Непокорные - Брендон Сандерсон

Но воспоминания были реальными. Я закрыла глаза и потянулась в прошлое. Прислушалась. Каждый, кто пользовался этим порталом, оставлял позади частичку себя, заключенную в знаках на камне.

В этом портале я увидела людей. Людей, которые пришли сюда тайно, чтобы создать новый вид оружия. Устройство для контроля над делверами.

Я увидела, как люди добывают подъемный камень и транспортируют его. Я видела огромные машины, сооружавшие в небе верфи, на которых затем строились другие платформы. Это место выбрали по двум причинам. Первая – большое кольцо астероидов вокруг планеты, которое было полностью занято производственными мощностями. Второй, крайне секретной – настоящей – причиной был этот портал. Открытый в «нигде». Место, где можно получить подъемный камень. Место, откуда можно управлять существами за пределами измерений и пространства.

Я отдернула руку. Я уже видела результат этих экспериментов на записи, которую смотрели мы с друзьями. Мы видели, что произошло, когда делвер прибыл к Россыпи и уничтожил людей, живших на ней. Задолго до того, как здесь потерпел крушение М-Бот, и даже за столетие до того, как мой народ нашел дорогу к этой планете.

Увидев это, я вспомнила слова Брейд. Мы, люди, должны сделать то, чего не сумели наши предки. Завоевать Галактику.

Думать об этом было ошибкой. Я почувствовала, как моя душа завибрировала и внимание Брейд сосредоточилось на мне.

Я открылась воспоминаниям людей из древних времен и, вероятно, засветилась, так что она ухватилась за меня. И если она увидит, что я делаю, то сможет разгадать наш план.

Не вижу! Не вижу!

Брейд появилась передо мной в виде цитонической проекции. Нахмурилась, огляделась по сторонам. И не увидела. Ее глаза лишь скользнули по стене, будто там ничего не было – потому что перед моим мысленным взором стояло только это. Безликая стена, и все. Чтобы подкрепить эту незрячесть, я зашагала вперед, словно там, где я только что стояла, не было ничего особенного.

Ее способность видеть то, что окружало меня, основывалась на том, как это видела я. А вдруг креллы примерно так же убедили моего отца, что он видит вокруг врагов, а не друзей? Не этот ли метод позволяет нашим недругам завладевать чувствами цитоников?

Они заставили отца убивать людей, которые любили его, – и я не забыла своего гнева. Брейд поддерживала эту систему.

Я отказалась от попыток привлечь ее на свою сторону. Но пожалуй, ей не следует это знать.

– Итак, – сказала она, – ты готова принять мое предложение? Готова сделать то, что нужно сделать, Спенса?

– Мы делаем это прямо сейчас, – ответила я. – Нужно свергнуть Верховенство. Присоединяйся ко мне и начинай помогать.

Она улыбнулась – возможно, моей наивности.

Как она попытается использовать меня на этот раз?

– Винзик в бешенстве – ты забрала его базу данных, – сказала она. – Все его тайны теперь в руках врагов. Это был расчетливый удар. Ему не мешало бы предвидеть, что случится, если к вам перебежит чиновник в ранге министра. Он отключил Куну от наших систем, но не может отключить его от его собственного разума.

– Ну, – сказала я, – скоро он увидит, к чему привела его ошибка.

– Да брось. Ваша мощь совсем невелика. Вы нам не соперники. Вы должны присоединиться к нам, стать нашим орудием. Я уговорю Винзика рассматривать вас как наемников, а не как врагов, которых нужно уничтожить. Если согласитесь служить нам.

– Брейд, – сказала я, – наша мощь невелика, но скоро все изменится. Присоединяйся ко мне. В недалеком будущем на нашей стороне окажутся все силы возмущенных людей. Твое место здесь.

Она отвернулась от меня. Возможно, для того чтобы спрятать усмешку, – я чувствовала, хоть и слабо, исходившее от нее удовлетворение. Она поверила моей лжи – и предположила, что мы похитили архив данных, рассчитывая найти остальные человеческие заповедники, такие как Россыпь.

Возможно, мы доберемся до этих людей. Со временем. Это правдоподобная, разумная цель – просто не главная. И Брейд купилась на это.

Я, в свою очередь, была потрясена тем, как легко впарила ей свою ложь. Уже несколько месяцев меня угнетало, что я не шпионка и не диверсант, хотя все время приходилось заниматься и тем и другим. Я твердила себе, что я пилот. Однако мне удалось проникнуть в космические войска Верховенства, затем попасть в «нигде» и захватить одну из горнодобывающих станций изнутри.

Я была шпионкой. Нет, не по своей воле – меня вынудила к этому моя служба. Лучший способ научиться летать – сесть в кабину и попрактиковаться. Похоже, то же относится и к хитростям.

Я спланировала захват Твердыни, подумала я. И план сработал. Интересно…

Мысль начала собираться воедино, но я пока отложила ее. Надо было разобраться с Брейд.

– Отвали! – рявкнула я. – Оставь меня в покое! Передай Винзику, что я иду к нему и жажду крови, как тысяча богов войны. Я получу наслаждение, когда воткну клинок между пластинами его панциря, когда выковырну его из оболочки. А потом буду смотреть – с несказанным наслаждением, – как он задыхается в воздухе, не пригодном для него!

Она склонила голову набок. Честно говоря, я была довольна свой похвальбой. Беовульф гордился бы мной. Почему я не могу стать менее кровожадной, но по-прежнему любить хорошую похвальбу? Ведь она, как и угроза, применяется в основном для того, чтобы заставить врага отступить, – по сути, это мирные средства.

Может быть, именно так действовал Конан Киммериец. Кто знает, вдруг все эти строки о причитаниях женщин и питье крови из черепов предназначались для того, чтобы люди вернулись домой и не пытались напасть на двухметрового парня с пушечными ядрами вместо грудных мышц.

Брейд нахмурилась и пробормотала:

– Ты зря тратишь время на бессмысленную борьбу, Спенса.

Но она исчезла, и я почувствовала – цитонически, – что она действительно ушла. Я перевела дыхание.

«Она меня нервирует, – сказал в моем сознании М-Бот. – Я не доверяю ей, Спенса. Надеюсь, и ты тоже».

– Не доверяю, – заверила я его, торопливо шагая обратно к порталу. – Но думаю, мне удалось обмануть ее. Она не…

Я не закончила – в туннеле вдруг стало очень тесно. ФМ, Артуро и Киммалин стояли кольцом вокруг Аланик, положив руки на плечи УрДейла. Слизни гудели и ворковали в своих кобурах.

Аланик посмотрела на меня.

– Обычно тот, кто собирается применить свои способности для прыжка, предупреждает других, – сказала она. – Ты этого не знаешь, так как не воспитывалась среди цитоников, но такой резкий уход может дезориентировать тех, кто находится рядом.

– Принято, – сказала я, больше раздраженная, чем смущенная.

Это мои способности,