Недобитые. Том 1. - Александр Шевец
Раненый задрожал. Рута продолжала держать ладони возле шины, лицо её заметно побледнело, а возле висков выступил пот. Мужчина несколько раз пытался что-то сказать, но зубы стучали настолько сильно, что слова не складывались.
— Ещё немного, — произнесла лекарка, не поднимая головы. — Лара, укрой ему грудь. Ортек, подбавь жар.
Рохт открыл заслонку шире. Где-то в глубине стены загудело пламя, но тепло почти сразу исчезло возле стола, словно его уносили через невидимую щель. Эрдан протянул руку к каменному краю лежанки и обнаружил, что поверхность стала холодной, хотя несколько минут назад к ней невозможно было долго прикасаться.
Рута неожиданно убрала ладони. Раненый вздрогнул всем телом, попытался вдохнуть глубже и обессиленно откинул голову на подушку. Лара поднесла ему кружку, но он не смог удержать её даже здоровой рукой; пришлось поить его маленькими глотками, придерживая голову.
— Хватит, — сказала Рута, когда мужчина наконец перестал дрожать так сильно. — На сегодня достаточно.
Она осторожно проверила повязку, затем поправила шину и укрыла руку сухой тканью. Служители начали подкладывать одеяла, а Ортек снова прикрыл часть заслонки, чтобы тепло возвращалось в соседние помещения.
Эрдан сидел, прислонившись к стене, и пытался понять, что именно изменилось. С виду рука мужчины выглядела почти так же, как прежде: отёк не исчез, синяки остались, пальцы по-прежнему двигались неуверенно. Однако Рута, ощупав предплечье поверх мягкой прокладки, удовлетворённо кивнула.
— Начало схватилось. Теперь кость меньше рискует снова сдвинуться, но шину носить придётся долго. Лара, принеси ещё сладкого отвара и попроси кухню сварить ему что-нибудь густое. Только сначала пусть поспит.
Мужчина едва заметно кивнул. Когда ему снова поднесли кружку, он сделал несколько глотков и закрыл глаза, не в силах удерживать их открытыми.
Рута выпрямилась, опираясь ладонью о край стола. На несколько мгновений она задержалась в этом положении, прежде чем повернуться к Эрдану.
— Ну что, кузнец, насмотрелся?
— Я думал, кость срастётся сразу, — признался он, всё ещё глядя на раненого.
— Тогда пришлось бы забирать столько, сколько у него сейчас нет. Он несколько дней толком не ел, ночь провёл в холоде, ещё и крови потерял немало. Я не собираюсь добивать его лечением.
Она опустилась на соседнюю скамью и протянула ладони к нагревающейся решётке. Эрдан посмотрел на её побледневшее лицо, потом на мужчину под одеялами и не стал спрашивать, можно ли таким же способом быстрее вылечить собственный бок.
Рута, впрочем, заметила его взгляд.
— Тебе лучше обойтись обычной перевязкой. Голодный ты не так сильно, зато устал до дрожи. Если перестанешь дёргать рану, она и без моей помощи заживёт.
Эрдан кивнул. Он снова почувствовал тяжесть во всём теле и впервые всерьёз подумал, что несколько часов сна сейчас были бы полезнее любой работы.
Ортек тем временем проверил температуру каменных каналов. Убедившись, что тепло постепенно возвращается, он позвал Эрдана к выходу и попросил помочь перенести несколько вёдер воды из кухни. Рута разрешила, но только после того, как ещё раз осмотрела повязку и заставила его выпить кружку густого отвара.
В коридоре было заметно прохладнее, чем прежде. Люди на лежанках плотнее закутывались в одеяла, а возле большой печи Лара уже разжигала дополнительные поленья. Эрдан остановился у решётки и присел, чтобы проверить, поступает ли тёплый воздух из канала.
— Третий ход работает, — сказал Ортек, заметив его движение. — Но камни ещё не успели набрать тепло. Придётся топить сильнее.
— Дров хватит?
— На несколько дней. Если не придёт ещё один такой обоз, успеем пополнить запас. — Рохт оглянулся на длинный коридор, где служители продолжали устраивать больных. — А вот еды у нас меньше. Людей теперь вдвое больше, чем вчера.
Эрдан поднялся, чувствуя, как неприятно тянет бок.
— У нас осталось немного припасов в повозке. И деньги есть, я могу заплатить.
Ортек посмотрел на него с явным сомнением.
— За двадцать человек? Ты, парень, богатей здешних мест?
— Нет. Но что-нибудь придумаем.
— Вот когда придумаешь, тогда и поговорим. А пока бери ведро, если уж обещал помогать.
Эрдан взял воду и направился к кухне. По пути ему пришлось несколько раз уступать дорогу служителям, которые несли чистые одеяла и грязное бельё. Возле одной из комнат стояли двое освобождённых, споривших, кому достанется последнее место возле очага. Услышав шаги Эрдана, они замолчали, но недовольство осталось на лицах.
Он задержался возле них.
— Что случилось?
— Там тепло, — сказал старший, указывая на комнату. — А нам велели идти в дальний коридор, где камень холодный. Мы всю ночь мёрзли, а теперь опять будем лежать на полу?
Эрдан заглянул внутрь. У очага сидели две пожилые женщины, один мужчина с перевязанной головой и маленькая девочка, которая держала в руках кусок хлеба. Свободного места действительно почти не осталось.
— В дальнем коридоре сейчас откроют отопление, — объяснил он. — Ортек только что починил заслонку. Там скоро станет теплее.
— Скоро — это когда? Мы и так еле дошли.
Эрдан поставил ведро на пол. Он хотел сказать, что остальные тоже терпят и никто здесь не устроился с особенным удобством, но вовремя заметил, как мужчина держится за стену, чтобы не упасть. На его ногах оставались следы железных колец, а одна ступня была распухшей настолько, что обувь пришлось разрезать.
— Давай помогу дойти, — сказал Эрдан, протягивая руку. — Там хотя бы лечь можно, а здесь всё равно места нет. Если будет холодно, попросим ещё одеял.
Мужчина поколебался, затем опёрся на его плечо. Второй пленник поднял с пола их немногочисленные вещи, и они медленно пошли по коридору. В дальней комнате действительно уже чувствовалось тепло, хотя каменные стены оставались прохладными. Эрдан помог мужчинам устроиться возле одной из решёток, поставил рядом ведро с водой и только тогда вернулся на кухню.
Невра встретила его у очага. Она уже успела распределить обязанности между несколькими освобождёнными женщинами: одни чистили овощи, другие помогали разносить еду, третьи стирали испачканные повязки в больших деревянных корытах.
— Рута опять тебя ищет, — сказала Невра, заметив пустое ведро. — На этот раз не ругать. Моррану хуже стало.
Эрдан сразу вспомнил широкоплечего пленника, который всю дорогу помогал остальным. Ещё утром тот казался одним из самых крепких среди освобождённых, хотя левая рука у него заметно распухла. Теперь Невра выглядела встревоженной, и Эрдан не стал задерживаться с вопросами.
* * *В дальнем лечебном помещении собрались несколько служителей. На столе лежал морран, которому всю дорогу помогали люди из