Северная сага. Конунг и воевода - Вячеслав Калинин
«Серьезный персонаж. Брутальный! И на воина вполне похож!» — подумал Ратибор. — «Не зря с ним Мороз более уважительно разговаривал. Кстати, а где сам Мороз?»
— Смотри, Мороз! — вдруг заговорил брутальный мужик. — Вон речушка приметная! К вечеру точно на месте будем!
— Ага, вижу! — ответил Мороз откуда-то позади Кречета. — Нас там ждать должны.
«На корме сидит!» — догадался Ратибор.
— Перекусить успеем! — продолжил Мороз. — Борщок, тащи сюда котомку со снедью! И вино принеси. Дрозд, дай брату флягу с вином!
«Дрозд, значит. Еще одно знание» — мысленно кивнул Ратибор и прикрыл глаза, пока похитители не заметили, что он очнулся. — «А Борщок — брат ему. На этом можно сыграть!»
Послышалась возня — это парень доставал пищу. Неожиданно раздался крик боли. Орал Борщок:
— А-а-а-а! Я ногу проткнул! Тут гвоздь торчит! Уй, как же больно-то!
— Заткнись, Борщок! — рявкнул Мороз. — Чего орешь на всю реку, как свинья недорезанная⁈
— Нога! — продолжал стонать Борщок. — Насквозь пропорол!
— Заткнись, говорю! Какой из тебя воин, если ты от гвоздя так ноешь⁈ — Мороз разозлился. — И чего я с тобой связался? Нет, не выйдет из тебя дружинника княжьего!
«Ну что, пора? Кажется, мой выход!» — подумал Ратибор, а потом широко открыл глаза и громким загробным голосом проговорил:
— Ну все, Борщок! На ржавый гвоздик напоролся, скоро лихоманка тебя сожрет! Вижу — сначала холодно тебе будет, потом жарко, а дальше — в Ирий!
— Не хочу в Ирий! — Борщок выпучил глаза, глядя на неожиданно очнувшегося и вещавшего страшным голосом пленника, и расплакался.
— Мало ли, чего ты хочешь! Если вовремя снадобьями не смазать — только в Ирий тебе дорога! — сообщил Ратибор и расхохотался.
Парнишку аж затрясло от страха.
Спохватившийся Мороз подскочил с кормовой доски, прыгнул к лежащему пленнику и сунул ему в рот какую-то замызганную тряпку.
— Ишь ты! Очухался, шпынь! Не слушай его, Борщок! Это он нарочно так говорит! Ничего с тобой не случится! Посикаешь на ранку, перевяжешь тряпицей и все пройдет!
Мороз злобно пнул ногой Ратибора по ребрам.
Дрозд, тем временем, бросил весла и перебрался к младшему брату.
— Дай гляну, что там у тебя!
Осмотрел ногу Борща, покачал головой.
— Прав Мороз! Сделай, как он сказал! Вот тебе тряпица чистая, перевяжешь.
Дрозд достал из поясной сумки рулончик льняной ткани, предназначенный для перевязки, и протянул отроку.
Борщок, все еще всхлипывая, развязал гашник, помочился на свою босую ступню и принялся заматывать ранку. Лишний конец тряпицы паренек решил отрезать, для чего достал поясной ножик и полоснул. Однако, лодка в этот момент качнулась на волне и вместе тряпицы Борщок пропорол себе ладонь. Да так, что кровь брызнула на пару шагов вперед.
— Ай! Ой! — заверещал неуклюжий бедолага.
Борщок вскочил от боли со скамьи, наступил на проколотую ногу, от чего заорал еще громче, зацепился на длинный хвост развязанного гашника, торчащего из пояса штанов, запутался в нем и бултыхнулся за борт, подняв тучу брызг.
— Да чтоб тебя! — выругался Мороз. — Ну что за королобый12 михрютка13! Он точно твой брат, Дрозд⁈ Вымесок14 какой-то!
— Я те дам, вымесок! — подскочил Дрозд. — За языком следи! Это ты в Смоленске десятником был, здесь же — никто! Щас как двину в морду!
— Да посмотри сам на него! — начал оправдываться Мороз. Видно было, что он струхнул, ляпнув лишнее. — Ты — воин, а брат твой — рохля! Да дай ты ему весло, пока не утоп! Смотри, как барахтается! Щас еще течением унесет!
Дрозд спохватился, ухватил весло и протянул бултыхающемуся за бортом парнишке. Борщок, продолжая верещать, вцепился в деревяшку. Старший брат подтянул его к лодке, схватил, как котенка, за шкирку и втащил на борт.
Ратибор, все это время наблюдавший за разворачивающейся сценой, умудрился выплюнуть кляп и расхохотался во весь голос.
— И руку еще пропорол! И в воду свалился! Вот точно Мороз сказал — михрютка королобый! — Ратибор заливался от смеха. — Лихоманка, холод, жар и Ирий! Ха-ха-ха! В лучшем случае, ногу и руку лекарь оттяпает! Если успеет! Нет, не успеет — в Ирий, точно! Только если травками нужными полечить, тогда выживешь, Борщок!
Борщок, слушая эти глумливые прогнозы, завыл в полный голос. Дрозд мрачно уставился на Ратибора, по-видимому, размышляя, сразу его убить или позже. Однако Мороз шустро подскочил к Кречету, снова засунул ему кляп в рот и несколько раз пнул ногой.
— Вот, песий сын, разговорился! На, получай!
Но Ратибору было уже все равно. Он своими словами достиг нужного — внес раздор и сумятицу в ряды врагов.
Дрозд кое-как перевязал руку младшему брату и усадил его на скамью. Борщок трясся и всхлипывал, пребывая в полуобморочном состоянии. Мороз шипел от злости на корме.
— И зачем я только с вами обоими связался⁈ Кто теперь грести будет? На хрена этот Борщок нужен? За бортом его оставить нужно было!
— Ты и будешь грести! — исподлобья посмотрел на Мороза Дрозд. — Не боярин, справишься!
Дрозд и сам понимал, что его брат накосячил по полной, отчего злился еще больше.
— Я-то справлюсь, да только зачем мне такой помощник? — ворчал, тем временем, Мороз. — Обещанного серебра пусть не ждет!
— Мне его долю заплатишь! А если нет — пожалеешь! Ты меня знаешь, Мороз! И не вздумай обмануть!
— Дали же боги помощничков! Один — балбес неуклюжий, второй — мне угрожает! Я ведь хотел вас к себе в сотню взять, а теперь даже и не знаю, стоит ли⁈
— А ты себя уже сотником возомнил? Это с чего бы? — удивился Дрозд.
— Да с того, что князь мне так обещал! Сказал: «Привезешь убийцу сотника моего — возвышу! Место погибшего воина займешь!» — проворчал Мороз и тут же осекся, глянув на Ратибора. Понял, что лишнего сболтнул. — Тьфу ты, пес! На тебе еще шенкелей!
И снова пнул Кречета по ребрам.
— Братка, мне холодно! — заскулил Борщок. — Дай мне свою рубаху запасную и плащ!
— Погоди, сейчас достану! — засуетился Дрозд. —