Александра Лисина - Дороги Валлиона

Да… я действительно одна… и это — правда, против которой не попрешь. Тени не в счет — призраки не знают живого человеческого тепла. А демон — и подавно. Это только сейчас они немного оттаяли, это со мной они немного стали похожими на людей, но это не то… пока еще все не то. Для того, чтобы по-настоящему ожить, им потребуется немало времени. Тогда как я… я ужасно соскучилась по простому человеческому жилью.

В какой-то момент мне вдруг так захотелось встретить хоть одну живую душу, что аж скулы свело: хотелось теплой ванны, душистой мыльной пены, чисто вымытых волос и вообще, элементарного комфорта. Я не капризная, честно, но когда больше полугода живешь, как дикарка, когда-нибудь да настает то время, когда все готова отдать лишь за возможность поспать на чистых простынях.

Боже… как же давно я не видела нормальной подушки!

Поняв, чего же именно мне так не хватало все последние дни, я, отодвинув в стороны расчеты, выжидательно приподнялась в стременах (которые умница Лин вырастил из своего бока для того, чтобы мне было удобнее) и с надеждой всмотрелась вдаль. Но увы — ни одного человека на дороге не обнаружилось. И свежих следов от проехавших телег — тоже. То ли неба хмурого испугались, то ли меня почуяли, то ли народу тут жило еще меньше, чем везде, а то ли время весенней ярмарки еще не подошло. Короче, пусто было вокруг, как в пустыне. А я и в самом деле ощущала, что соскучилась по общению, как изнывающий от жажды бедуин, у которого из собеседников остался лишь слюнявый верблюд и собственный, пропахший потом халат. Да еще Лин завел дурную привычку через каждые сто-двести шагов оборачиваться, чтобы проверить, не закончила ли я свою работу. И хоть он молчал, а спустя пару мгновений смущенно отворачивался, так и не задав вертящегося на языке вопроса, его нетерпение начинало действовать на нервы.

Вот уж когда я на собственной шкуре почувствовала, что такое синдром длительного одиночества. И даже воспоминания о проклятых Горечах не смогли перебить желание завернуть в первое же попавшее село.

"Дымом пахнет, — негромко заметил шейри, когда стало казаться, что лес никогда не кончится, и у меня что-то екнуло в груди. Господи… неужели?! — Дымом и жильем. Где-то неподалеку деревня".

— Уверен? — для проформы спросила я, жадно принюхиваясь и пытаясь уловить то, что чуял его нос.

"Конечно. Хочешь зайти?"

Мне хотелось зайти до ужаса. Но, во-первых, внутри некстати проснулась едва не исчезнувшая насовсем осторожность. Во-вторых, память о крысе-Стеване все-таки вернулась, на этот раз отвоевав у мечты о комфорте немало важных позиций. Наконец, деревня, если демон прав, была большой, наверняка со знахаркой или хотя бы травницей, без которых тут ни одна приличная окраина не обходилась. А я не просто так с дороги завернула. Со мной идет демон. Причем, необычный и очень-очень сильный. Поэтому я совершенно не представляла, как себя вести, если в деревне окажется Ведьма и если она (не смотря на все мои ухищрения) все же признает в красивом вороном Старшего шейри.

"Ну что? — нетерпеливо оглянулся Лин. — Ты решила?"

Я прикусила губу.

Черт. Как лучше поступить? Что правильнее? Стоят ли мои удовлетворенные желания реальной опасности оказаться разоблаченной? Причем, не как Ишты, а как женщины? Как владелицы целого демона? Имеет ли смысл так рисковать? Не лучше ли объехать крупное село стороной?

"Ого! — неожиданно дернул головой шейри, указав куда-то в сторону. — Гляди-ка: кажется, мы тут не зря оказались".

Я послушно посмотрела и замерла: на одном из придорожных деревьев трепетал, едва не срываясь от ветра, тонкий листок пергамента. А когда Лин, дотянувшись зубами, легко его сорвал, оказалось, что это объявка. "Заманка". Предложение быстрого способа разбогатеть. Точно такое же, как возле печально известных нам Горечей. А это значило только одно — работа… Твари… и еще несколько месяцев жизни для моих призрачных братьев.

Я решительно тронула поводья и бросила Лину:

— Поворачивай.

После первого неудачного опыта к незнакомой деревне я подъезжала с настороженностью и вполне обоснованным подозрением. Повторения прошлого совсем не хотелось, поэтому я сперва пристально изучила ее издалека, остановившись на соседнем пригорке, наглядно убедилась, что она выгодно отличается от Горечей, и только потом спустилась.

Деревня и правда выглядела намного лучше, чем владения старосты Стевана. Во-первых, была изрядно больше — домов этак на сорок, если не на сорок пять. Во-вторых, дома эти были куда как опрятнее и добротнее Горечевских, крепкий бревенчатый тын бы усилен глубоким рвом, наполненным водой из ближайшей речки. Надо рвом имелся самый настоящий подъемный мост, сейчас — опущенный и обрамленный гостеприимно распахнутыми воротами… прямо небольшое городище, а не деревня. Да и дорога к ней вела прямая, укатанная и заботливо подровненная, чтобы кони не спотыкались на каждой кочке.

"Ведьмы нет, — тут же определил Лин, втянув ноздрями воздух. — Странно, но я ничего не чую. Такое впечатление, что если и была тут, то давненько померла. Или же сама ушла, потому что запах шейри выветрился".

"Посмотрим, — неопределенно отозвалась я. — Ты, главное, себя не выдай".

На что демон только пренебрежительно фыркнул.

У ворот нас встретил широкоплечий бородатый мужик в чистой рубахе и новехоньких сапогах. Внимательно оглядел меня, еще внимательнее изучил Лина, на пару секунд остановил взгляд на выглядывающем из-под куртки краешке кольчуги и густым басом спросил:

— День добрый. Что привело господина в Заречье?

Вот так. Не "что угодно?", не "здравствуй, дорогой гостюшка", не "чего приперся?!", а вполне нормальный деловой разговор. Без всякой фальши, но с вежливым интересом и ненавязчивым уточнением, какого же фига тут понадобилось вооруженному (возможно, опасному) незнакомцу.

Я молча показала "заманку".

Он понятливо кивнул, одновременно бросив быстрый взгляд на мою левую руку, где должен был красоваться перстень с эмблемой Гильдии (потому что у рейзеров, как сказал мне Лин, была именно Гильдия с официальным представительством в Фарлионе и кучей мелких филиалов, расположенных в крупных городах), но наткнулся на перчатку и так же вежливо уточнил:

— Господин — рейзер?

— Нет, — хрипловатым голосом (спасибо Асу) отозвалась я. — Это что, проблема?

Мужик оглядел меня еще раз и пожал плечами.

— Нет. К старосте вам надо, господин. Он скажет, что делать.

Я проследила за его рукой, указавшей на дальний, ничем не отличающийся от соседних деревянный дом с высокой крышей и затейливой резьбой на ставнях. Приметила наверху кокетливый флигель в виде незнакомой мне птицы. Подумала, что с таким ориентиром точно не ошибусь, благодарно кивнула сторожу и тронула пятками бока шейри, после чего неторопливо вошла в Заречье, с облегчением чувствуя, что здесь мне, кажется, не грозит вляпаться в какую-нибудь неприятную историю. Однако "привратник" оказался не промах: не просто махнул рукой, позволяя чужаку безнаказанно топать по единственной улице, но тут же оставил свой пост, свистнув кому-то, чтобы сменили, а сам пошел рядом, то ли показывая путь, а то ли следя за тем, что мы с Лином гадость какую тут не учинили.