Дипломная работа. Книга 2 - Василий Кораблев

— Мысли что хочешь, офирская блудня, а я тебе более ничего не скажу, — скривился в ответ волчий пастырь. — Будешь знать, как в меня всякие гадости плевать.

— Угу.

Валера многозначительно глянул в сторону.

— Ты что-то задумал? — обрадовался Денис.

— А как же, но сначала разведка, — белобрысый кивнул в сторону сизого дыма. — Каракатушка, скажи мне: вот этот дядя с большими зубами, у него руки-ноги связаны? Или чегось?

Денис перевёл взгляд на облако. Каракат начал рисовать в воздухе дымные загогулины.

— Сидит на цепи. Руки и ноги в кандалах из металла. Прикован к колонне из драгоценного камня. Длина цепи чуть больше ярда. Длина цепи на кандалах чуть больше фута, — перевёл он.

— Ой! И что же, бедненький не может разорвать свои кандалы? — ироничным тоном полюбопытствовал Валера.

— К чему вы спрашиваете? — немедленно насторожился Засада. — Это не просто цепи. Вы не знаете, из чего они скованы.

— Да и ладно. Ты ведь тоже оттуда не сбежишь. Посему голосую: убить.

С этими словами ушлый махинатор демонстративно поднял правую руку.

— Эм? — удивился Денис странной кровожадности своего напарника. — Он же пленник, как и мы. Вроде бы это неэтично.

— Да ты дослушай... Мы убьём его и скушаем его сердце, как предлагал наш проводник Максимильян. Тогда мы станем немножко титанами, и девочкам придётся освободить нас.

— Но...

— Если ты сырым брезгуешь, можно пожарить с луком. Сёстры вернутся, а мы, мол, так и так, гуляли по подвалам, заблудились и от голода скушали Засаду. А чо ты на меня так глазёнками хлопаешь? Он бы нас, к примеру, не пожалел. Так ведь?

Валера свирепо глянул на пастыря. Призрачное лицо, плававшее над блюдом, побагровело от гнева.

— Только троньте меня, ублюдки! — пригрозил он. — Я и в путах стальных дам вам такой смертный бой — мало не покажется!

— Надо же — гамбургер нам угрожает. Деня, а ну айда жрать Засаду. Нам нужны его полезные свойства. Он всё равно будет с нами, вернее, в нас. Никуда не денется. На нашей стороне мелкое бытовое колдовство, и, думаю, я найду способ, чем лучше расковырять эту старую устрицу. А каракат нас проводит.

Денис всё ещё сомневался, а его друг — нисколечко. Вопрос выживания стоял выше какой-то там этики. Он даже с кровати спрыгнул и наколдовал себе золотую вилку.

— Драться с ним опасно. Можно попробовать его издали поджечь, — задумчиво произнёс Денис.

— Отроки — одумайтесь. Вы чего удумали, душегубцы проклятые? — испуганно закричал Засада-Серебряник.

— Отвечу словами классиков... Homo homini lupus est, — демонстративно облизнулся белобрысый мерзавец. — Ну или присоединяешься к нам и помогаешь сбежать. Нам, знаешь ли, бояться надоело, мы сейчас идём к тебе, а ты пока подумай, в каком виде ты к нам присоединишься. Хочешь в живом, хочешь в жареном. Нынче мы на оба варианта согласные.

*****

Минута истекла. Фиксатор закрыл книгу. Некоторое время все сидели молча, потом Костомаров проверил оборудование и доложил, что новая запись успешно добавлена и начнётся с нового места. Достоевский сухо поблагодарил его за успешно проделанную работу и снова разлил водку по трём стаканам.

— Поможет? — с надеждой в голосе спросил у него Афоня, имея в виду вовсе не водку, а предстоящий акт каннибализма персонажей Неписаной рукописи.

— Сомневаюсь. Насколько я знаю, тела титанов обладают высокой токсичностью, — припомнил пенсионер.

— Не совсем так. У титанов вместо крови ихор. Высокое содержание серы и тяжёлых металлов. Вспомните легенду про Прометея — ему орёл каждый день печень клевал, а тот отращивал её за ночь заново, — поправил его Костомаров, возвращаясь к столу.

— Так ведь Засада не похож на натурального титана, скорее он вымесок в третьем поколении, — справедливо возразил Достоевский.

— Поэтому рекомендовал бы подвергнуть его сердце термической обработке, прежде чем приступить... к-хм, непосредственно к трапезе, но так поступил бы я, а что это им даёт? Если и существуют там полезные вещества, то они, скорее всего, погибнут при обработке. Даже если они вскроют Засаду живьём, а он, я уверен, наверняка не умрёт от потери сердца, то...

— Да пей уже, — посоветовал ему Достоевский.

— С превеликим удовольствием, — кивнула кукла. — Знаете, задумался. При всей моей уверенности о невозможности ваших сноходцев обыграть хтонь, а всё же я за них болею, хочется, знаете ли, чтобы наши победили. Ну, вы понимаете меня?

— А если взрыв? — предложил Афоня. — Они сейчас одни в этих подземельях. Намешать побольше пороха и подорвать этих тварей, а? Ну или вместе с каракатом взрывчатку туда послать?

— Ага. Ящик пластида и детонаторы, — фыркнул пенсионер. — Забудь. Против хтони не поможет.

— Верно, — подтвердил Костомаров, поглядывая на стакан. — Хтонические существа обладают способностью к регенерации. Причём не к такой, как у гибридов и у титанов, их регенерация противоречит самим азам биологии.

— Но хуже того, это их масса тела. Таких взрывчаткой не взять, пули бесполезны, а использование ядов не даёт никакой гарантии. Хтонь — это всегда гиганты. Образы девушек — это, скорее всего, наведённый морок, а может, и отросток от основного тела. Настоящие тела они всегда прячут, маскируют, а у иных может быть и несколько тел, — задумчиво добавил от себя Достоевский.

Выпили как следует. Закусили. А потом дружно закурили.

— Товарищи! Давайте ещё включим. Минутки на две. Так любопытно, что будет дальше? — заикаясь, предложил Костомаров. После новой порции выпитого у него появились некоторые проблемы с координацией.

Афоня тут же насторожился и на всякий случай обнюхал опустевший стакан. А чой-то у деревянной куклы признаки опьянения? Каким образом? Ну ладно тело, но ведь это же просто оболочка, сосуд, но душа же не может опьянеть? Или может? Он выразительно глянул на Достоевского, и тот ему подмигнул. Как показалось парню, с самым заговорщицким видом, а Костомаров, уже никого не слушая, начал новый отсчёт.

*****

Перед тем как идти к волчьему пастырю, друзья сменили одежду. Валера наколдовал себе льняную рубаху и крепкие кожаные портки, кои подпоясал плетёным ремнём с жопы дракона. Вернее, он заказывал себе такой, но получил обычный, зато с золотой бляхой, где дракон всё-таки присутствовал, но китайский, а вместо глаз у него были маленькие красные камушки. Денис пытался было впарить товарищу стёганый чёрный дуплет,