Подготовка. Том 2 - Алекс Бредвик
Но просто так лежать мне тоже не хотелось, так что ещё до умывания я решил немного привести себя в порядок. Сначала решил отжиматься. Раньше мог сорок раз за раз отжаться без остановок, но сейчас… даже двадцатка тяжело далась. И это я только десять процентов мышечной массы потерял? И уже такой эффект? Даже страшно представить, что было бы, если бы потерял больше. Но просто так сдаваться я не хотел. Чтобы мышцы были, надо заниматься, так что после первой двадцатки была ещё одна, потом ещё одна, а следом, на четвертый подход, мне удалось выжать из себя, или просто выжать, всего двенадцать раз. Руки в локтях задрожали, хотелось кричать, чтобы себе хоть как-то помочь, но в итоге я просто рухнул на пол, поджав губы.
После отжиманий решил заняться прессом. С ним мне было куда как проще раньше, никогда не считал, но сейчас я делал не просто так, а ради восстановления. Решил проверить, как пойдет. Зацепился носками за край кровати, сделал тридцать раз. Живот горел… но в принципе нормально, можно было заниматься дальше. Встал, походил, покрутился, чтобы потянуть мышцы живота, а потом сделал ещё три подхода. Тяжело, но хоть не трусило, как куклу на ветру. Так что после этих упражнений я был доволен.
Последнее из базы, что я мог спокойно сделать, — приседания. Нет, можно заменить на различные выпады, как нас на физре учили, но не хотелось. Так что ноги — чуть-чуть шире плеч, руки — в замок перед собой, и поехали… и уже на двадцати я понял, что после пробежки в ногах не особо много сил. Но жалеть я себя не стал, вчера едва не скатился в это… и сейчас не стал, так что просто продолжил и добил до сорока первый подход.
— Что как сложно-то… — вырвалось у меня.
Нет, надо точно восстанавливаться, меня это не устраивало. Я хоть и не был образцом атлетичности, но и слабаком никогда не считался, иначе бы давно меня каждый день шпыняли, а не только пытались задеть словами. Всё же свою «честь» я кулаками отстаивал не раз и не два, за что моих родителей пару раз вызывали в школу. Хотя там всё и сводилось к тому, что я не был виноват и защищался, всё равно беседовали, чтобы держал себя в руках, мама и папа это контролировали…
Вот только всем было плевать, что это как раз из-за идиотского слуха. И почему-то до сих пор, хоть это уже дело прошлого, меня это цепляет. Не могу сказать почему. Но прям злость пробирает. Кулаки сами собой сжимаются. И именно эти чувства дали прилив энергии, которая позволила мне сделать ещё три подхода приседаний.
А потом я на трясущихся ногах, с трясущимися руками снова пошел в душ. Было забавно в таком состоянии мыться, но теплые струи воды позволили мышцам немного расслабиться, а контрастный душ под конец — прийти в себя окончательно.
— А мама уже ушла? — вышел я в зал, точнее, гостиную, совмещенную с кухней.
— Угу, её срочно вызвали по какому-то вопросу. Попросила передать, чтобы сегодня вечером был готов пройтись по магазинам, чтобы завтра ты был при параде, — буднично проговорила Лита, перемешивая ложкой пасту. — И, кажется, я начинаю понимать, за что ты так ненавидишь эту бурду.
— Потому что это бурда и есть! — указал я рукой на блюдо зеленовато-прозрачного оттенка. — Как понимаю, завтрака никакого нет?
— Не-а, — покачала головой девушка. — Ничего нет.
— У меня есть ещё семь сотен Хейзов, — хитро улыбнулся я.
— То есть… — подняла девушка взгляд, посмотрела на меня, в мои глаза, я — в её, она копировала мою улыбку, отодвинула тарелку с пастой и решительно встала из-за стола. — Я поняла! Идем за покупками! А потом приготовим что-нибудь нормальное! Так?
— Ну-у-у, вообще я хотел предложить какую-нибудь гадость заказать, пригласить Ханако… но такая мысль мне тоже нравится.
— О, Ханочке тоже надо написать, она говорила, что ей нечем заняться, а все тесты от Старшей Школы она уже прошла, — уже более сосредоточенно сказала Аэлита.
А я даже удивился. Так Ханако ещё никто не называл. Даже как-то непривычно слышать было такую интерпретацию её имени. Даже мама, по крайней мере при мне, ни разу так Хано не назвала. Ханочка… хм. Интересно, как она отреагирует, если я её так назову?
— Она согласилась! — восторженно заявила Лита. — Предложила хороший продуктовый, где и качество получше, и цены чуть ниже. Придется прогуляться километра два пешочком в ту сторону.
— Ходить полезно, — пожал я плечами. — Мне тем более. Надо восстанавливаться.
— Матрица дала сбой, — усмехнулась Лита.
— В смысле? — не понял я, нахмурился из-за её слов.
— Да мы буквально позавчера примерно так же и отправились в магазин, — посмеялась тут же она.
— И-и-и-и… бывает, это просто будничная вещь. Так что не заморачивайся. Сходим, закупимся, может, не на раз, а на недельку, например, всё же семь сотен, а там сможем не давать матрице сбоить, — улыбнулся уже я.
— Вот и славно, я тогда одеваться! — подскочила из-за стола девушка и умчала в мамину комнату.
Я только проводил её взглядом, после чего прошел на кухню, налил себе стакан воды и залпом выпил. Вообще, шел в первую очередь на кухню ради этого. Интересно иногда получается. Слово за слово, слово за слово, и вот идешь куда-то за тридевять земель, чтобы сделать что-то интересное. Почему-то покупать еду мне нравилось, а вот одежду… нет.
Но как вернемся, нам, всем троим, надо будет сразу в Реатум. А мне не забыть, что, вероятнее всего, я проснусь с раной или вообще в точке возрождения Тауруса. Одной из многих точек возрождения.
И только сейчас я понял, насколько же большой я дурак. У меня в инвентаре лежало несколько зелий лечения, которые я мог выпить и восстановиться. Все мы хороши задним умом…
— Умная мысля приходит опосля, — с усмешкой проговорил я, открывая шкаф с вещами. — Так, сегодня будет до двадцати трех градусов… в чем бы пойти?