"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов

Барбара окунула тряпку в подставленную целительницей чашку, отжала, положила на лоб Джинджер и улыбнулась, а остальные разбойницы с облегчением выдохнули, ибо сегодня никто больше не умрёт.

* * *

— Вот задница жадная! — громко прокричала Урсула, шагая рядом с телегой и в который раз вспоминая наш отъезд из Седых Холмов. — Я ей… это… дай фургон! А она упёрлась, мол, нет, самой надо. Я ей: мы же за тебя всю работу сделали! Псоглавых порубили, разбойниц покрошили, словечко перед баронессой и главным халумари замолвить обещали! Но нет же, как была скрягой, так и осталась!

Я опустил глаза на новенькие обутки, похожие на туфли-чешки из плотной ткани с толстой кожаной подошвой. Пусть не модные туфли-пулены, зато во сто крат удобнее: нет этих уродских длинных носов, нужных только для понта. Да и свежий дублет из чёрной шерсти с подкладкой из тонкого льна всё лучше порванной и забрызганной кровью старой куртки.

— Может, она не жадная, а деньги считать умеет? — усмехнулся я, поймав взгляд Катарины, лежащей на мешках с соломой, брошенных поверх тюков с сыромятной кожей.

После стычки раны девушки промыли кипячёной водой, а потом я по указке системы зашил их. Всё время шутил, что у кошек, по земному поверью, девять жизней, и ничего страшного не случилось. Катарина тогда ухмыльнулась, что штучки три точно уже потрачено.

— Я тоже считать умею! — громко ответила Урсула на мои слова.

Даже погонщица, ведшая тяглового бычка за продетое в нос медное кольцо, с любопытством обернулась. Всего телег было десять. По местным меркам, это богатый караван. Из этих повозок крытых только три, словно купчиха не переживала за товар. Хотя дождя не предвиделось.

— До скольки? — подала голос Лукреция.

Она тоже шла вслед за неспешным возом, закинув всю свою поклажу под голову храмовнице, мол, сохранней будет.

— Умею! — огрызнулась наёмница, а потом перевела разговор на другую тему: — Э… вы… эта… молодец, госпожа волшебница! Как вы их — раз, раз! — и в разные стороны! Одна — в лепёшку о стену, вторая аж за две дюжины шагов улетела, да прямо в огонь! Она же заживо до уголька спеклась! Вопли до сих пор слышно в ушах! — Урсула изобразила на физиономии выражение, достойное постеров супергеройских фильмов, и провела рукой перед собой и пафосно промолвила: — Магия — это силища!

Лукреция улыбнулась и отмахнулась.

— Это не я. Я просто сняла печать запрета с Марты, а раскидала всех уже она.

Я обернулся и поглядел на пухленькую повариху с вырванным языком. После драки она уволилась от шерифыни. Долго допытывались, пока через мычание и кивки не узнали, что она боится расправы со стороны разбойниц. Она даже на колени падала и тыкала себя руками в грудь, упрашивая взять с собой. Хватала Лукрецию за руки и норовила поцеловать, а та долго отбивалась от столь яростного напора, пока, наконец, не сдалась. Теперь эта деревенская ведьма-самоучка идёт с нами в качестве служанки. Большее ей всё равно не светит. Во-первых, она почти неграмотная. Во-вторых, немая. В-третьих, с клеймом отступницы получить разрешение на практику почти невозможно. А так будет помощницей у Лукреции.

— У неё такая силища? — удивился я.

— Сила, она как вода, — улыбнулась волшебница. — Бежит струйкой, копится в ведре. У бедняжки ведро большое, струйка очень тонкая, но за несколько лет накопилось много. Когда я сорвала печать, силы хватило, чтобы разметать врагов по углам.

Я ухмыльнулся. Теперь придётся учитывать тактику боя как в ролевых играх. Пока магесса наколдует, пока восстановится, а ведь ещё и артефакты есть. Кстати, об артефактах.

— Лукреция, а что это за вещь была у рыжей? Я выстрелить не мог.

Волшебница поджала губы и стала серьёзной.

— Не знаю. Похоже на «пожиратель пламени», но чары другие. К тому же, это сделано не магистратом. Чары исполнены совсем в другой школе. И очень похоже на «Белый круг».

Лукреция потёрла переносицу.

— Я могу придумать лишнего, но получается такая картина. Королева при смерти. За трон начинают грызню две герцогини. Одну поддерживает магистрат, другую — круг. Таркос — важный источник продовольствия для армий: зерно, масло, молоко, мясо. Но баронесса да Таркос поддерживает вольный Галлипос и магистрат. У неё там налаженные продажи и проверенные покупательницы. И тут кто-то решает напугать баронессу, а если за этим стоит круг, то пугать будут магией.

Я задумчиво спросил:

— А при чём тут мы?

— А при том, что если магистрат знает, что вы тоже чуете магию, то и круг тоже может об этом узнать. А если ты или я почуем чужие чары, то станем свидетелями, и магистрат легко обвинит соперниц во вмешательстве в свои интересы. В открытую колдовские гильдии драться не будут — невыгодно. А вот стоять за спинами амбициозных стерв с герцогскими коронами на головах и кричать обвинения в королевском совете — другое дело.

— Логично, — пожал я плечами и вздохнул, а потом перепрыгнул через большую коровью лепёшку. Не хватало ещё новенькими обутками в дерьмо вляпаться! А дорога ими заминирована весьма обильно. — А когда ты догадалась?

— Когда рыжая начала зачарованной вещью размахивать. Я испугалась сильно. Круг ведь не слабее магистрата.

Я задумался. Две фирмы по изготовлению магии решили потягаться за рынок сбыта на фоне политической возни. Как это всё знакомо! Аж на душе теплее стало. Ведь нет ничего хуже неизвестности.

— Орден, — тихо произнесла Катарина и подняла над головой зелёную печатную плату, глядя на неё, как на дорогую заморскую безделицу.

Я разобрал прибор, надеясь, что можно починить, но увы, копьё пробило и чип, и саму плату. Собирать уже не было смысла.

— Орден не будет вмешиваться в возню гильдий, пока они не захотят единолично захватить власть.

— Антимонопольная служба, — с усмешкой произнёс я по-русски.

— Чего? — переспросила Урсула, которая делала вид, что всё это её не касается.

Но стоило заговорить непонятно, сразу оживилась.

— Лукреция, а тебя не будут ругать? Ты же мне про чары рассказывала много.

— А ты что-нибудь понял?

Я покачал головой.

— Вот и я не поняла. Крутила твою зелёную плашку, но так и не поняла, даже когда ты сказал, что это магия