Светлана Шумовская - Невеста на три дня

— Пятнадцать соле в день, — ответил он.

Я чуть не села прямо на пол. Это много. Очень много денег. Если за десять золотых соле можно купить дом на окраине столицы, то за сорок пять я смогу купить четыре дома! Хотя зачем мне четыре дома… О чем это я?! Пятнадцать соле в день!

— Это при условии, что все получится, — предупредил кьерн, но я его уже не слушала, потому что была уверена, что за пятнадцать соле в день у меня получится все что угодно, даже невозможное.

— Двадцать, — нагло заявила я, никак не выдав своей радости. Я быстро просчитала, что сорок пять соле мне не хватит для осуществления моего плана, а вот шестьдесят в самый раз. Главное, чтобы Балуа не оказался жадным. «Только не жадничай», — мысленно взмолилась я.

— Восемнадцать, — выдвинул свой вариант кьерн. Видимо, он тоже любил поторговаться.

— Двадцать, — твердо повторила я.

— Черт с тобой, двадцать! — сдался мужчина, а я плотнее стиснула зубы, чтобы не завопить от радости.

— И никаких подобных выходок, — снова поставила условие я.

— Каких выходок? — хитро прищурился кьерн Балуа.

— Без домогательств, — как можно противнее пояснила я. Мужчина кивнул, и, как ни странно, я ему поверила.

— Когда едем? — уже с улыбкой спросила я.

— Хотелось бы отбыть прямо сегодня вечером, но, вероятно, уже поздно, — задумчиво произнес он. — Значит, на рассвете.

Я согласно кивнула: на рассвете так на рассвете. Да за шестьдесят соле хоть в пасть к мракобесам галопом на хромом осле! Хоть с Балуа, хоть с самой Марой за ручку прогуляюсь по просторам царства Скорби!

— С хозяйкой я договорюсь сам, — сообщил кьерн. — Подробности обсудим в дороге… И я заеду на рассвете.

— По рукам, — согласилась я. После услышанной суммы я вообще стала на редкость покладистой. — Только бумагу о выплате составьте и подпишите заранее, иначе с вас станется надуть бедную испуганную девушку.

Балуа хотел что-то ответить, но я уже захлопнула двери и быстро спустилась вниз по лестнице, чтобы утонуть в гуле голосов и звуках музыки.

Нил онт Балуа

Девушка выбежала из комнаты как ошпаренная. «Похоже, она меня боится», — подумал кьерн Балуа, не в силах прогнать с лица улыбку. Такое милое и, казалось бы, непосредственное создание, у которого оказался весьма скверный и расчетливый характер. Бездонные синие глаза выглядели такими наивными, но в то же время невыносимо порочными.

— Лея, — он снова произнес вслух это имя. Когда он встретил ее впервые, в ней не было ничего примечательного. Обычная девушка с периферии, отличающаяся лишь красотой длинных блестящих и, несомненно, ухоженных светлых волос, но сейчас… Платье подчеркивало все прелести искусницы, еще больше поднимая высокую красивую грудь; пухлые губы, подкрашенные розовой помадой, так и манили прикоснуться к ним; тонкий ровный нос и длинные кукольные ресницы… Неудивительно, что он сорвался и попытался соблазнить девушку. Нил понял, что мысленно пытается себя оправдать, и горько усмехнулся, сделав еще глоток настойки.

— Чертовка, — прошептал он, откидываясь на спинку кресла, и довольно улыбнулся. В коридоре послышался цокот острых каблучков по деревянному полу. Нил мысленно досчитал до пяти, и дверь открылась. Донна Далия, торопливо вошедшая в свой кабинет, никак не ожидала увидеть в нем посторонних, и звонко вскрикнула. Потом опомнилась и изобразила издевательский поклон.

— Что вы здесь делаете, кьерн? — устало спросила она, подходя к своему столу.

— Я хочу эту девушку, Лею, — без церемоний ответил он. Леди на мгновение замедлила шаг, но быстро пришла в себя и возобновила движение.

— Поздно, господин, — ответила она, усаживаясь на свое место, — ее уже выбрал ваш кузен.

— Донна Далия, — протянул Нил, поднимаясь из облюбованного кресла. — Разве сумма, внесенная моими родителями в бюджет «Алара», меньше, чем та, что внесли родители Анри. — Кьерн оперся руками о стол, за которым устроилась леди.

— Нет, кьерн Балуа, — ответила она. — Но вы слишком долго выбирали… Я же не могу отказать вашему кузену сейчас, когда сама девушка дала согласие на брак.

Нил изумленно изогнул бровь. «Похоже, эта чертовка что-то задумала. Неужели решила не достаться никому?»

— Вы же знаете, кто поспособствовал тому, чтобы в этом году пансионы сделали выбор в пользу «Алара»? — иронично спросил он.

— Ваш отец, — невозмутимо ответила леди.

— Не значит ли это, что я, как особо приближенное к вашему благодетелю лицо, могу выбрать себе любую девушку? — Кьерн как матерый волк загонял свою добычу в западню, делая все, чтобы не оставить ей выбора.

— Ваше заведение живет за счет новой власти. Король милостиво разрешил вам существовать, он закрывает глаза на то, что вы фактически продаете своих воспитанниц и, как ни крути, нарушаете закон, — выложил очередной козырь Нил.

Леди возмутилась и резко подскочила с места, зашипев подобно кошке:

— Именно поэтому королю достанется шесть воспитанниц «Алара», которые, как и другие, жившие здесь до них, будут фаворитками, игрушками или наложницами в его загородном имении!

Донну Далию возмущало такое положение вещей, но сделать ничего она не могла. Это семейное дело. Еще ее прабабушка, будучи любовницей короля-тирана сто тридцать лет назад, основала «Алар» — пансион для благородных девиц. Потом ситуация с наличием юных леди в королевстве стала критической, и многие лорды выбирали себе жен из воспитанниц «Алара». Когда заведение перешло к матери Далии, та ввела новые правила. Ей, молодой вдове, потерявшей мужа только из-за того, что у него были слабые магические способности, которыми он даже не пользовался, и оставшейся с пятью малышами на руках, пришлось несладко… Поскольку донна Лаура — мать Далии все же осталась со статусом и с наследством, у нее было много связей в высших кругах. Она придумала неизвестный ранее способ заработка. Из-за запрета ранних помолвок многие семьи, в которых рождались мальчики, пребывали в страхе, что род оборвется или их отпрыск женится на простолюдинке, а это еще хуже, чем окончание родовой ветви… Донна Лаура стала брать деньги — залог гарантии на будущее, обещая после наступления совершеннолетия богатых отпрысков сватать им своих воспитанниц. Плата за ее услуги была фиксированной, но многие старались переплатить, чтобы в итоге получить лучшую невесту. Когда в столице с барышнями стало уж совсем плохо, донна начала заключать договоры с отдаленными пансионами. На самом деле хозяйки подобных заведений получали выкуп за девушек сразу после неожиданного «распределения», но девушкам об этом не говорили.