и лишением мужа вышла магнитудой в критические девять баллов! Удивляюсь, как я еще стою на ногах, а не лежу