Дикарка для Альфы - Рая Вельс
Дамир перевёл взгляд на Покровского. Тот не пытался убедить его или что-либо доказывать. Судя по выражению его лица, для него этот вопрос уже был решён.
Несколько секунд Аркадий молчал, давая ему время осмыслить услышанное, а затем спросил:
— Надеюсь, этого достаточно, чтобы вы сказали мне, где моя дочь?
Вот теперь наступила та часть встречи, которой Дамир предпочёл бы избежать хотя бы до тех пор, пока сам не выяснит, куда исчезла Нея.
— Я не знаю.
— Что значит — не знаете?
— Вчера Нея ушла. Я вернулся с восточной границы всего несколько часов назад и обнаружил, что её нет.
Несколько мгновений Аркадий просто смотрел на него, словно пытался понять, действительно ли услышал именно то, что услышал. Потом потрясение сменилось злостью.
— И вы позволили семнадцатилетней девочке уйти неизвестно куда?
Вопрос задел сильнее, чем Дамир хотел показать. Он и без того не мог отделаться от мысли, что Нея сумела исчезнуть с Южных земель, пока он занимался границей, а люди, оставленные возле дома именно для того, чтобы подобного больше не произошло, снова ничего не заметили.
— Я ничего ей не позволял. Нея сама решила уйти.
— И теперь вы не знаете, где моя дочь.
— Не знаю, — жёстко подтвердил Дамир. — Именно поэтому собирался это выяснить, пока мне не сообщили, что на границе меня ждёт Северный Альфа, требующий немедленной встречи.
Аркадий шагнул к нему, но остановился, так и не сократив разделявшее их расстояние до конца.
— Тогда не понимаю, почему мы всё ещё стоим здесь и разговариваем.
На этот раз в голосе Аркадия не было ни вызова, ни попытки напомнить, кто перед ним. Только едва сдерживаемое нетерпение человека, который семнадцать лет шёл по следу собственной дочери и, оказавшись наконец совсем близко, снова услышал, что её нет.
Дамир слишком хорошо понимал это чувство. Всего несколько часов назад он сам стоял перед Матвеем и требовал сказать, куда ушла Нея. Старик не отрицал, что помог ей покинуть Южные земли, но единственное, чего Дамир сумел от него добиться, — ей нужно время. Куда она направилась, Матвей так и не сказал.
— Есть человек, который может знать, где Нея, — произнёс Дамир.
Взгляд Аркадия сразу стал жёстче.
— Кто?
Дамир уже открыл рот, собираясь ответить, но в этот момент закреплённая на поясе рация ожила резким треском.
— Дамир Викторович, приём.
Узнав голос Руслана, он снял рацию с пояса.
— Слушаю.
— У нас ещё два прорыва. Один ближе к северной линии, второй на юге. И в пятом секторе снова движение. Группы уже на местах, но диких много.
Дамир нахмурился. Три точки почти одновременно.
— Пострадавшие есть?
— Пока не знаю. Доклады только начали поступать. Я еду к пятому сектору.
Несколько мгновений Дамир молчал, глядя куда-то мимо Аркадия. Ещё утром происходящее можно было связать с восточной границей, машиной, замеченной неподалёку, и людьми, за которыми они продолжали следить в надежде выйти на тех, кто стоял за перевозкой диких. Но теперь прорывы произошли сразу в трёх местах, разделённых десятками километров. Это уже не походило на случайность.
Дамир снова поднёс рацию ко рту.
— Не лезьте за ними вслепую. Усиль северную и южную группы. Всё, что получите, сразу передавайте мне. Я скоро буду.
— Принял.
Рация снова стихла.
Дамир ещё несколько секунд смотрел на неё, чувствуя, как внутри поднимается холодная злость. Нея исчезла, Матвей отказался говорить, где она, а теперь кто-то раскачивал сразу несколько участков Южных земель, словно намеренно не оставляя ему возможности заняться ничем другим.
— Что происходит? — спросил Аркадий.
Дамир поднял голову.
Ещё час назад он вряд ли стал бы обсуждать внутренние проблемы Южного клана с Северным Альфой. Но после всего, что прозвучало между ними, скрывать происходящее уже не имело смысла.
— Дикие. Последние дни они всё чаще появляются возле наших границ. Сначала мы решили, что они просто находят слабые места и прорываются на территорию клана. Но два дня назад мне доложили, что их сюда привозят.
Аркадий нахмурился.
— Привозят?
— Мы нашли следы клеток и цепей. Потом мои люди заметили машину. В кузове что-то перевозили, и всё указывало на то, что это не первый рейс.
— Вы знаете, кто за этим стоит?
— Пока нет. На машине были знаки Восточного клана, но именно поэтому я не спешу обвинять Восток. Если бы они действительно хотели тайно перебрасывать диких на наши земли, вряд ли стали бы оставлять на виду собственные опознавательные знаки.
Аркадий несколько секунд смотрел на него, обдумывая услышанное.
— Значит, либо они настолько уверены в своей безнаказанности, что им всё равно, увидите вы эти знаки или нет...
— Либо кто-то хочет, чтобы первым делом я пошёл именно к ним.
Юрий Антонович всё это время молчал, но Дамир заметил, как тот коротко переглянулся с Аркадием.
— А теперь прорывы произошли сразу в трёх местах, — продолжил Дамир. — Слишком далеко друг от друга, чтобы несколько стай почти одновременно оказались там случайно.
Аркадий медленно кивнул, и его лицо стало ещё мрачнее.
— Вас растягивают.
Дамир невольно сжал челюсти. К той же мысли он пришёл ещё во время разговора с Русланом, но услышать её теперь от Аркадия было совсем другим. То, что до этого оставалось лишь тревожным подозрением, вдруг обрело пугающую ясность. Кто-то методично заставлял их распылять силы.
Чем больше участков приходилось закрывать одновременно, тем меньше людей оставалось у Руслана для наблюдения за восточным маршрутом. Каждый новый прорыв требовал людей, машин, времени — и с каждой такой точкой становилось всё труднее понять, где действительно тянется след, а где им намеренно подбрасывают очередную приманку.
Аркадий некоторое время молчал, обдумывая услышанное.
— Сколько людей вам нужно?
Дамир резко перевёл на него взгляд, не сразу поверив, что правильно понял вопрос.
— Что?
— Я могу вызвать своих.
Предложение оказалось настолько неожиданным, что Дамир не сразу нашёлся с ответом.
— Вы предлагаете ввести северян на территорию Южного клана?
— Я предлагаю помочь вам закрыть прорывы, — спокойно поправил Аркадий. — Мои люди останутся там, где вы