Александр Мазин - Мой друг Тролль

Это выражение показалось странным не только Кате. Две тетки за ее спиной обсуждали то же самое.

— Наркоманка, — убежденно сказала одна.

— Героинщица, — проявила познания другая. — Самый страшный яд. Ишь, рожа довольная какая. Я по телевизору слышала — от героина больше всего их и умирает. Вроде как от счастья.

— Час назад девку в кустах нашли, — бубнил еще кто-то. — Под забором у этого кабана. И шприц рядом, и все что полагается. Гробят себя, идиоты…

— Дура ты, бабка, — пренебрежительно бросил тощий парень в штанах по колено. — Какая она тебе наркоманка. На руки ее глянь. «Трубы» чистые, ни следка. А у наркош знаешь какие «дороги»?

— А сам ты откуда знаешь? — Тетка подозрительно глянула на парня. — Тоже наркоман? Товарищ милиционер! Можно вас на минуточку…

Милиционер ее не услышал: старательно отпихивал любопытных.

— Нет, ну дура — дура и есть, — парень ничуть не испугался. — Врач я. На «скорой» работаю.

— Ой! — Тетка сразу как-то сникла. — Извините, пожалуйста!

— Да ладно! — великодушно простил ее парень.

— Дня два, не больше, — сказал он почему-то Кате. — Свеженькая. Ты на каком курсе, на первом?

— Я? — удивилась Катя. — В каком смысле?

— Ты же на врача учишься, я угадал?

— Почему вы так решили?

— Да ладно! — засмеялся парень. — Что я, не вижу? Такой взгляд только после анатомички появляется.

— Да? — Катя была заинтригована. — Какой — такой?

— Оценивающий!

Парень явно был не прочь познакомиться. Диму он демонстративно игнорировал. А может, просто не обратил внимания, что они с Катей — вместе. Диме это, понятное дело, не понравилось. А на труп он и вовсе старался не смотреть, в отличие от Кати, которая, надо отдать должное наблюдательности молодого доктора, действительно рассматривала покойницу с большим интересом и без всякого отвращения. Наверное, потому, что присмотревшись, уже не чувствовала в ней человека. Пустая оболочка, кукла…

— Пошли отсюда! — Дима потянул ее за руку, при этом с вызовом глянул на тощего парня. Тот ухмыльнулся.

— Доктор, а можно вас спросить… — обратилась к парню тетка. — Вот у меня в правом боку…

— Это не ко мне, это — к терапевту, — отмахнулся парень.

Мертвую девушку принялись паковать в большой пластиковый мешок. Народ, вполголоса переговариваясь, потянулся по домам.

— Пошли, пошли, — буркнул Дима, подталкивая Катю.

— Пока, красавица! — Тощий махнул Кате рукой. — Увидимся!

Следуя за дачниками, Дима с Катей прошли до конца тропинки и неожиданно вышли в поселок. Со всех сторон торчали дачи; вдоль линии домов тянулась широкая асфальтированная дорога.

Дима шел молча, хмурясь. Катя вслух размышляла об увиденном. На нее, должно быть, на нервной почве, напала болтливость.

— Ну вот — в первый раз в жизни увидела мертвеца. Ничего страшного, в принципе…

Дима пробормотал что-то язвительное. У него испортилось настроение. Катя, не заметив этого, продолжала:

— Просто я думала, что мертвецы совсем другие.

— Какие? — мрачно спросил Дима.

— Ну, примерно как в фильмах ужасов. Такие… зловещие. А на самом деле это все так обыденно… Видел, какое у нее лицо? Интересно, что она чувствовала перед смертью?

— Тебе это интересно? — возмутился Дима. — Подходящее словечко. Мне, когда я ее увидел, чуть худо не стало, а ты ее рассматривала, как в музее, да еще кокетничала над трупом с этим санитаром. Может, тебе действительно надо было поступать в медицинский? Там столько интересных людей — и живых, и мертвых…

Катя обиделась. Она не понимала, чем недоволен Дима. Скорее она ожидала, что ее похвалят за выдержку, а не упрекнут в бессердечии.

— Это не я черствая, а ты слабонервный, — сердито буркнула она и, ускорив шаги, ушла вперед.

Дима посмотрел Кате в спину и неожиданно почувствовал, что его раздражение исчезло.

«Зачем я ей все это наговорил?» — виновато подумал он.

— Кать, ну ты чего? — Он догнал ее, взял за руку, потянул к себе. Если бы он сделал это полчаса назад, Катя, пожалуй, не стала бы особенно сопротивляться. Но сейчас она вырвала руку, посмотрела на него сердито, снизу вверх:

— Не трогай меня!

Повернулась и пошла дальше, по дороге. А Дима поплелся следом, бормоча всякие покаянные слова.

Минут через десять Кате стало его жалко. Она остановилась и сама взяла его за руку.

— Всё, я не сержусь, — сказала она. — Но с тебя мороженое!

Дима расплылся в улыбке. Дальше они пошли, держась за руки.

До мансарды Катя и Дима добрались только вечером. Ничего удивительного, если учесть, что всю дорогу они прошли пешком.

— Интересно, как там Лейка с Наташей? — вспомнила Катя. — Надо им позвонить.

Но Лейки дома не оказалось, а Наташе Катя, посмотрев на часы, звонить уже не рискнула. Завтра… Вообще же утренние события — туман, духи, Дети Ши — все это как-то поблекло, потеряло значение. Всё заслонил Дима… И мертвая девушка.

Лейка держалась почти час. Катя видела, что ей ужасно хочется все рассказать. Лейку буквально распирало изнутри. Но ей также очень нравилось, что Дима и Катя приплясывают вокруг нее, изнывая от любопытства.

Наконец Лейка смилостивилась.

— Только имейте в виду — это страшная тайна! — объявила Лейка. — Я дала клятву вечного молчания. И вы тоже должны ее дать!

— Мы дадим! — быстро сказала Катя.

И Димка тоже торопливо закивал.

На самом деле никакой страшной клятвы с Лейки не брали. Наоборот, Итлинн намекнула, что Лейка может рассказать Кате о том, что видела. И даже не просто может, а должна. Потому что Катя им нужна.

— Она что, тоже ведьма? — спросила все еще потрясенная увиденным Лейка.

— Она — больше! — многозначительно заявила Итлинн. — Она — утраченная часть целого! Но ты ей об этом не говори!

— Ни за что не скажу! — пообещала Лейка, от волнения даже забыв спросить, что это за целое, которое потеряло Катю.