Я (не) смогу тебе помочь - Татьяна Киселева
Призрак ушёл, а я так до утра и не уснула. Всё думала об Ирине, Иване Андреевиче, о их дочери, никогда не видевшей отца и рано потерявшей мать. О том, как людская подлость и неумение хранить верность, вот так вот перекроила судьбы.
Думала я и о Максиме, и мне было горько оттого, что, вполне возможно, причиной его тайны как раз была неверность. Ведь куда-то он ездил, скрывая это от меня. Я ужаснулась, когда поняла, что уже свыклась с мыслью, что муж мне изменял.
Вот даже не хочу об этом думать.
И знать про это не хочу!
1. Отрывок из стихотворения Петра Пыстина
Глава 3
Утром позавтракала с родителями и, пообещав, что на днях приеду, ушла на автобус.
Оставив дома, рюкзачок с альбомами, отправилась по адресу, что дал мне Иван Андреевич.
Я пока плохо представляла, как буду общаться с Викторией, и что говорить, решила, что буду действовать по обстоятельствам.
Судьбе было так угодно, чтобы я подошла к обветшалой двухэтажке барачного типа, когда там вовсю разгорался скандал. Пьяный неопрятный мужчина выволок за волосы из дому маленькую и худенькую женщину в лёгком ситцевом халатике и одной тапочке на босу ногу. Швырнул её на землю:
— Знай своё место, сучка! Указывать она мне ещё будет что мне делать! Мои деньги, куда хочу, туда и трачу!
Он пнул плачущую женщину в бок и повернулся, чтобы идти в дом, а ему навстречу выбежали дети. Девочка лет пяти, в расстёгнутой курточке и сапожках и мальчишка по виду годика на три. Мальчишка был без штанишек. На нём была лишь курточка размера на четыре больше, на одной ножке резиновый сапожок, на другой — тапка:
— Мама, мамочка, — взахлёб причитали дети, — папа, не бей мамочку.
— Проваливайте вместе с вашей мамашей, — мужчина оттолкнул с дороги ребёнка, и мальчишка упал.
Женщина тяжело поднялась и бросилась к лежащему на ступенях малышу. Я набрала на телефоне сто двенадцать и попросила вызвать скорую и полицию. На мне, кроме куртки, был тёплый спортивный костюм, поэтому я, не раздумывая, сняла с себя курточку и накинула на плечи женщины. Женщина с недоумением посмотрела на меня и снова повернулась к сынишке, успокаивая плачущего малыша: — Не плачь, мой сладкий. Успокойся, солнышко. Танюшка, застегни курточку. Холодно, дочка, и капюшончик накинь на головку.
Девочка послушно накинула на голову капюшон, а вот застегнуться у неё никак не получалось, я присела перед ней на корточки:
— Давай помогу. Вот хорошо. Теперь давай сапожки застегнём. Умничка.
— Спасибо вам, — женщина, наконец, обратила на меня внимание, — возьмите курточку. Вы замёрзнете...
— Прекратите говорить ерунду, Виктория. На мне тёплый костюм, в отличие от вашего халата, к тому же вы босая, — я была уверена, что передо мной Вика, по той причине, что девушка очень сильно походила на соседа. Правда, черты её лица были по-женски более мягкими. Несмотря на измученный и уставший вид, было видно, что женщина очень хороша собой.
— Мы знакомы? — спросила она и поставила озябшую ногу на вторую, которая была в тапочке.
— Можно и так сказать, — хмыкнув, ответила я, — Сейчас скорая приедет, и полицию я вызвала.
— Не надо было этого делать, отмените вызов, пожалуйста! — взмолилась Виктория, губы у неё задрожали, и она резко побледнела, — его не заберут, а нам идти некуда. Тарас скоро уснёт, и мы зайдём домой.
— Вам есть куда идти, Виктория. Я здесь как раз для этого, но вначале давайте поедем в больницу. Надо проверить малыша, да и у вас могут быть серьёзные травмы. Поверьте, у вас теперь всё будет хорошо, — я поддержала под руку, пошатнувшуюся девушку, и помогла ей сесть на скамейку возле подъезда. Как я жалела, что у меня нет машины, в которую бы я сейчас могла усадить Викторию с её детками.
— А можем мы к кому-то из соседей постучаться, на улице холодно, ждать, вы можете простыть, — спросила я. Виктория покачала головой: — С Тарасом никто связываться не хочет. Боятся его. Никто не пустит...
— Вот ведь дерьмо, — выругалась я, — и часто вы так на улице отсиживаетесь?
Виктория горько вздохнула и опустила голову.
— Понятно, — произнесла я, а потом всё же для успокоения решила уточнить. Ну так, на всякий случай. Всё же я девушку раньше не видела никогда. — Вика, ваша фамилия, Горелова, я же не ошиблась? А маму звали Ириной?
— Нет, не ошиблись. Так откуда вы меня знаете? — спросила женщина, внимательно всматриваясь в моё лицо. — Я вас раньше не видела. Я бы запомнила...
От ответа меня спасла подъехавшая скорая.
Мы все вместе загрузились в машину. Полицию дожидаться не стали. Передали по рации, в какую больницу повезли пострадавших и поехали.
В салоне скорой было ненамного теплее, чем на улице, и пока мы доехали до больницы, моих подопечных била крупная дрожь. Хотя медики и закутали детей в одеяла. Да я и сама к тому времени прилично озябла.
Викторию с детьми оставили в больнице до следующего дна, назначив им какое-то обследование.
Попросив девушку непременно дождаться меня утром, я вызвала такси, чтобы уехать домой. Но по дороге изменила маршрут и поехала к Вале, сообразив, что могу попросить её помочь с вещами для деток. Да и Ивана хотела озадачить покупкой для меня автомобиля.
На следующее утро я приехала в больницу с целым баулом вещей для Виктории и её детей. По счастью, серьёзных травм ни у кого не оказалось, и семейство каким-то чудом избежало даже простуды.
Когда они