Владимир Корн - Страж Либерилля

— Ну, если очень надо… — без всякой уверенности в голосе протянул он.

— Я сам. Вы, главное, постарайтесь, чтобы они не успели сбежать. Иначе обидно будет: заберусь туда, а их уже нет никого.

— Не сбегут! — уверил меня Густав. — Место у них такое, что и к ним не подберешься, и сами они никуда не денутся. Я здесь все излазал: деньги мы сначала именно там и хотели спрятать, — пояснил он. После, взглянув на башню, добавил: — Нет, я бы не смог: высоты боюсь.

Однажды Винсенте сказал мне, что мужчина не должен бояться трех вещей: женщин, оружия и смерти. Сказал в тот самый момент, когда я сознался, что панически боюсь высоты.

«Страх высоты — это не более чем страх перед смертью. Сама по себе высота ничего не значит, и боишься ты ее лишь потому, что, сорвись с нее, наверняка погибнешь». Этот разговор произошел в начале наших занятий по скалолазанию. И, как бы то ни было, страх перед высотой я преодолел. Хотя, признаюсь, мне до сих пор куда больше нравятся занятия, связанные с водой.

Уверен, что, осмотри я башню вначале, все же отказался бы от своей затеи, которая сейчас выглядела безрассудной. И еще мне безумно было жаль одежды. Перед тем как прийти к Кристине, напялил на себя самое лучшее, а сменить наряд возможности не представилось.

Я упорно карабкался вверх, стараясь не думать о том, что предстоит еще путь назад, а спуск всегда сложнее, чем подъем. Внизу вяло перестреливались и даже переругивались, а я все лез и лез. Несколько раз камни кладки начинали предательски шататься под руками, и в тот миг я отчетливо понимал: рисковать жизнью куда удобнее было бы на земле.

Наконец мне удалось добраться до бойницы, которая выглядела настоящим окном, через которую хорошо были видны спины обоих бандитов. Казалось бы — стреляй, но и тут возникла проблема. Упереться ногами было не во что, и оставалось лишь лечь грудью на подоконник.

Но тогда я оказывался на виду, и если мне не удастся убить их сразу, то я невольно стану для них превосходной мишенью.

«Ну решайся же, Крис! Если взобраться еще выше, не факт, что станет удобнее, а расстояние увеличится и тогда попасть будет еще сложнее. Досчитай до трех и пали». На счет «три» я и начал.

С одним у меня получилось легко, а вот со вторым вышла проблема. Он начал стрелять в ответ после первого же моего выстрела, и преимущество было на его стороне. А затем в барабане моего револьвера закончились патроны. Держась одной рукой, я засунул его за пояс, пытаясь перезарядить, ожидая, что в любой момент в меня вонзится пуля и тогда полечу вниз.

И как же сладостно было услышать сначала стрельбу, а затем и предсмертный крик последнего оставшегося в живых бандита, когда Дуг с Густавом, воспользовавшись тем, что все внимание противника приковано ко мне, обошли его сбоку.

К Рамсиру я подходил на все еще подрагивающих ногах, настолько успел вымотаться за время своего карабканья по стене вверх-вниз. Вокруг недавнего пленника собрались уже все. Сам он сидел со страдальческой миной, прижимая локоть одной руки к боку. В другой Рамсир держал плоскую металлическую фляжку. Конечно же Ковара — у него та всегда при себе.

— Как ты? — присел я перед ним на корточки.

— Нормально, Крис, — слабо улыбнулся Рамсир. Он глотнул из фляжки и скривился: похоже, алкоголь обжег разбитые губы.

— Зубы целы?

— Целы. Шатаются только. Бок огнем горит, — пожаловался он.

— В больницу надо, — озвучил очевидное Дуг.

— Надо, — кивнул я.

— Не надо меня ни в какую больницу! — воспротивился Рамсир. — Я с вами. Ребра потуже перетянуть, и все будет нормально. Я так понимаю, пешком идти не придется, — мотнул он головой в сторону стоявших во дворе машин.

— У нас и своя есть, эти не понадобятся. — Густав взял у него фляжку, глотнул из нее, затем вложил обратно в руку Рамсира. — Знаете, что я думаю? Мы вместе, деньги при нас, самое время свалить из этого города куда-нибудь подальше. А там время покажет.

— Крис, а я ведь так и не сдал никого! Веришь мне? — Рамсир, чтобы схватить меня за руку, выпустил фляжку, та завалилась набок, и в воздухе запахло кальвадосом — любимым напитком Ковара.

— Верю. — Хотя сомнения у меня были большие. Боль — это такая штука, которая способна развязать язык любому. Ну не мог Вендель оставить нашего друга в покое, даже если тот согласился рассказать, где спрятаны деньги.

— И как это тебе удалось? — По голосу Дуга чувствовалось, что он-то точно не верит. Если разобраться, правильно делает.

Рамсир улыбнулся разбитыми губами.

— Сказал, что на складе был с Фуллером. А с них-то какой сейчас спрос?

Это меняло дело. Фуллер и его компания чем-то похожа на нашу. Походила, если быть точным, пока не так давно самого Фуллера и трех его людей не нашли в автомобиле, который подняли со дна реки. Рамсир знал их всех, потому что некоторое время крутился с ними, пока не перешел к нам.

— Ну так что, дергаем отсюда? Потом наговоримся. Не дай бог, сюда действительно другие нагрянут. — Ковар в очередной раз посмотрел в сторону города. Да и все мы время от времени тревожно туда поглядывали.

— Дергаем, — согласился я. — И знаете, что мы сейчас сделаем? Наведаемся-ка мы к Венделю сами.

— Крис, а это-то нам зачем? — недоуменно протянул Ковар. — Рамсир же сказал, что никого не выдал.

— Чтобы покончить с проблемой раз и навсегда.

— Не тупи, Ковар. — Дуглас поморщился. — Складывать два плюс два умеют все. Трупы найдут, — он мотнул головой в сторону бандитов, — а Рамсир исчезнет. И какие выводы сделает Вендель? Ну конечно, он подумает, что Фуллер здесь совершенно ни при чем. Почему он послал сюда восьмерых, сразу на двух машинах? Да потому что изначально Рамсиру не поверил и решил подстраховаться. Откуда же он мог знать, что его люди поведут себя как полные кретины? Хотя с ними-то как раз все понятно: наверняка они думали, что только сумасшедший решится нападать на тех, кто служит Папе.

Отчитав друга, Дуг обратился ко мне:

— Думаешь, у нас получится, Крис?

— Надо сделать все, чтобы получилось. У него же не армия и даже не полк. Сюда он наверняка отправил как минимум половину своих. Надо идти до конца. Сами подумайте: ну уедем мы из Либерилля, ну устроимся где-нибудь хорошо, жизнь у нас наладится и все остальное-прочее. Кто даст гарантию, что лет через десять-пятнадцать к нам в дом не заявятся люди с оружием? Считаете, Вендель смирится с тем, что у него увели деньги и перебили людей? Да как бы не так!

— Да что там пятнадцать! Этот гад, пока собственной смертью не загнется, и все тридцать еще протянет. И что, все это время нам жить в страхе, ожидая увидеть бандитов у себя в гостиной? В общем, я с тобой, Крис. — И Дуглас хлопнул меня по плечу.