Инна Георгиева - Минус на минус

На цыпочках пробравшись к кухне (именно оттуда раздавался шум), я одной рукой нащупала длинный зонт в специальной подставке, пальцы второй сложила в фигурки для вызова молнии и эдаким борцом спецназа ворвалась в комнату. А там…

— О боже! — заорала я, прикрываясь ладошкой, отворачиваясь и одновременно думая, чем бы заткнуть уши. Егорушка, чтоб тебя! В этом доме шагу нельзя ступить, чтобы на какую-то из твоих «дам сердца» не наткнуться!

— Ой, сестренка, как неловко-то получилось… — протянул братец. — Я думал, вы только к вечеру из школы вернетесь… Ну раз ты все равно здесь, знакомься: это Катенька!

— Очень приятно, Катя. — Пунцовая от смущения, я попыталась протянуть девушке руку для пожатия, сообразила, что в ее положении это будет сделать нереально, если она только не продвинутый йог, и снова отвернулась. Одной рукой было довольно сложно закрывать глаза, так что по части знания анатомии я и так только что на год вперед ушла. Спасибо, братишка!

— Ева, мне тоже о-очень приятно! — воскликнула в ответ Катя.

Честное слово, с такой страстью воскликнула, чуть на ультразвук не перешла. Словно… и тут в моем девственном мозгу сложилась элементарная мозаика.

— О боже! — просипела, удирая к себе в комнату. Чуть не угробилась на лестнице, два раза ударилась о стены, один раз — об Алекса. Поскольку глаза раскрыть я так и не решилась, он обозвал меня психованной, но мне было уже все равно.

Забежав в комнату, я захлопнула дверь, прижалась к ней спиной и шумно выдохнула:

— Мама, увезите меня отсюда!

Ева Моргалис

Знаете это дурацкое чувство, когда что-то мешает, но что именно — понять не можешь? И мешает-то, казалось бы, не очень сильно, но так монотонно и долго, что со временем уже на стенку лезть хочется. Например, зудящий над ухом комар. Уже бы сел где-нибудь, падла, да напился от души. Так ведь нет: будет жужжать, пока ты вконец не озвереешь.

Точно таким же надоедливым был и этот монотонный шум на границе слышимости. Он разбудил меня в половине восьмого утра, и еще где-то с час я пыталась заставить себя не обращать на него внимание. Потом все же не выдержала.

Набросив на плечи халат, я улыбнулась Диплодоку и выскочила в коридор. Вернее, попыталась выскочить, потому что на первом же шагу сверху обрушился целый водопад. Странно, что ведром не долбануло — для Алекса это была бы вполне закономерная кульминация.

— Нет, это уже прямо детство какое-то… — сквозь зубы процедила я, когда наконец отплевалась. — С другой стороны… сам напросился!

Щелчком пальцев высушив волосы, отчего они встали дыбом, как будто меня коротнуло током, я запахнула халат, бегом спустилась по лестнице и уже хотела ворваться в кухню, когда вспомнила картину Егора с голой задницей на обеденном столе…

«Может, туда гранату кинуть для верности?» — пришла в голову забавная мысль. Ну допустим, лишней гранаты у меня под рукой не завалялось, но ведь заклинанием-то можно пульнуть? Здравый рассудок тут же напомнил, что магия в доме смертных — штука вредная и запрещенная, а потому — хватит выпендриваться! Я чертыхнулась и аккуратно постучала по деревянному косяку. Двери на кухню, к сожалению, никогда не закрывались.

— Да, Евочка, проходи, пожалуйста.

— Доброе утро, Егор, Богдан.

Братья подняли на меня глаза, переглянулись, Богдан кашлянул в кулак, а вот Егор ласково улыбнулся и спросил:

— Евочка, ты же знаешь, что нельзя совать пальцы в розетку?

— Туда пальцы не влезают, — буркнула я.

— А ты шпилькой попробуй, — посоветовал Богдан, за что тут же схлопотал уничтожающий взгляд брата. — Что?! Я просто так сказал! Ева, ну почему ты опять без косметики? — «ловко» сменил тему наш доморощенный эстет. — Однажды я плюну на все и накрашу тебя сам.

— Жду не дождусь, — скривилась в ответ я, но тут же состроила веселую мордашку и приступила к допросу: — А скажите, пожалуйста, братцы, что это так шумит подозрительно на заднем фоне?

— А? — сощурился, прислушиваясь, Егор. — Я ничего не слышу.

— Ну как же… — отсчитала я ритм. — Бух, там-там-там, бух-бух, там-там, бух!

Мгновение парни задумчиво смотрели друг на друга, потом Богдан неуверенно сказал:

— Осмелюсь предположить, что ты слышишь репетицию Алекса.

— Какую репетицию?

— У брата своя группа. Они выступают по клубам, довольно популярны среди молодежи, но пусть он лучше сам тебе об этом расскажет.

— И что, — стараясь не сорваться на мат, уточнила я, — часто ли они… тренируются по субботам в семь утра?

— Вообще-то да, — пожал плечами Егор. — Они же это в подвале делают, а там звукоизоляция. Странно, что тебе музыка мешает.

Я скрипнула зубами: тебе бы она тоже мешала, если бы магом был! У нас же слух раза в три острее человеческого. Конечно, мне барабаны по ушам бьют, и никакая звукоизоляция не спасает.

— Ну ты можешь сходить к ним и попросить… — тут Богдан что-то прикинул в уме и закончил мысль, — сделать потише.

Второй раз за утро Егор поднял на брата удивленный взгляд, но лично мне план понравился. Кровожадно ухмыльнувшись, я рванула к лестнице.

Найти нужную дверь оказалось совсем несложно: из-за нее грохотало сильнее всего. Я прислушалась: хм, а ведь неплохо играют. Но, блин, не с утра же пораньше в выходной день наслаждаться хардкором! Потому, напыжившись для весомости, я рывком распахнула массивную железную дверь.

Звук сбил с ног. Я аж задохнулась на мгновение и, кажется, оглохла. Пока приходила в себя, смогла рассмотреть «группу» вблизи. Вокалистом у них был Алекс. Конкретно в данный момент он вцепился в микрофон и явно замахивался на несуществующие ноты. Басист, высокий черноволосый, с напряженным лицом, кажется, пытался, разодрать на волокна струны своей гитары. Его коллега стоял ко мне спиной и был обладателем поистине шикарного конского хвоста удивительного рыжего оттенка. А вот у барабанщика волосы были короткие, мелированные и стояли торчком, щедро сдобренные гелем. Именно он увидел меня первым и, в очередной раз взмахнув своими палочками, так и не опустил их на тарелки. Надеюсь, его сразила «красота моя неземная», а не перекошенная мрачная рожа.

— Жека, у тебя проблемы? — прервав песню, обернулся к нему Алекс.

— Да нет, — хмыкнул блондин. — Кажись, проблемы как раз у тебя. Та самая новая сестра?

Очень медленно Алекс обернулся ко мне:

— Чего тебе надо?!

— Поешь хреново. Надоело слушать концерт мартовского кота. Вот пришла узнать, может, ты устал уже наконец?