Хранитель Путей - Юрий Окунев
Мы вернулись, открыли «душу», убедились, что и там нет основной магической шестерёнки. При этом остальные почти все были на месте.
Я коснулся внутренностей, ощупал края шестерёнок. Шершавые, словно от простоя они покрылись моллюсками, как днище корабля. Или, что вероятнее, пыль на них закаменела.
— Загляни, — отодвигаясь, сказал я Андрею. — А то ты вечно любишь совать пальцы куда-нибудь, а здесь ещё не попробовал.
Андрей смешно нахмурился:
— Я учусь быть сдержанней. — Но тут же расцвёл в улыбке. — Но спасибо! Без твоего разрешения я бы не посмел.
Он почти залез в «душу» и начал с упоением разглядывать содержимое, сопровождая это возгласами радости и счастья.
— Вы там скоро? — спросили сверху.
— Да, сейчас нашего огненного мастера вытащу из машины снов. А то вдруг они друг другу понравятся и станут работать вместе. — со смехом ответил я и пафосно продолжил: — «Людям во все времена нужны были сны. И только помощь мастеров позволила людям не сойти с ума. Первыми помощниками мастерам всегда были Машины снов».
Мои кривляния оценили: Андрей закричал, а половинка огненной шестерёнки в кармане обожгла грудь.
Глава 5
Выбор пламени
— Что у вас там происходит? — крикнул Райхт, дополнив какофонию эхо.
— Нам спускаться? — добавлял звуков Линк, ещё больше затрудняя мой ответ.
Я пытался им что-то рассказать, но звуки колыхались по подземелью, как вода по канализации: отражаясь от стен и поднимая наверх лишь непонятные пузыри. Я попробовал «докричаться» до Бури, но та видимо ещё работала, поэтому откликалась лишь тёплым тычком в районе сердца, но не реагировала ни на какие просьбы.
Андрей тем временем выскочил из «души» Фуоко и катался по полу, будто его одежда горела, но ни пламени, ни дыма видно не было. Если это инициация мастеров машин огня, то я им не завидую.
— Думай-думай, — шептал я, пытаясь понять, что делать. — А, демоны!
Я схватил Пламенного под руки и потащил подальше от машины. Дежавю, исчадие бы их побрало! В ответ на эту мысль я снова почувствовал ожоги на руках и лице. Захотелось уронить Андрея, тем более в этот раз он и кричал, и дёргался, но я стиснул зубы и протащил его ещё немного.
В итоге Андрей сам выскользнул из рук и упал боком на пол и взвыл сильнее — в этот раз от удара локтем о каменные плиты.
Йах, у меня у самого заныли руки, только от вида этого. Однако Андрей продолжал мучиться — машина не отпускала, сжигая его невидимым пламенем.
— Я же мастер электричества, а не огня, — проныл я незнамо кому. Да ещё и мастер без году неделя.
Мухи сверху продолжали орать, пытаясь получить ответ от нас, но сами же заглушали наши голоса. Казалось, что от волн эхо трясутся и трещат стены. Перекричать мух сейчас не представлялось возможным. Значит придётся договариваться.
Я приблизился к огненной машине снов, вытащил из кармана половинку шестерни и выставил её перед собой на вытянутой руке:
— Фуоко, вот подходящее сердце для тебя! Отпусти Андрея! Он не справляется!
Андрей на мгновение перешёл на визг, после чего замолчал. Шестерня в руке стала нагреваться, словно всё то пламя, что жгло пацана, перешло в неё.
— Фуоко, у нас только половина шестерни. Без второй не удастся запустить тебя.
Андрей снова застонал, словно пламя начало заново разгораться.
— Ты что, убьёшь нового мастера за то, что враги сломали тебя? Не он это допустил! — наорал я на машину, отчего даже мухи сверху перестали издавать звуки.
Как только прекратилось рычащее эхо от моего голоса, тихо закончил:
— Я обещаю, что мы сделаем всё возможное, чтобы тебя запустить и вернуть тебе сердце. Целое. — Я покачал рукой, обдувая пальцы. Жарило, но не до боли. — Сейчас же дай мне объяснить Андрею, твоему мастеру, что происходит. И мы придумаем, как тебе помочь.
В ответ на мои слова по рукам прошла волна тепла, только более колючая, чем от Бури, и запахло уютным камином. Машина заключили со мной Сделку. От такой не отвертишься.
— Да я и не собираюсь, — пробормотал я самому себе или тому «я-крысёнышу», что вдруг шевельнулся в душе от ужаса.
Шестерня в руке несколько остыла, и я быстрым шагом вернулся к Андрею, присел рядом с ним. Он лежал без сознания, но лицо выглядело расслабленным, а не как у горящего человека. Коснувшись его одежды я убедился, что мои руки больше не обжигает.
— Надо привести тебя в чувство, а потом поговорим, — сказал я тихо, а потом поднял голову наверх, к дыре в потолке: — Линк, спускайся. Поможешь закрепить Андрея. Потом обратно и поднимите его наверх. Приняли?
— Да, — тихо ответили мне.
Через минуту свет из дыры в потолке на мгновение исчез, и Линк начал спускаться. Я поднял голову и не сразу понял, что не так. Лишь когда он приблизился, я от удивления открыл рот: он спускался прямо по верёвке. Головой вниз. Держась руками, как муха — лапками.
Когда он спрыгнул в самом низу, он покачал головой:
— Я только что понял, что так могу. Необычное ощущение в человеческом теле.
— Да уж. Потом проверим, сможешь ли по стенам — а то там надо под потолком паутину убрать, — попытался пошутить я.
— Чтобы мухи не попадались? — в тон ответил Линк. — Что у вас случилось?
— Машина признала Андрея мастером. При помощи кусочка шестерни, — я указал рукой на карман, куда вернул её. — И обожгла. Видимо из-за того, что та сломана.