Шон Уильямс - Еретик Силы-2: Обездоленные

На лице женщины не отражалось таких мыслей, но лишь потому, что ее лицо было фальшивым, как лицо Ном Анора. Она тоже носила углита-маскуна, созданного, чтобы имитировать внешность Отверженного. Снова иллюзия, обман…

«Неужели это она?», удивленно подумал Ном Анор. «Возможность проникнуть во дворец Шимрры?»

Он не был таким наивным, чтобы надеяться на появление высокопоставленного воина или интенданта. У них были слишком хорошо промыты мозги. Но было бы достаточно и простого слуги – того, который имел бы доступ в резиденцию Шимрры и мог бы подслушивать совещания, на которых принимались политические решения. Имея шпиона в ближнем окружении Верховного Правителя, Ном Анор действительно мог бы ослаблять врага изнутри, как говорила эта женщина, получать ценнейшую информацию – и вербовать других агентов, чтобы не полагаться только на нее.

Но как он мог доверять кому-то, не зная даже его имени? Что если эта «новообращенная»  внедрена сюда разведкой Шимрры, чтобы снабжать еретиков фальшивой информацией о намерениях Верховного Правителя? Способен ли Шимрра на такой тонкий ход?

У Ном Анора возникло подозрение.

– Подойди ближе, – сказал он, махнув ей рукой. Он чувствовал, как все присутствующие напряженно смотрели на него. Это был необычайно важный момент, и они знали это. То, как он будет действовать в следующие несколько минут, было жизненно важным.

Женщина подошла на расстояние вытянутой руки.

«Достаточно близко, чтобы убить», подумал Ном Анор. Он сделал жест, приказывая подойти еще ближе.

– Как я могу узнать, можно ли тебе верить? – еле слышно прошептал Ном Анор.

– Ты можешь мне верить, – голос ее был лишь чуть громче дыхания, – Боги привели меня сюда.

Ном Анор сурово посмотрел ей в глаза.

– Сейчас нам больше нужен разведчик, чем благочестивый проповедник.

В ее глазах едва заметно мелькнула улыбка.

– Я обладаю качествами и того и другого.

– Возможно, – сказал Ном Анор, – но мы не так глупы, чтобы полагать, что полностью защищены от шпионов Шимрры. Враг может прийти в самом разном обличье.

– Тебе об этом больше известно, чем мне, Ном Анор, – прошептала «новообращенная», – Ведь шпионаж был твоей работой.

Ном Анор, похолодев, оттолкнул ее.

– Как…?

– Я узнала тебя сразу, как только увидела, несмотря на твою маску.

Ее глаза пристально смотрели на него. В них было что-то, похожее на триумф, словно реакция Ном Анора подтвердила то, что до сих пор было только догадкой.

– Сначала это показалось мне невозможным. Нам говорили, что ты мертв. Но чем больше я тебя слушала, тем больше была уверена, что это ты. Дерзость и смелость всегда были характерны для тебя, Ном Анор. Когда Шимрра…

– Довольно! – ном Анор снова оттолкнул ее, словно что-то нечистое, – Я услышал достаточно!

Он в отчаянии оглянулся на Кунру и Шуун-ми. У них был план, как действовать в таком случае – запереть помещение и убить всех, кто в нем находится. Нельзя позволить уйти никому, кто слышал истинное имя Пророка.

Но Кунра и Шуун-ми не двигались. Они стояли у двери и, казалось, были в замешательстве. Они не слышали шепота женщины. Они не знали, что происходит!

– Подожди, – сказала «грешница», засунув искривленную руку под одежду, – У меня есть кое-что для тебя…

Ном Анор отреагировал инстинктивно. Времени думать не было. То, что она его узнала, уже было достаточной угрозой. Подозрение, что она сейчас достанет оружие, заставило его действовать.

Кровь прилила к мускулам вокруг левой глазницы, заставляя их оказать давление на то место, где раньше было глазное яблоко. Ном Анор почувствовал короткую, резкую вспышку боли, когда плэрин бол изверг струю яда в лицо «новообращенной».

Вскрикнув, она упала.

Среди собравшихся послышались крики. Ном Анор бессильно сидел на своем троне, его мускулы словно превратились в желе. Он слышал вопли ужаса, крики, призывающие к порядку. Внутри он чувствовал только странную пустоту. Смерть была так близко… Плэрин бол уже когда-то спасал ему жизнь, и он знал, что это может произойти еще раз. Но он также знал, что это лишь временная отсрочка. Убийца, посланный Шимррой, сумел подойти так близко к нему… За ним последуют другие. Ном Анор больше никогда не сможет почувствовать себя в безопасности.

Он заставил себя собраться с мыслями и действовать. Кунра и Шуун-ми, стараясь навести порядок в толпе, смотрели на него в ожидании приказов. У его ног корчилась женщина, парализующий яд сжигал ее нервную систему. Ном Анор, наклонившись, ткнул когтями в ее лицо около носа, пытаясь найти точку, нажатие на которую заставило бы углита-маскуна свернуться. Его не волновало, что при этом живая маска может содрать кожу с  ее лица. Ему важно было знать, кого Шимрра послал за его жизнью. Он должен посмотреть в лицо неудачливого убийцы.

Углит-маскун свернулся со странным шумом, как будто разрывалась ткань. Лицо под ним оказалось более знакомым Ном Анору, чем он ожидал. Убийца не был воином Шимрры или безымянным слугой. Отнюдь нет.

Это была Нгаалу, жрица Йун-Харлы. Он знал о ней из-за прошлых попыток жрецов Обманщицы внедрить своих агентов к еретикам. Ном Анор видел эту жрицу когда-то в свите Харрара.

– Ты? – Ном Анор нахмурился, – Но почему?…

Глаза Нгаалу испуганно расширились, голубые мешочки под ними были почти не видны. Яд жег огнем ее нервы, не давая дышать. Скоро ее сердце остановится, и все кончится. Сквозь боль она пыталась что-то сказать. Она протянула ему что-то, но Ном Анор испуганно отшатнулся.

Потом он взглянул на то, что выпало из ослабевшей трехпалой руки жрицы. Это не было оружие, как он сначала подумал. Это был живой унрик – кусок ткани, вырезанной из тела Нгаалу, как жертва богам. Унрик, жизнь в котором поддерживалась биотехнологией, был символом служения Нгаалу – и она предлагала его Ном Анору!

«Глупец!»

Ном Анор опустился на колени рядом с дергающимся телом Нгаалу. У него был антидот от яда плэрин бола, но он не ожидал, что его придется когда-нибудь использовать. Нервные окончания биота уже начали атрофироваться, и пришлось сосредоточиться, чтобы пробудить биот к жизни. Сустав большого пальца правой руки резко щелкнул. Ном Анор задержал дыхание от резкой боли, вспыхнувшей в суставе. Игла, тонкая, как волос, появилась из-под когтя. Ном Анор воткнул ее в шею Нгаалу, где пульсировали сосуды. Боль стала еще сильнее, когда антидот вливался в кровь жрицы, но это было ничто по сравнению с тем, что испытывала женщина. Ном Анору пришлось удерживать Нгаалу, когда каждый мускул ее тела начал сокращаться в спазмах. Из судорожно сжатых челюстей жрицы вырывалось шипение, становясь громче с каждым спазмом.