Тимоти Зан - Возрождение тьмы

Ландо тихо присвистнул.

— Ты только погляди! — сказал он. — Это что, чья-то личная армия?

— Похоже на то, — согласился Хэн, чувствуя побежавшие по затылку мурашки. Ему приходилось прежде попадать в расположение частных армий, из этого не получалось ничего, кроме неприятностей.

— Кажется, мне начинает это не нравиться, — решил Ландо, робко замедляя скорость "Госпожи Удачи" перед внешней линией обороны. Грузовое судно Сены впереди уже приближалось к посадочной площадке, которую с трудом можно было отличить от окружающего ее грунта. — Ты уверен, что нам хочется через это пройти?

— А что остается, когда над головой три дредноута, — хрипло ответил Хэн. — Не думаю, что у нас есть хоть какой-нибудь выбор. Во всяком случае, в этом гробу.

— Вероятно, ты прав, — признал Ландо, видимо слишком озабоченный, чтобы обижаться на подобную оценку своего корабля. — Так что же нам делать?

Судно Сены выпустило посадочные салазки и приземлилось на площадку.

— Думаю, придется выйти и вести себя как званые гости, — ответил Хэн.

Ландо кивнул на бластер Хэна.

— А ты не думаешь, что они будут возражать, если их званые гости явятся с оружием?

— Пусть сперва возразят, — мрачно процедил Хэн, — и тогда мы это обсудим.

Ландо опустил "Госпожу Удачу" возле грузового судна, и они с Хэном направились к кормовому люку. Айринз, ее поденщина у передатчика закончилась, ждала их там с пристегнутым на боку бластером. Снаружи уже был припаркован транспортный скиф, и, как только они втроем двинулись вниз по трапу, из-за носовой оконечности "Госпожи Удачи" появилась Сена со своей многочисленной свитой. Большинство людей были одеты в желто-коричневую форму, совершенно незнакомую, но смутно напоминавшую по покрою кореллианскую; Сена, в отличие от них, — в гражданском платье неопределенного покроя, которое было на ней еще на Нью-Кове.

— Добро пожаловать на нашу оперативную базу, — сказала Сена, обводя рукой окружавшие их строения лагеря. — Если вы не возражаете отправиться вместе с нами, командир будет рад повидаться с вами.

— У всего этого очень деловой вид, — заметил Хэн, когда они все поднялись на борт скифа. — Готовитесь начать войну или дело в чем-то другом?

— Мы не занимаемся разжиганием войн, — холодно ответила Сена.

— Ага, — кивнул Хэн, он еще раз оглядел все вокруг, пока водитель разворачивал скиф и затем направил его в глубь лагеря. Планировка что-то смутно ему напоминала.

Ландо догадался первым.

— Вы знаете, это место выглядит очень уж похожим на старые базы Союза, с которых мы действовали, — обратился он к Сене. — Только здесь все на поверхности, а мы прятали это под землей.

— Лагерь действительно выглядит так же, неужели у вас есть сомнения? — согласилась Сена ничего не выражающим тоном.

— Значит, вы имели дело с Союзом? — Ландо осторожно попробовал вызвать ее на разговор.

Сена не ответила. Ландо взглянул на Хэна, подняв брови. Хэн легонько пожал плечами в ответ. Что бы здесь ни происходило, очевидно только одно — не в привычках наемников распространяться о деле.

Скиф остановился возле административного типа здания, отличающегося от соседних только тем, что по бокам входа в него стояли два часовых в форме. Они отдали честь Сене, затем один из них открыл перед нею дверь.

— Командир просил, чтобы вы вошли к нему на минуту один, капитан Соло, — сказала Сена, остановившись возле открытой двери. — Мы с генералом Ландо подождем здесь.

— Хорошо, — ответил Хэн. Сделав глубокий вдох, он шагнул внутрь.

Судя по внешнему виду, он ожидал увидеть обычное административное помещение с большим холлом и множеством уютных служебных кабинетов, к которым ведут расходящиеся во все стороны коридоры. Он был немало удивлен, когда обнаружил, что оказался в прекрасно оборудованном центре управления боевыми действиями. Вдоль всех стен тянулись пульты связи и слежения за целями, в том числе, по крайней мере один, рецептор гравитационной ловушки и то, что выглядело пультом управления диапазоном ионной пушки планетарной обороны, похожей на те, какими располагал Альянс на Хоте. Установленный в центре помещения голографический дисплей показывал солидный сектор пространства с множеством звезд и сотнями многоцветных меток и линий направлений между ярко светящимися белыми точками.

Возле него сидел мужчина.

Черты его лица искажали разноцветные отсветы дисплейного изображения; однако, несмотря на игру красок, Хэн не сомневался, что видел это лицо только на портретах. Узнав мужчину, он вздрогнул, как от внезапного удара грома.

— Сенатор Бел Иблис, — прошептал Хэн.

— Добро пожаловать в Приют Странника, капитан Соло, — раскатистым голосом ответил тот и двинулся ему навстречу. — Мне лестно, что вы узнали меня.

— Любому кореллианцу было бы трудно забыть вас, сэр, — сказал Хэн, его ошеломленный разум как-то вскользь отметил, что во всей галактике найдется очень немного таких, кто услышал бы от него автоматическое "сэр". — Но вас…

— Не было в живых? — договорил за него Бел Иблис, и на его морщинистом лице появилась полуулыбка.

— Ну… да, — запинаясь произнес Хэн. — Я хочу сказать, все считали, что вы умерли на Анкероне.

— В определенном смысле действительно умер, — тихо подтвердил его собеседник, и улыбка исчезла с его лица. Находясь теперь к нему ближе, Хэн отчетливо видел, как напряжены иссеченные морщинами возраста черты лица сенатора. — Император был не в состоянии просто убить меня на Анкероне, но вполне мог сделать то, что сделал. Он отобрал у меня все, кроме жизни: семью, профессию, даже все возможности будущих контактов с основными слоями кореллианского общества. Он поставил меня вне закона, на создание и соблюдение которого я положил все свои силы. — На его лицо вернулась улыбка, напоминающая слабый намек на проблеск солнечного света из-за кромки черной тучи. — Он заставил меня сделаться Повстанцем. Полагаю, вам знакомы возникающие в такой ситуации чувства.

— И хорошо знакомы, — сказал Хэн, криво усмехнувшись в ответ. В школе он читал о легендарном сенаторе Гарме Беле Иблисе, теперь он предстал перед ним на расстоянии вытянутой руки. Это заставило его снова почувствовать себя школьником. — Я все еще не верю своим глазам. Если бы знать об этом раньше — мы могли бы по-настоящему использовать эту вашу армию во время войны.

Ему показалось, что в тот же миг по лицу Бела Иблиса пробежала тень.

— От нас, вероятно, было бы мало проку, — сказал он. — На создание того, что вы видели, у нас ушло очень много времени. — На его лице снова появилась улыбка. — Но у нас еще будет время поговорить об этом. А сейчас, как я вижу, вы мучительно пытаетесь вспомнить, когда мы встречались.