Патрик Ротфусс - Страх Мудреца
Я думаю о тебе часто и с нежностью.
Твоя, Д.
P.S.
Я надеюсь футляр для лютни тебе хорошо служит.
Урок Элодина в этот день начался странно.
Во-первых, Элодин пришел вовремя.
Это застало нас врасплох, так как шесть оставшихся студента привыкли проводить первые двадцать или тридцать минут урока, болтая, играя в карты, и стеная о том, как мало мы учимся.
Мы не заметили Мастер Имен, пока он не оказался на середине лестницы лекционного зала, и не хлопнул в ладоши, что бы привлечь наше внимание.
Вторая странность заключалась в том, что Элодин был одет в форменную одежду.
Я видел, как он носил ее раньше, когда заставляли обстоятельства, но он всегда делал это неохотно.
Даже во время интервью при приеме он был, как правило, помятый и взъерошенный.
Сегодня он облачился в нее, как если бы имел в виду именно это.
Она была выглажена и выстирана.
Его волосы небыли взъерошены как обычно.
Похоже, они у него были подстрижены и причесаны.
Он добрался до переднего края лекционного зала, поднялся на помост и встал за кафедру.
Это больше, чем что-либо заставило всех сесть и обратить на него внимание.
Элодин никогда не использовал кафедру.
-Когда-то давно, - сказал он без какого-либо вступления - это было то место, куда люди приходили учить тайные знания.
Мужчины и женщины приходили в Университет для изучения построения мира.
Элодин посмотрел на нас.
- В этом древнем Университете, не было ничего популярнее Именования.
Все остальное было основанием для металлургии.
Именователи ходили по этим улицам как маленькие Боги.
Они делали ужасные и прекрасные вещи, и все остальные завидовали им.
-Только мастерство в именовании, давало студентам менять свой ранг.
Алхимик без каких-либо знаний в именовании представлял грустное зрелище и ценился не больше чем повар.
Симпатия была изобретена здесь, но симпатист без знания именования мог быть хорошим кучером.
Артефактор без именования получал не многим больше плотника или кузнеца.
-Они все приходили учить имена вещей, -сказал Элодин. Его темные глаза светились, а его голос был звучный и возбужденный.
-Но именование нельзя выучить по правилам или механически.
Научить кого-либо стать именователем - это как учить кого-либо влюбляться.
Это безнадежно.
Это нельзя сделать.
Мастер Имен немного улыбнулся, и в первый раз, стал похожим на себя прежнего.
- И все же, студенты по-прежнему пытались учиться.
А учителя пытались учить.
И иногда у них получалось.
Элодин указал пальцем.
- Фела! - Он жестом пригласил ее подойти.
Подойди.
Фела встала, нервно взглянула, и присоединилась к нему на лекторском помосте.
- Надеюсь, все вы выбрали имя, которое хотите узнать, - Элодин сказал это, сделав большие глаза.
-И у вас есть все для осуществления ваших исследований с разной самоотверженностью и успехом.
Я боролся с желанием отвести взгляд, так как знал, что старался лишь в пол силы.
- У Фелы удалось то, что не смогли сделать вы, - сказал Элодин.
-Она нашла имя камня...
. Он повернулся, чтобы посмотреть на нее.
-Сколько это заняло времени?
-Восемь оборотов, - сказала она глядя вниз, ее руки нервно дрожали.
В изумлении мы все зароптали.
Она никогда не упоминал об этом в наших частых сетованиях о сессии.
Элодин кивнул, как бы одобряя нашу реакцию.
- Когда именование все еще преподавали, мы, именователи, гордились нашим умением.
Студент, который получил власть над именем будет носить кольцо, как объявление своего мастерства. - Элодин протянул руку перед Фелой и открыл ее, показывая речной камень, гладкий и темный.
- И то, что Фела будет делать сейчас, есть доказательство ее способностей.
Вздрогнув, Фела посмотрела на Элодина.
Она была поражена, ее глаза метались между ним и камнем, а по лицу разливалась бледность.
Элодин одарил ее ободряющей улыбкой.
-Давай,-мягко сказал он.
- В глубине души ты знаешь, что способна на это.
И даже больше.
Фела прикусила губы и взяла камень.
В ее руках он казался больше, чем в его.
Она закрыла на секунду глаза и сделал долгий, глубокий вдох.
Она медленно выдохнула, подняла камень так, что он будет первым, что она увидит, и открыла глаза.
Фела уставилась на камень, наступил долгий момент тишины.
Напряжение в комнате нарастало, пока не стало натянуто как струна арфы.
Воздух дрожал от него.
Последовало долгое молчание.
Две долгих минуты.
Две ужасно долгих минуты.
Элодин резко вздохнул, разрушая напряженность.
-Нет,нет,нет-сказал он, щелкая пальцами рядом с ее лицом, чтобы привлечь внимание.
Он прижал ладонь к ее глазам, закрывая их.
-Ты смотришь на него.
Не смотри.
Посмотри на это! - Он отдернул руку.
Фела подняла камень и открыла глаза.
В тот же момент Элодин ударил ее ладонью по затылку.
Она повернулась к нему, ее лицо выражало негодование.
Но Элодин лишь указал на камень в ее руке.
- Смотри, - возбужденно сказала он.
Взгляд Фелы перешел на камень, она улыбнулась как-будто увидела старого друга.
Она закрыла свою ладонь и поднесла ее как можно бдиже ко рту.
Ее губы зашевелились.
Прозвучал резкий треск, как-будто в кастрюлю с раскаленным маслом упала капелька воды.
Затем последовали десятки других, резкие и быстрые: они походили на хруст суставов старика или на шум от града, ударяющегося о черепичную крышу.
Фела открыла свою руку, оттуда посыпался песок и гравий.
Двумя пальцами она достала из этой кучки кольцо чистого черного камня.
Оно было круглым как чаша и отполированно как стекло.
Элодин рассмеялся, и заключил Фелу в восторженные обьятья.
Фела крепко обхватила его руками в ответ.
Они сделали несколько быстрых шагов, частично танцуя, а частично падая.
Ухмыляясь, Элодин протянул руку.
Фела протянула ему кольцо, и он внимательно осмотрев его, кивнул.
- Фела, - серьезно сказал он.
- Настоящим, поручаюсь за тебя как за Ре'лара. - Он поднял кольцо.
- Твою руку.
Слегка застенчиво, Фела подала ему свою руку.
Но Элодин покачал головой.
- Левую руку. - Сказал он твердо.
- Правая означает нечто совершенно иное.
- Никто из вас пока не готов узнать что.
Фела протянула другую руку, и Элодин легко одел кольцо на ее палец.
Остальная часть класса разразилась аплодисментами, бросившись ближе, чтобы получше разглядеть то, что она сделала.