Мама ама криминал - Ник Вотчер

— И, наконец, самое важное, —заговорил Белов, когда в зале установилась тишина. — Из Москвы пришёл ещё один новый законопроект, который после долгих обсуждений был принят и утверждён. Он касается всех Гильдий нашей страны. Как вы знаете, в каждой Гильдии есть отдел, занимающийся разведкой и оценкой Разломов. Теперь, помимо прочего, этот департамент будет заниматься оценкой потенциальной ценности каждого Разлома и принимать решения о целесообразности его закрытия. Также планируется посылать представителя данного отдела в каждый рейд, с целью контроля за исполнением всех ограничений и условий…

— Это как? — спросил кто-то из Игроков. — То есть мы теперь не сможем закрывать Разломы без разрешения?

— Именно, — кивнул Белов. — Более того, закон предусматривает создание системы квот и лицензий на добычу стратегически важных ресурсов. Все Разломы выше D-ранга будут находиться под контролем департамента. Мы будем получать разрешения на их зачистку, а также обязаны предоставлять отчёты о добыче и распределении ресурсов. Кроме того, вводится обязательная сертификация и каталогизация всех артефактов, добытых в Разломах. Это делается для безопасности, чтобы исключить попадание на рынок опасных предметов. Артефакты, использование которых может привести к массовым жертвам будут изыматься в хранилище Гильдии.

Зал снова загудел. На этот раз недовольство было более явным. Игроки привыкли к относительной свободе и незыблемому праву, касательно трофеев. А теперь же их ставили в жёсткие рамки и грозили лишить всего этого! Это как обязать американцев сдать всё оружие.

— Это ещё не всё, — повысил голос Белов. — Закон также вводит новые требования к руководящим должностям. В частности, главы департаментов и их заместители не должны иметь серьёзных дисциплинарных взысканий, меток и незакрытых разбирательств. Их репутация должна быть кристально чистой, так как они являются лицом Гильдии.

Он посмотрел на меня с едва скрываемым торжеством. Я выдержал его взгляд, не отводя глаз, на что он недовольно прищурился.

— В связи с этим, — продолжил Белов, — я вынужден констатировать, что Николай Андреевич Радионов не может далее исполнять обязанности заместителя главы по Разведывательной Деятельности и Анализу Разломов. В его личном дело содержится информация о двух обвинениях в убийствах Игроков, одно из которых всё ещё является незакрытым. Дисциплинарное взыскание о нападении на представителя администрация, судебный процесс, обвинения в несанкционированном закрытии стратегически важного технологического Разлома. Помимо этого, всё ещё идёт судебное разбирательство, в котором рассматривается иск от бывшего работодателя Николая Андреевича, в лице Краеведческого музея. Всё вышеизложенное является основанием для отстранения Николая Андреевича от должности заместителя главы по Разведывательной Деятельности и Анализу Разломов.

В зале повисла тишина. Все смотрели на меня. Я молчал, давая Белову насладиться моментом.

— То есть, ты хочешь сказать, что человек, который в одиночку закрыл не одну Цэшку, вытащил из Бэшки свою группу, во время разведки, и спас город от прорыва, когда вы сидели и обсуждали, какие действия следует предпринять, вместо того, чтобы просто пойти и закрыть их самостоятельно, теперь не может занимать свою должность? — голос Бармалея сочился сарказмом.

— Закон есть закон, — развёл руками Белов. — Я сам был бы рад оставить Николая Андреевича, но обстоятельства выше меня.

— И кого же вы предлагаете на его место? — спросил седовласый член дисциплинарной комиссии.

Белов улыбнулся и указал на незнакомого мужчину, сидевшего в первом ряду.

— Позвольте представить: Станислав Валерьевич Кривошеев. Игрок золотого ранга, тридцать восьмой уровень. Станислав Валерьевич прибыл к нам из Екатеринбурга, обладает богатым опытом работы с аномалиями, участвовал в свыше, чем трёх десятках рейдов, имеет отличные рекомендации. Я с ним знаком лично, могу поручиться за его профессионализм.

— Выше Дэшки есть хоть один? — никого не стесняясь громко произнёс Бармалей. — Или он тридцать Ешек в составе рейда закрыл?

Кривошеев поднялся и слегка наклонил голову в знак приветствия. Выглядел он спокойным и уверенным, словно уже привык к подобным представлениям. Вот только он не создавал впечатление опытного бойца. Да и статы у него были довольно посредственными. А класс, который Белов не озвучил, был обычным «боец дальнего боя». Просто «боец»? Без каких-либо особенностей? Он же должен был уже получить вторую специализацию. Неужели Система не предложила ему ничего интересного? Очень странно.

— Здравствуйте, уважаемые коллеги, — произнёс он ровным голосом. — Для меня честь находиться здесь. Я уже успел ознакомиться с ситуацией, царящей в вашем регионе, и готов приложить все усилия, чтобы наладить работу отдела.

Он сейчас действительно сказал «вашем регионе»? Не «нашем»? Очень опрометчиво, как по мне. Сразу создаётся ощущение, что он дистанцируется от остальных. Не считает себя частью НАШЕЙ Гильдии.

— Погоди-ка, Стас, — вскинулся Бармалей. — Лёша, а нас ты почему не спросил? Может мы тоже хотели бы выдвинуть своих кандидатов!

Его поддержал одобрительный гул голосов. Никто не хотел человека со стороны, который, к тому же, так неудачно начал своё знакомство с Гильдией.

Белов недовольно поморщился, на такое фамильярное обращение Бармалея, но промолчал. Кривошеев бросил на него растерянный взгляд.

— К сожалению, — у Белова дёрнулась губа, выдавая его раздражение, — по закону требуется, чтобы кандидаты прошли модерацию, которая может занять до недели. А выбрать главу отдела нужно уже сегодня. Иначе отдел останется без руководства, и это негативно скажется на всей работе Гильдии.

— Как удобно, — пробурчал кто-то из топов.

— Алексей Борисович, но так же нельзя, — подключился к обсуждению другой топ, лысый мужик с бородой, которого я видел на предыдущем заседании. — Мы же не просто какие-то статисты. Мы здесь с самого основания Гильдии. Мы с Анатолием Ивановичем стояли у истоков, если можно так сказать. Вы пришли уже позже и, вероятно, не в курсе всей нашей «кухни». И если Вы хотите, чтобы люди вам доверяли, надо хотя бы советоваться. У нас есть свои кандидаты, те, кто давно состоит в Гильдии, кто знает все тонкости. Почему мы должны брать какого-то человека со стороны?

— Потому что так решил Совет Гильдий! — повысил голос Белов. — Потому что Станислав Валерьевич прошёл специальное обучение. В конце концов, я не могу утверждать кандидатуру, которая не соответствует требованиям нового закона!

— То есть, Вы хотите сказать, что среди нас нет ни одного достойного? — спросил я, впервые подав голос.

Мои слова вызвали бурю негодования, ведь я озвучил то, что крутилось у них в головах. Никто не хотел видеть на таком ответственном посту чужака, от которого неизвестно, чего ожидать. Свои-то все знакомы, так или иначе, и на них можно повлиять, договориться, обсудить спорные вопросы.

Белов посмотрел на меня с плохо скрываемым раздражением.

— Я