Мама ама криминал - Ник Вотчер

Только сейчас я заметил, что в песке валяется кольцо. Нова покачала мордой, словно удивляясь моей несообразительности. И ведь она специально всё это сделала! Могла же просто по связи передать картинку. Так нет, она решила пошутить.

«Пошутить?». Стоп, выходит, что она поумнела? Ведь простым животным не знакомо понятия юмора, насколько я знаю. Только сейчас я обратил внимание на то, что её уровень повысился до тридцати. Такими темпами, она в этом Разломе докачается до второй эволюции! Эх, поскорее бы!

— Спасибо, малышка, — сказал я, поднимая кольцо и поливая его водой из бутылки, которую достал из инвентаря. — Но в следующий раз давай обойдёмся без таких вот ненужных шуток?

Нова снова фыркнула, что, как мне кажется, вряд ли можно было истолковать как согласие.

Прочитать свойства кольца я не успел, так как из пролома в стене начали выбегать псевдо-арахниды. И выглядели они далеко не дружелюбно. Сразу четверо из них подбежали ко мне поближе, по-хитрому изогнули свои паучьи задницы и выпустили в мою сторону паутину.

Я едва успел отпрыгнуть в сторону, как липкая сеть накрыла то место, где я только что стоял. Паутина быстро затвердела. Попади она в меня, и я сейчас оказался бы обездвиженным.

— Эй! Вы чего⁈ — крикнул я, поднимая руки. — Я же вам помог, какого хрена вы творите, уроды членистоногие⁈ Прекращайте, ало!

Пауки меня конечно же, не послушали. Следом за первой четвёркой из пролома хлынула целая толпа. Десятки псевдо-арахнидов заполнили пространство перед стеной, отрезая меня и Нову от пролома. Их жвала щёлкали, а задницы дрожали, готовые выплюнуть в меня новые нити паутины.

Ящеры держались в стороне. Они облепили обломки стены и наблюдали за происходящим, не спеша вмешиваться в происходящее. Словно ждали, чем всё это закончится. А может просто опасались того, кто смог прогнать Пожирателя, который внушал им такой трепет, что они приносили ему жертвоприношения в виде ещё живых монстров.

Я с напряжением следил за псевдо-арахнидами, которые даже не заметили, когда на сцене показались скорпионы-изгнанники. Их хвосты с ядовитыми жалами уже были подняты в боевой готовности. Они не атаковали, но и явно не собирались уходить. Просто стояли и смотрели на тела детёнышей песчаного пожирателя.

Наконец, из толпы пауков вперёд вышел самый крупный, со сложным рисунком по всему телу. Его хитин был покрыт глубокими царапинами, складывающимися в узоры, а на голове красовался странный нарост, похожий на корону странной формы из застывшей паутины.

— Ты, — прошипел он, указывая на меня когтистым пальцем.

Лингвистический Анализ перевёл его слова практически сразу же.

— Ты — Убийца городов! Зачем ты пришёл сюда? Кто тебя послал?

— Чего? — я опешил. — Какой ещё убийца городов? Я только что спас вас от…

— Мы видели, что ты сделал, — перебил меня коронованный паук. — Ты прогнал Пожирателя. Вынудил его уйти. И теперь мы остались без защиты!

— Без защиты? — я не верил своим ушам. — Да он же бы сожрал всех вас! Он и его детёныши!

— Такова цена. Он был нашей стеной, ограждающей от других кошмаров Пустоши. Он защищал нас от тех, кто живёт ТАМ. Тех, кто готовы сожрать всё и всех, чтобы утолить свой вечный голод. Тех, кто придёт теперь, когда нашего защитника не стало.

При всей красоте и эффективности Анализа, часть смыслов от меня ускользала. Я так и не понял, что за «ТАМ» и кто такие «Те». Но то, что этот псевдо-арахнид называл Пожирателя защитником… этого я принять не мог. Как может быть защитником существо, которое жаждет уничтожить всех, кого видит? Да и не скажу, что этот «защитник» так уж хорош, раз мы с Новой смогли прогнать его вдвоём.

Или дело не в том, что он слаб, а в том, что это мы все такие из себя сильные?

— Толку от защитника, который натравливает на вас же своё потомство? Что будет, когда они подрастут? Не получится ли так, что они, в конечном итоге, сожрут вас всех?

Старейшина медленно поднял руку, указывая в сторону Пустоши.

— Когда-то в той стороне был город Тен-Рар, гладкокожий, — произнёс он. — Три луча. Да, не слишком много, но и не мало. Его хранителем была Мать-Корень. Она пила воду из-под земли и не давала Пепельным Псам подойти к стенам. Потом пришли Убийцы из другого города. Они пришли за силой и убили Мать-Корень. Через три восьмицы Тен-Рар пал. Пепельные Псы сожрали всех, кто не успел сбежать. Уничтожили всё живое, оставив там лишь камень и пепел.

Он сделал паузу, давая мне осмыслить услышанное.

У меня же в голове крутилась мысль, что он назвал меня «гладкокожим». Вроде бы ничего такого, но то, как он это произнёс, звучало оскорбительно. Про уничтожение города я слушал уже краем уха. Мне, в целом, всё равно, что с ними случится. Главное выяснить, как закрыть этот Разлом. А то я как представлю, что подобные существа выйдут отсюда и попадут в мой город, так мне сразу дурно становится. Это не тупые монстры, способные только бросаться на всё живое, с целью тотального уничтожения. Эти твари могут затаиться, спрятаться, и попробуй их потом перелови. А сколько людей они успеют перебить?

— А там был город Ксорн, — продолжил он. — Два луча. Его хранителем был Костяной Дракон. Он не нападал на нас, если мы давали ему полных жизненной силы существ, которых он мог поглотить. Одно его присутствие отпугивало тварей с равнины. Его тоже убили. Через две восьмицы Ксорн перестал существовать. Твари пришли из Пустоши и сожрали всех, кто решил остаться и не ушёл за нами.

Так, так, так. Какая интересная оговорка. Получается, что пауканы пришли сюда из другого, ныне уничтоженного города. И, как я понимаю, скорпионы кочевники раньше были не такими уж кочевниками, и жили они в этом Тен-Раре, если я правильно понял псевдо-арахнида. А потом их защитники были уничтожены, и они пришли сюда… к ящерам? Или тут был ещё кто-то до них?

Паук снова указал на меня.

— А теперь пришёл ты. Гладкокожий чужак, который прогнал Пожирателя, после того, как он принял наши дары. Ты посмел поднять руку на него и на его детей!

— Но он же собирался уничтожить… — я попытался донести до него свои мысли, но понял, что это бесполезно. Фанатика, который вбил себе что-то в голову, не переубедить.

— Пожиратель не собирался уничтожать город, — покачал головой старейшина, поняв, о чём