Мария Куприянова - Анделор. Тетралогия

«А что ты хотел? Если сам король уже несколько часов как покинул Санэр», — фыркнул Аргент.

— Как уехал? Куда?

— Нам не сказали, — потупила взор Зебра. — Видимо, ему есть куда податься.

— В отличие от остальных, — проговорил Николай, рассматривая поднимающееся над городом зарево огня.

— И что мы будем делать? — Разыщем Зориана, а там решим, — он обнял за плечи Тай'ю, и вместе они отправились в сторону дворца.

Брошенный королевский дворец выглядел жалко. Проникнуть в сердце Санэра теперь не составляло большого труда: охрана исчезла, а двери и окна не скрывались более с помощью магии. Внутри коридоров и многочисленных покоев поселилась разруха. Со стен содрали оружие и картины, с окон сняли парчу и тончайшую тюль, исчезли многочисленные статуэтки и все, что имело хоть какую-то ценность. Шаги гулко раскатывались по пустующим помещениям, громкое эхо отвечало даже на самый тихий шепот. Безопасность дворца, конечно же, никого уже не волновала. С отъездом короля золотая полусфера лишилась своего стержня и покорно ожидала неминуемой гибели.

Коля и Тай'а петляли по многочисленным коридорам в поисках Зориана. Иногда им навстречу выбегали перепуганные люди, видимо, бывшие слуги, таща в руках внушительные свертки. Но полуэльфа они среди них не заметили. А то, что он находится где-то здесь, говорил оставленный внизу экипаж. По всей видимости, Зор поднялся в покои Нарэны, которые находились на самом верху. Аргент остался у выхода, на случай, если предку вздумается покинуть дворец другой дорогой. Да и сам единорог не горел желанием шагать по ступеням, взбираясь на самый верхний этаж.

Наконец, из комнаты, что находилась неподалеку от той, которую ранее занимал Айлин, послышались голоса и звонкий смех. Коля постучался, заранее предполагая, что явился сюда не ко времени и не к месту. За стенкой зашуршали, дверной замок щелкнул и в проход высунулся полуобнаженный Зориан. С обмотанным вокруг талии полотенцем, он недовольно буркнул:

— Другого времени не нашел?

— Вообще-то мы договаривались здесь встретиться. Забыл?

— А. Точно. И?

— Ничего. Король отбыл в неизвестном направлении, Санэр погрузился в хаос и через десять дней его затопят. Но тебя это не волнует, правда? — вдруг разозлился Николай.

— Волнует, конечно, — пожал плечами Зориан. — Но знаешь что? Все дела могут подождать до завтра. Уже поздно, а сегодня был тяжелый день.

Дверь захлопнулась прямо перед носом.

— Настолько тяжелый, что он уже свалился в кровать, — пряча улыбку произнесла Тай'а.

— Нашел время!

— Кайл, он уже взрослый мальчик, — тронула его за локоть Зебра. — Идем, выберем и себе комнаты. Надо же нам где-то переночевать.

Коля вздохнул и кивнул. Дворец изобиловал пустующими апартаментами. А верхние этажи меньше всего подверглись грабежу. Видимо, рук просто не хватило. По мнению местных жителей любая задержка несла смертельную опасность, и все уже давно убрались. Остались только те, кто лично присутствовал при переговорах, и точно знали, что в ближайшее время потоп не начнется.

— Ты есть хочешь? — вдруг спросила девушка.

— Вообще-то да, — Коля вдруг осознал, что с утра так ничего и не ел, и голод противно терзает желудок. — Только где нам сейчас раздобыть ужин?

— Я кажется знаю, — хитро подмигнула Тай'а, повернула в сторону и исчезла в ближайшем закутке. — Не думаю, что слуги таскали еду по лестнице, — послышался оттуда ее голос.

Молодой человек пошел следом. В проеме оказалась небольшая дверца, врезанная в стену на уровне груди. Зебра дернула за ручку и заглянула внутрь:

— Так я и знала! Подъемный механизм!

— Ты уверена, что он предназначен именно для еды, а не для сброса помоев или грязного белья?

— Проверим? — ор-думмка ухватилась за веревку и принялась подтягивать платформу вверх.

Через некоторое время из глубин шахты появился довольно вместительный шкаф. Очевидно, королевские гости отсутствием аппетита не страдали.

— И что дальше? — Николай с сомнением посмотрел на хитрую конструкцию.

— А вот что. Держи! — Она всучила ему веревку, а сама быстро забралась внутрь. — Спускай меня вниз!

Выполнить просьбу девушки не составило большого труда. Правда, тащить своеобразный лифт вверх оказалось куда сложнее. Зато когда дверца открылась, оттуда вылезла Зебра, держа в руках большое блюдо. Аппетитный кусок мяса с хлебом, сыр и фрукты, подмышкой Тай'а сжимала бутыль вина.

— Вот, все что мне удалось унести! — довольно промурлыкала она.

— Недурно, — Коля перехватил у нее еду и помог выбраться из шкафчика.

— Там, на кухне, тоже ни души. Ты уверен, что водяные не затопят город раньше?

— Конечно, уверен. Они заключили магический договор. Его невозможно нарушить. Никогда.

— Тогда хорошо, — вздохнула девушка. — Да, еще я предупредила Аргента, что мы останемся здесь. По-моему, он тоже не прочь занять королевскую конюшню. Тем более, что она находится неподалеку от погреба, где хранятся бочки с пивом. Ну что, идем?

Коля разместился в той же комнате, которую ему предоставили ранее. Зебра поселилась по-соседству. У нее же на скорую руку разложили еду по найденным тарелкам и откупорили бутыль вина. Сначала молча поглощали ужин, лишь изредка перекидываясь дежурными фразами. Когда же с мясом покончили и приступили к сыру и фруктам, хмель уже достаточно вскружил голову, чтобы говорить о всяких мелочах, не переходя на серьезные темы. Конечно же, Николая интересовало то, где пропадала Зебра, и кого она преследовала, но в общей расслабленной атмосфере, затрагивать опасную тему не хотелось.

За окном уже царствовала ночь. Ветер колыхал шторы, занося внутрь шум отъезжающих повозок и запах гари. Коля взял свой бокал и вышел на балкон. Казалось, Санэр разделился на две части. Одна находилась за пределами дворца. Там бушевали страх, отчаяние и горечь. Горожане бежали прочь из умирающего города, не заботясь о том, что их ждет впереди, лишь бы избежать жуткой смерти от лап водяных.

Другая сторона находилась здесь, в этой самой комнате. Мягкий свет светильника придавал ей уют и защищенность, а поселившиеся здесь тишина и покой расслабляли.

Тай'а сидела на диване и рассматривала стенки бокала, по которым тонкими струйками стекало густое вино. Их порывистый поцелуй остался вне обсуждений, как нечто, требующее более глубокого осмысления.