Дант - Далёкий гром
Утонул в чёрно-жёлтом облаке взрыва один крейсер. Одна из бомб, подпрыгнув, попала в буксир. Взрыв разорвал маленький кораблик пополам. Обломки почти тут же скрылись в кипящей воде.
Налёт кончился неожиданно, прогремела трансляция:
- Отбой! Зенитному дивизиону - дробь!
С палубы уносили убитых и раненых, тушили пожар, сбрасывали за борт стреляные гальзы и какие-то обломки. Пламя нехотя отступало под мощными струями воды.
По трансляции объявили: - в экипаже одиннадцать убитых, пятьдесят два раненых. Всем приготовиться, через три минуты огонь главным калибром.
Восемнадцатисполовиной метровые стволы главного калибра замерли. Дэк заворожённо смотрел на секундомер. Время тянулось медленно, наконец, над водами залива они услышали:
- Внимание, экипаж! Главным калибром, очередь два снаряда, фугасным, огонь!!!
Дэк едва успел открыть рот, как огромный молот ударил по адской наковальне. Из жерл орудий вырвалось пламя ярче солнца, гигантский корабль вздрогнул всем корпусом. Прошло чуть больше тридцати секунд и над чёрной, зубчатой кромкой сопок зажглись восемь солнц: вслед за ними по барабанным перепонкам ударили взрывы и в небо поднялись чёрные сутаны. Ещё через несколько секунд над заливом поднялся чёрный гриб, вспыхнуло ещё одно солнце, ярче всех остальных. Корабль содрогнулся от ударной волны и лишь вслед за ней донёсся чудовищный взрыв...
"Погреба! Бомбовые погреба сдетонировали!" - обожгла его мысль.
Не успел Дэк прийти в себя от увиденного, как ударил второй залп. Снова удар гигантского молота по адской наковальне... Вновь далёкие всполохи и ещё один страшный взрыв. Только теперь его гриб красно - жёлтым.
"Теперь склад горючего, - пронеслось в голове, - вот так, быстро. Два залпа - и нет ни аэродрома, ни авиаполка, сколько их там было? Человек шестьсот..."
Над заливом поднимались столбы дыма, полыхал пожар на крейсере "Герцог Анто", охотники вылавливали из воды уцелевших моряков с буксира N 706. К крейсеру подошли два буксира, заливая пламя из лафетных стволов.
Дэк приходил в себя от увиденного. В наушниках среди радостных, победных криков он услышал голос Генерала:
- Товарищи! Пока они в панике, надо атаковать штаб - квартиру охранки и полицейское управление. Нужно прорываться к казармам 355-й дивизии, попытаться освободить морпехов. Срочно устанавливайте связь с рабочими отрядами и обязательно надо захватить портовый холодильник и 782-й рыбозавод.
- А рыбозавод с холодильником зачем? - растерянно спросил один из комитетчиков.
- А жрать что будем?! - сварливо огрызнулся ему в ответ Инту. На мостике опять началась суета. Минут через пятнадцать Дэк увидел в окулярах визира, как матросы пошли в атаку. После увиденного штурмовики и полиция были, естественно в шоке и атака оказалась успешной. Не прошло и часа как на "Кондо" с берега сообщили: взято полицейское управление. Соединились с рабочими отрядами, обложили с трех сторон штаб-квартиру контрразведки. До казарм 355-й осталось полтора километра. Штурмовикам удалось остановить атаку на Офицерском бульваре. Всё шло как нельзя лучше. По позициям штурмовой гвардии ударил универсальный калибр, ещё через час удалось прорваться и там. Казалось, ещё чуть-чуть - и победа... Но, вопреки общему настроению, Генерал приказал привести в готовность танкодесантные корабли и перебросить один батальон на правый берег залива. Моряки удивлённо ворчали, но приказы выполняли.
- Зачем на другой берег-то? Ещё три - четыре часа и им конец, - слышалось в наушниках.
Только адмирал, которого уважали не меньше, чем Генерала, одобрил его действия, даже уточнил и скорректировал кое-где.
- А вы что думаете, товарищ лейтенант? - послышался в наушниках Дэка удивлённый голос Раду.
- Утром, на подступах к городу мы видели части 99-й штурмовой дивизии, в городе только два полка 102-й, так что через пять - шесть часов нажмут, аж сок потечёт. Пока топливо есть, им нас не одолеть, но его же почти нет. А они и авиацию подтянут с других авиабаз и ещё дивизию гвардейцев или три - четыре бригады. Тогда уж нам не сдобровать.
- Значит, всё же уходим... - констатировал Раду.
Всё пошло, как предполагал Генерал. Им, правда, удалось прорваться к казармам 355-й и вывести три с половиной тысячи человек и даже взять штаб-квартиру охранки. Там освободили двести двадцать арестованных морпехов - остальных успели запытать насмерть за эти дни или расстрелять...
Последним успехом стал захват холодильника в торговом порту и рыбозавода. Это случилось через семь часов после уничтожения аэродрома. Штурмовая гвардия уже пришла в себя и свирепо атаковала их позиции в центре города уже два часа. Атак в порту никто не ожидал, только за счёт этого удалось взять завод и холодильник.
На город и залив опустилась осенняя ранняя ночь. Воспользовавшись темнотой, на правый берег залива плашкоутами и десантными кораблями удалось перебросить тысячу семьсот бойцов, тысячу шестьсот десять раненых, пятьсот беженцев, сотню грузовиков, четыреста двадцать лошадей и пятьсот тонн продовольствия.
Хмурое утро следующего дня всё расставило на свои места. С рассветом над городом повисли штурмовики и истребители. К рейду и кораблям они не совались, вчерашние потери их научили осторожности, но над городом им противопоставить оказалось нечего, и он горел. Восставших теснили по всему фронту. Моряки и рабочие отряды постепенно отступали, оставляя карателям пылающие руины, медленно откатываясь к периметру военно-морской базы. Комитетчикам только оставалось сжимать кулаки и скрипеть в бессильной ярости зубами.
Сдерживать гвардейцев удавалось только огнём корабельной артиллерии. Восставшие корабли то и дело расстреливали атакующих. Те в ответ пробовали обстреливать линкор и крейсера, однако их полевые батареи быстро нащупывали и смешивали с землёй. К вечеру пылал весь город, небо затянул горький дым.
Едва ночь укрыла рейд и город чёрной накидкой, Генерал приказал начать массовую эвакуацию. За два часа до рассвета на правом берегу залива оказались пять тысяч пятьсот моряков и повстанцев, две тысячи четыреста шестьдесят раненых и ещё восемьсот беженцев. Тысяча пятьсот двадцать бойцов были мертвы. Вместе с ними погибли восемьсот двадцать шесть горожан. Ещё к девяти вечера первый пеший конвой двинулся по дороге N327 в сторону зоны Северного повстанческого фронта. Через час туда же отправилась колонна грузовиков с продовольствием и боеприпасами. Ещё через час вслед за ним отправился гужевой обоз. В шесть утра "Кондо" пристрелялся и одним залпом главного калибра разбил мост в устье реки. С охотника N789 доложили, что в воду рухнули два центральных пролёта. Теперь штурмовая гвардия не могла переправиться на правый берег залива и, значит не могла организовать преследования конвоев восставших.