"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов

— Шпион, значит, — усмехнулась мадам.

— Придворный служитель, госпожа, — нарочито смущённо ответил я и опустил глаза.

Землеправительница сделала небрежный жест, и одна из стражниц шагнула вперёд.

— Подорожные грамоты, — хрипло произнесла она, вытянув руку.

И Катарина, и я одновременно достали из-за пазух небольшие свитки. Тут лучше не паясничать. Чуть не так — и потроха потом собирай по всей дороге. А прибить их — точно политический скандал.

Стражница грубо подхватила документы и протянула фрейлине. А та раскрыла и мельком прочитала. Но там всё нормально: грамоты официальные, и печати настоящие.

— Юрий да Натали́я, — произнесла мадам.

С именем всё понятно. А что касается «да Наталия», то здесь не по отчеству величают, а по материнству. Вот и вписали имя мамы в грамоту.

— Катарина да Мария да Шана-ун? — переспросила фрейлина.

Я и сам удивился. Ведь моя спутница не из простых. Она, оказывается, кандидатка в самые настоящие местные паладины — несостоявшаяся, но имеет право на повторную аттестацию. Об этом говорит суффикс «ун».

— Да, — коротко ответила наёмница.

Мадам задумчиво вздохнула.

— Юрий, личная просьба. Если что-то интересное увидите, сообщите. Мы же в мире с вашей повелительницей.

— Непременно, госпожа.

— Дай, — обратилась она к кому-то, и на её ладонь лёг небольшой мешочек, который она снисходительно протянула мне.

— Вы так добры, госпожа! — поклонился я и принял подарок вместе с нашими грамотами.

Занавеска на окошке задёрнулась, карета тронулась. Стражницы на ходу заскочили на эту неспешную повозку, продолжая нас разглядывать. А я дождался, когда отъедут на значительное расстояние, и расстегнул мешочек. Там оказался десяток серебряных монет. Что на них можно купить? Ну, месяц не шикарно, но и неплохо питаться в трактирах. Это вместе со съёмом комнаты на двоих. Купить новую куртку или новые ботинки. Не дешмансктие лапти, но и не для знати. Да, бедняки здесь ходят в лаптях, как у нас крепостные при царе, но вяжут не только из бересты, но и из прочного озёрного тростника. А ещё можно купить на эту сумму хороший нож.

В общем, меня явно самого купили, и придётся писать рапорт о данном происшествии. А деньги я однозначно потрачу по пути — зря, что ли, гульфик поправлял и глазки строил?

Правда, из этого числа я достал четыре монеты и протянул Катарине. Нехорошо жадничать.

— Держи.

Девушка поджала губы, решая, взять или нет, но потом что-то буркнула в знак благодарности и приняла.

— Надо готовиться ко сну, — произнесла наёмница и свернула с дороги, я последовал за ней.

Разместились мы на окраине рощи, так что над головами шумела листва и пели вечерние птицы. Дрова пришлось поискать, так как дорога не пустует и до самой мелкой щепки всё уже собрано. Вот и сейчас, в надвигающемся вечернем мраке, который никогда не разгоняет свет луны по причине полного отсутствия таковой, вдали угадывался чужой костёр. Наверное, эти места популярны у туристов и прохожих для ночлега.

Катарина достала огниво и сноровисто развела огонь, кинув туда большой пучок соломы, а когда та сгорела, осторожно, чтоб не погасить разгорающийся костёр, подгребла к себе горсть золы и прошла по широкому кругу, рассыпая пепел щепотью, словно пельмени солила.

— Можно узнать, зачем это? — не удержался я от вопроса, глядя, как круг замкнулся, а наёмница села на колени спиной к огню и достала из небольшого мешочка несколько костяных фигурок, каждая размером со спичечный коробок.

Крохотные статуэтки она установила на небольшой деревянный постамент в форме лавочки габаритами с блокнот — видать, миниатюрный алтарь. Катарина протянула к фигуркам руки, сложив ладони так, словно подставляла их под рукомойник, и прошептала несколько слов.

— Вечерняя молитва, оберегающая сон, — произнесла девушка и потянулась к сумке, достала лепёшку, мясо и флягу с некрепким вином.

Костёр к этому времени уже разгорелся, и искры, вырывающиеся из потрескивающего пламени, уносились вверх, к звёздам. Я сделал то же, но достал не простую еду, а плоскую консерву из сухого пайка. Стоило её слегка проткнуть сверху, чтоб не вспучилась во время разогрева, и положить в костёр, как к запаху дыма и трав прибавился аромат гречневой каши. Катарина застыла ненадолго, глядя на мой ужин.

— Юрий, расскажи о стране фей.

Я улыбнулся, откинулся назад, подложив руки под голову, и поглядел в небо.

— Города. Они даже ночью утопают во множестве огней. В каждом доме, на каждом придорожном столбе, на каждой повозке горит яркий-яркий фонарь. И их очень много.

— А как вы тогда спите при свете? — спросила девушка, поглядев на костёр. Пламя отражалось в её глазах, отчего казалось, что они сами обладают крохотными внутренними искорками. — Слишком светло же.

— Привыкли. К тому же фонарь не солнце — можно и погасить. А ещё на небе ночью луна.

— Люна?

— Ну, у вас на небе Шана и Сол, а у нас Солнце и Луна. Только ваши светила всегда вместе, а наши порознь: Солнце — днём, Луна — ночью.

— У вас даже ночи нет?

— Что ты, луна не такая яркая, как Шана! Но дорогу можно различить.

Катарина замолчала, а я сел и поддел веткой скворчащую и шипящую консерву. У меня есть много сказок для моей спутницы. Всё и не успеть, но самые красивые обязательно расскажу. А как доберёмся до места, включу у типографщиков ноут и фотки покажу.

— Пойду, отолью, не смотри, — произнёс я, вставая с места и направившись к кустам.

Совсем не хотелось в темноту уходить, вдруг на змею наступлю, не увидев. Там я изготовился к действу, но, когда Катарина подбросила веток в костёр и круг света на мгновение стал шире, выругался от души.

— Твою мать! Это что за хрень такая⁈

Передо мной в двух шагах стоял скелет, покрытый какой-то слизью. Он судорожно разевал рот и протягивал руку в мою сторону, но при этом не доставал до меня. Вся вечерняя романтика испарилась, и возникло желание расстрелять это. Но мысли о пистолете пришли как-то не сразу. Сперва я подумал, что прямо сейчас сделаю то, ради чего пошёл к кустам, прямо в штаны. Но нет, помимо похолодевшей спины ничего не случилось. Все обошлось.

— Катарина, что там за хрень такая⁈ — Я быстро подскочил к наёмнице, на бегу поправляя штаны. — Что это за тварь?

— Гаул, — спокойно ответила