Северная сага. Хирд - Вячеслав Калинин

Скальд Торбьерн Ветер сидел на большом кожаном мешке с зерном на носу драккара, лениво перебирая струны музыкального инструмента, называвшегося «харпа1», немного напоминающего гусли, и тихонько напевал что-то себе под нос.

Конунг, ловко перепрыгивая препятствия в виде гребных скамей-румов и множества тюков с оружием, доспехами и припасами, подошел, немного постоял, вслушиваясь в бормотание скальда, и задал вопрос:

— Драпу2 про наш вик3 к фризам сочиняешь, Торбьерн?

— Да, мой конунг! Про великих героев, то есть про нас! Знатная драпа будет!

И громогласно захохотал.

Флотилия, подходившая к устью Невы, по местным меркам была огромна. Семь боевых драккаров, три снекки размером чуть поменьше и два крупных торговых кнорра. На них уместился почти весь хирд конунга Хельги Скогатта. В городке с названием Пограничный, поименованного так с легкой руки Хельги и отстроенного на берегу будущего Финского залива, вместе с родней побратима-воеводы Доброги, осталась невеста конунга, княжна Ингигерда. Там же поселилась жена погибшего в вике еще одного побратима Хельги — ярла Стейна, по имени Гретта Грамдоттир. Для их охраны конунг выделил два десятка хирдманов под командованием Вацлава, бывшего сотника полоцкого князя Всеслава, отца Ингигерды, подло убитого своим двоюродным братом Драгомиром.

С собой конунг взял почти три сотни хирдманов. Таким воинством мог похвастаться далеко не каждый из соседей-князей. Тем более, что практически все хускарлы были воинами обученными, опытными и прошедшими испытания битвами, сражениями и стычками.

Конунг посмотрел вперед, туда, где открывалось широкое устье Невы. Когда его драккар проходил здесь в прошлый раз, на них напали вепсские4 пираты. Почти пара десятков этих отчаянных парней сейчас шли на снекке в общем строю.

Перед отходом из Пограничного у конунга состоялся разговор с их хевдингом по имени Курки. Тот сам обратился к Хельги с интересным предложением — зайти по дороге в Ладогу к его соплеменникам, в родное поселение. Цель — набрать добровольцев из числа сородичей и их ближайших соседей. Конунга заинтересовало это предложение. Сейчас ему нужны были люди, особенно, если они чего-то стоят, как воины. Курки обещал, что наберет бойцов не хуже, чем его вепсы. Конунг дал добро зайти к родичам Курки ненадолго.

* * *

После вика к фризам долго отдохнуть не удалось. По прибытии в Пограничный княжеский сотник Доброга сообщил конунгу, что ладожский князь Буривой погиб в неравном бою с данниками-весянами, попав в устроенную ими западню со всей своей дружиной. Лишь немногим гридням князя удалось вырваться из окружения и сообщить печальную весть. Ладожские бояре решили воспользоваться ситуацией и захватить власть в свои руки, отодвинув от княжения законного наследника Буривоя, молодого княжича Гостомысла. Воеводе Белотуру с малым отрядом верных дружинников удалось сбежать из Альдейгьи и спрятать Гостомысла в небольшой отдаленной деревеньке, стоявшей на берегу реки Ольховой5. На помощь Гостомыслу и спешил сейчас хирд конунга Хельги Скогатта.

Все воинство конунга было разделено на отряды-хирды. Ими командовали опытнейшие вожди-ярлы.

Вместе с самим Хельги, на флагманском «Слейпнире» шел ярл Харальд Вигге, бывший другом, телохранителем и ближайшим помощником конунга. Полсотни отборных викингов составляли личную гвардию Хельги.

Еще одним давним другом и соратником конунга являлся хевдинг Иво Сокол, прозванный так за невероятную меткость при стрельбе из длинного тисового лука. Иво одновременно был и отменным кормчим, имевшим право на три доли добычи. Драккар «Фенрир» под его управлением шел сразу за кораблем конунга.

Следующим в ордере, на «Морском Орле», двигался ярл Сигурд Бочка Мёда, бывший ранее правой рукой ярла Стейна и занявший место вождя после гибели последнего. Десятирумовым «Драконом» управлял мудрый хольд Вагни Косматый, или Волосатый, огромный, как тролль, детина, с нечесаными волосами и длинной бородищей, которую он заплетал в одну толстую косицу.

Бывший фризский барон, а ныне ярл, Свардстюрт, сбежавший от гнева франкского графа Ламберта и решивший поискать счастья под крылом конунга Хельги, руководил «Морским Конем» и своими фризскими молодцами, за ними пристроился кнорр под командованием его родного брата — хевдинга Ва́льтена.

Двумя драккарами, честно купленными в Оденсе и Висбю и названными «Рататоск»6 и «Сёхримнир»7, руководили хольд Геслинг Длинная Шея, еще один прекрасный кормчий конунга, и хольд Гуннар Волчий Клык, отчаянный рубака и опытнейший хускарл.

Одной из снекк управлял хевдинг Гуди Модиссон, бывший купец, ставший теперь настоящим викингом, а второй — Варяжко, племянник самого Хельги по названному брату Доброге, которого конунг поднял до ранга ярла и назначил старшим над варяжскими воинами. Еще одним кнорром, замыкающим флотилию, управлял ярл Манар бар Кофин, благородный хузарин, лучший стрелок в хирде конунга, командир отряда хузарских воинов.

Одним из самых юных участников похода был Магни Стейнссон, одиннадцатилетний сын ярла и полноценный дренг, которого ярл взял с собой, пообещав его матери Гретте присматривать за парнем и обучать его воинскому мастерству. Магни зачислили в личный хирд самого конунга, чем мальчик невероятно гордился.

Помимо Магни, в дружине было еще около десятка подростков. И не просто подростков, а детей воинов, отцы которых принесли клятву верности конунгу и, вместе с семьями, присоединились к воинству Хельги. Все парнишки возрастом от десяти до тринадцати лет воспитывались правильно. То есть лет с трех-пяти их уже готовили как викингов и дружинников. Были и свеи, и нореги, и даны, и фризы, и варяги. Хельги считал, что воспитание детских именно у варягов самое правильное и полное, всестороннее. Но и у викингов детей учили быть воинами с малых лет, правда, в основном, индивидуально — родичи передавали свои знания отпрыскам. Варяги же воспитывали детских коллективно. Их учителями были отроки, вои возрастом постарше, и гридни, самые опытные и умелые. Кроме того, у детей воинов имелись еще и пестуны. Как правило, из ближайших родичей, дядья, например, по линии матери, называвшиеся у славянских народов словом «вуй».

С раннего возраста мальчики играли с деревянными мечами, щитами и бросали копья с наконечниками, закрытыми кожей, чтобы не причинить вреда себе и другим. Поощрялись и всячески развивались и навыки стрельбы из лука и метания в цель разных острых предметов — ножей и кинжалов, дротиков и сулиц.

Помимо игр с оружием, одним из важнейших элементов обучения была борьба, во время которой тренировались и развивались навыки ловкости, скорости, выносливости, равновесия и баланса, упругости и растяжки тела. Такие тренировки были важнейшей