Ольга Баумгертнер - Связующая магия

– Через час мы с Бэйзелом и Лайтфелом отбываем в темную обить… Теперь я точно не побоюсь оставить Закатную обитель на тебя.

– Лучше уж возвращайтесь поскорее. Если бы меня не разбудил Ретч, я эту грозу бы проспал.

– Мы вернемся к вечеру. Ты не чувствовал опасности?

– Нет. В Срединных мирах мне пришлось пережить кое-что похуже.

– Кроме того дракона?

Я кивнул.

– Не хочешь рассказать?

– Не люблю рассказывать о своих слабостях…

Я поднялся, а Игниферос сжал мое плечо.

– Берегись того дракона, Тэрсел.

– Что еще ты узнал от Нэиль?

– Ничего. Иди.

К концу дня они не вернулись. Я обеспокоился. С одной стороны, возможно Балахира действительно не было в темной обители. Но с другой, Игниферос мог бы прислать весточку… Вернувшись в свои покои я позвал Мерлинду.

– Скажи, у тебя есть кулон для связи с Бэйзелом? – спросил я.

Мерлинда, встревожившись, сняла с шеи кровавый амулет.

– Ты думаешь, что-то случилось? – она глянула на алую капельку крови, превратившую горный хрусталь в рубин.

– Они до сих пор не вернулись, – я раскрыл портал в темной обители – в ее внутреннем дворе перед дворцом. – Удерживай портал.

Мерлинда кивнула, а я шагнул в мир Бинаина.

– Слишком много времени прошло, чтобы поймать этого червя… – добавил я и прислушался к кровному амулету.

Но кулон остался глух. Я, нахмурившись, посмотрел на взволнованную Мерлинду. Она все поняла без слов.

– Тэрсел, даже если их здесь нет, это не означает, что с ними что-то произошло. Это три сильнейших мага обители! – произнесла Мерлинда, однако голос все же дрогнул. – Возможно, Балахир слишком верток и ускользнул, а они последовали за ним…

– Звучит не слишком убедительно, хотя такое и возможно. Но…

– Что бы ни произошло, ты должен находиться здесь! – с нажимом произнесла Мерлинда. – Пошли кого-нибудь другого на поиски! Если ты оставишь обитель, все может рухнуть…

Я колебался, но понимал, что она права. Шагнул обратно и захлопнул портал за собой.

– Поставь Совет в известность, – произнес я, и Мерлинда удалилась.

Я же позвал Нордека, и тот указал мне на пятерых надежных охранников, которым я передал кулон с кровью Бэйзела и отправил на поиски. Как мне сообщила чуть позже Мерлинда, Совет оказался единодушен со мной насчет поиска – то, что Игниферос покинул мир Бинаина, не предупредив об этом, все нашли подозрительным. Однако они были недовольны, что я сам с ними не поговорил, да и пребывали маги из-за случившегося в довольно мрачном состоянии духа.

А я подумал, что возможно узнаю все гораздо быстрее, если посещу Гейнира и узнаю, проникал ли кто-нибудь через Рубеж… Потому как у меня были самые скверные предположения относительно пропажи Игнифероса, Лайтфела и Бэйзела. Отлучаться из обители мне действительно не следовало, но… я решил подождать еще один день, все-таки имея слабую надежду, что те, кто отправился на поиски, скоро что-нибудь сообщат.

Ночью мне приснился странный сон. Эрслайт и Прит сидели у костра, подбрасывая туда веточки. Рядом спала Майла. Брат, наконец, примирился с сестрой. А оба мальчика, казалось недавние враги, все-таки подружились. Две луны медленно взбирались на небосвод. Мальчишки уже зевали, но все еще бросали друг другу живые реплики, смеясь чему-то. «Отец!» – я так и не понял, кто из них выкрикнул, но оба вмиг вскочили на ноги. К Эрслайту метнулась тень, обернувшаяся в свете костра Балахиром. Но Прит оказался проворнее, выхватив кинжал и оказавшись между другом и отцом. «Отец!» – повторился крик, и на этот раз я не сомневался, что слышу голос Эрслайта. Я подскочил в кресле, где уснул за размышлениями насчет рисунков в книге магии созидания. Крик эхом звучал в голове, а я уже раскрывал портал. «Ретч! Нордек! Живо туда!» – приказал я, мысленно показав им картинку.

Я успел вовремя. Прит на этот раз пырнул Балахира в действительности, легко ранив в бок. Балахир в ярости от оказанного сопротивления, попытался отшвырнуть от себя мальчишку, но Прит так и не позволил ему приблизиться к Эрслайту.

– Оставь, Прит!

Мой окрик, заставил его выпустить Балахира, раскрывшего портал и пытавшегося ускользнуть. Портал захлопнулся, а Балахир, словно споткнувшись, бухнулся на колени.

– Отлично, милорд, – засмеялся он сквозь сжатые зубы. – Ты воспитал отцеубийцу.

Мне очень захотелось врезать ему кулаком, чтобы стереть его усмешку, но вместо этого я сделал это мысленно. Смех Балахира вдруг обернулся воем. Осев, он вцепился пальцами в траву, взгляд его замутился, а из носа засочилась кровь.

– Ты идиот, Балахир, и тот урок ничему тебя не научил…

– Тэрсел, – рядом с нами из порталов появились Ретч и Нордек.

Они тут же оценили обстановку и схватили Балахира, избавив меня от искушения прикончить его немедленно на месте, от чего его вероятно не уберегло даже присутствие Эрслайта и Прита.

– Пусть приговор ему вынесет Совет, – произнес Ретч, явно прочтя желание у меня на лице. – К тому же он должен рассказать об Игниферосе…

– Я расскажу это только в присутствии всего Совета… – прошиел Балахир.

Я нахмурился, но кивнул.

– Не беспокойся – мы последим за ним, – заверил Ретч, и они исчезли в портале.

Я обернулся к притихшим мальчишкам.

– Спасибо, Прит, – поблагодарил я и посмотрел на Эрслайта.

– Ты ведь услышал меня? – прошептал он – в глазах вместе с недавно пережитым страхом плескалась радость, что его услышали и к нему пришли на помощь.

– Да. Но ты должен благодарить в первую очередь Прита, – Эрслайт кивнул, а я обнял обоих. – Вы ведь подружились?

– Да, отец.

– Да, милорд.

Тут мы вспомнили о Майле. Я выпустил мальчишек. Но мы зря беспокоились – девчушка спала. Они недоуменно переглянулись, но потом вспомнили, что Балахир до сих пор невидим для жителей обители, а значит, и его болезненный выкрик она не слышала.

– Авориэн знает, что она с тобой? – спросил я.

– Конечно.

Утром состоялся Совет, а я пожалел, что оставил Балахиру жизнь. Еще вчера я понял, что ему ничего неизвестно об Игниферосе. Бэйзеле и Лайтфеле, однако посчитал, что Балахир сам должен сообщить об этом Совету. Но тот намеривался рассказать Совету о другом… Он стоял перед колдунами мертвенно бледный, с рассеченной губой и посиневшей скулой – кто-то – или Ретч, или Нордек – оказался солидарен со мной в желаниях. Пленник вскинул взгляд, губы его скривились в усмешке, но она стоила ему боли. Он зашипел и выругался.

– Будь ты проклят, Тэрсел! Хотя, тебя прокляли до меня… И ты – слышишь? – ты совершил еще большую глупость, чем я вчера! Ты допустил мое присутствие на Совете! Но, может, я зря опасаюсь за твою разумность? Игнифероса здесь нет, заступиться за меня некому. Так ты заткнешь мне рот, гипномаг? Или все же позволишь говорить?