Священный город бога-предателя - Лия Арден

АФШАН

Война.

Это слово звенело в голове с того самого вечера, как Сарвад произнёс его в первый раз. Стало понятно, почему в последние месяцы были переполнены дома силы и так усердно тренировались воины, прояснилась причина, почему кузнецы работали не покладая рук, перековывая и совершенствуя оружие. Ради чего с особым усердием чинили все колесницы и почему столько времени Афшан не успевал перекинуться и парой слов с братом и отцом: они постоянно пропадали на советах с визирями и командирами войск.

В последний раз обстановка так накалялась десять лет назад, когда Афшан вернулся из Хетры, едва избежав покушения. Он прислонился к стене и скривился от воспоминаний. Керуш опаздывал, и мареш со вздохом взглянул на тренировочное поле из своей ниши. В предрассветные часы здесь никого не было, однако небо уже достаточно посветлело, чтобы различать движение и строения. Влажный воздух прохладой обжигал нос.

Афшан не успел утонуть в размышлениях о своей судьбе разменной монеты, как Керуш всё-таки появился и хлопнул его по плечу. Вид у него был сонный и помятый, будто он только встал. В подтверждение Керуш широко зевнул, одарив Афшана усталым взглядом.

– Я предупреждаю, что это последний раз. У меня слишком много дел.

– Ты каждый раз так ворчишь, но приходишь, – отмахнулся Афшан, на что его друг скорчил гримасу.

Они уже много лет занимались именно в это сумрачное время, поэтому Керуш без труда даже в полутьме нашёл путь к складу с тренировочным оружием. Огонь они никогда не зажигали, чтобы не привлекать внимание стражей на вышках, а если кого и беспокоил звук стали, то воины лишь окликали Керуша и, получив ответ, расслаблялись, не задавая старшему по званию лишних вопросов.

Всё это Керуш делал, чтобы не афишировать тренировки, как Афшан его и просил. Чем больше Сарвад видел в брате пьянчугу-разгильдяя и любителя праздной жизни, тем меньше переживал, что тот когда-либо восстанет против законного наследника. Расположение Сарвада гарантировало Афшану сохранение жизни, но и полагаться на простую удачу он тоже не намеревался. Оставалась опасность, что кто-то да решит избавиться от полукровки. Если яд тяжело предусмотреть, то от наёмников Афшан был намерен отбиться, поэтому продолжал втайне тренироваться.

Керуш был старым другом и наставником Афшана, поэтому поддерживал скрытность, хоть и ворчал из-за ранних подъёмов. Но и это пошло на пользу Афшану: тот научился прекрасно отражать атаки даже в скудном освещении.

– Это ты так меня наказываешь? – уточнил Афшан, поймав брошенный другом шамшир.

Керуш усмехнулся, подтверждая, что вопрос скорее риторический. Для себя наставник достал копьё, и мареш раздосадованно взглянул на свой изогнутый клинок. Шамшир – режущее оружие, а из-за изгиба отбиваться будет непросто.

– Не ной и не позорь фамилию моей семьи, – с явным наслаждением осадил Керуш, выходя на поле. – Тебя наставлял и мой отец. Говорил тебе уметь применять навыки в любой ситуации.

Афшан не успел ответить что-нибудь язвительное, как Керуш сделал прямой выпад, и мареш до боли напрягся всем телом, отклоняясь. С таким же успехом он мог дать Афшану камень. Даже топор был бы удобнее против копья.

Керуш агрессивно наступал, не позволяя ни обогнуть себя, ни подобраться ближе. После колющих ударов он прокручивал копьё, и приходилось следить, куда Керуш его направит, чтобы отпрыгнуть или пригнуться. Скрытные тренировки вынуждали не только ориентироваться в полумраке, но ещё и двигаться как можно тише.

– Сарвад собирается взять тебя с собой при атаке на Хетру, – поделился Керуш, и Афшан едва не получил древком по голове, опешив от новости. – Он лично предложил твою кандидатуру царю.

– Он хочет меня убить? – Вопрос, который Афшан задавал себе бесчисленное количество раз, сорвался с губ легко.

Керуш медлил с ответом, явно обдумывая известную ему информацию. А знал он больше других, будучи постоянно подле Сарвада. Афшан с братом далеко не сразу наладили отношения, хотя действительно убить младшего Сарвад никогда не пытался, если не считать несколько драк и опасных тренировок в детстве со сталью. Тогда Афшан был неуклюж с оружием, а брат тренировался уже не первый год. Мареш ушёл с несерьёзными ранами, но кровь пролилась. С тех пор Афшан изо всех сил старательно разыгрывал дурачка и увальня в глазах советников, чтобы у Сарвада не было надобности его опасаться. Только Керуш знал, что поведение Афшана напускное.

– Вряд ли, – решил он, прекращая атаки.

Афшан резко ушёл в сторону и рванул вперёд, сокращая дистанцию. Теперь Керуш уклонялся от атак, но шамшир мареша требовал резких, размашистых движений, которые создавали бреши в его защите – и Керуш ими воспользовался. Когда Афшан невольно открылся, он древком отбил лезвие шамшира, лишая его темпа.

– Сарвад вполне миролюбиво отзывался о тебе как о милом братишке. Рассказал его величеству, что хочет видеть тебя рядом, когда подожжёт храм Ируги и въедет в ворота дворца Малека Азура. Может, Сарвад всё ещё видит в тебе шестнадцатилетнего юнца? В его глазах мозгами ты не сильно вырос. – Керуш усмехнулся и вновь удачно отбил атаку. Несмотря на взмокшие виски, он даже не запыхался, что немного выводило из себя. – Ну чего ты, Афшан? – хохотнул он, когда движения мареша стали более порывистыми. – Я же хвалю тебя. Ты отлично справляешься с ролью бездельника. Не устал куртизанок в постель таскать? Ты смотри не перетрудись.

Афшан как можно чаще появлялся в окружении женщин лёгкого поведения, с бутылкой в руках, чтобы выглядеть недалёким. И сперва ему действительно нравилась их компания, он удачно совмещал приятное с полезным. Однако подобные связи и жизнь без чувств быстро стали однообразными и утомительными. Даже Керушу неизвестно, что в последние годы Афшан всё реже спал с приглашёнными девушками. Довольствовался их заботой, массажем, разговорами или игрой в нарды, а затем выпроваживал. Шутка Керуша подтвердила, что девушки помалкивали, а среди знати о младшем мареше продолжали ходить нужные слухи.

– Если устану, позову тебя меня подменить, – со смешком предложил Афшан.

– Сопляк, – развеселился друг.

У них разница всего в три года, но Керуш знал Афшана лучше, чем кровный брат. Он сделал несколько порывистых выпадов, намеренно сбив с толку, чтобы нанести удар сбоку, но Афшан разгадал манёвр ещё в начале и парировал. Древко врезалось в изогнутую сталь, и Керуш задумчиво замер.

– Действительно, прекрати звать меня по утрам, Афшан. Мне более нечему тебя учить, – с видимым удовлетворением заявил тот. – Сейчас я если и смогу одолеть тебя, то только массой тела и ростом, а в остальном из тебя вырос достойный воин. Мой отец тобой бы гордился.

Афшан одеревенел и с трудом проглотил ком