Шон Уильямс - Еретик Силы-2: Обездоленные

– Никто из шестнадцати первых членов «Свободы» не является сторонником насилия. Это не наш путь. Но…

– Но?

– К нам присоединяются и другие… – сказала Малинза, – и они вполне могут иметь и другую точку зрения. На самом деле, некоторые из них решительно готовы применять насилие для достижения политических целей. Но мы стараемся удержать их.

– И кто может присоединиться к вашей организации?

– Все желающие. Мы занимаемся не только секретными операциями. Мы предлагаем желающим вступать в нашу организацию, и наша политическая программа хорошо известна. У нас же демократия, не так ли? По крайней мере, предполагается, что так. Некоторые вступили в нашу партию потому, что скучали, и искали острых ощущений. Иногда к нам приходили и из других подпольных организаций… – она пожала плечами, – даже после того, как прибыла делегация п’в’еков, и мы стали вызывать всеобщее недовольство.

– Почему?

– Ну, во-первых, мое участие в «Свободе» никогда не было тайной, и местные СМИ знали обо мне, потому, что моя мама была премьер-министром. Кроме того, некоторые члены нашей партии преследовали собственные политические цели, но от таких мы старались избавляться. По крайней мере, до последнего времени… – она опустила голову, – Честно говоря, держать организацию под контролем становится все труднее. Лидеры анти-п’в’екского движения дали нам понять, что если мы не с ними, то – против них. Я не ксенофоб, как я уже говорила, я считаю союз с п’в’еками выгодным для Бакуры. Я не хочу быть против кого-либо, потому что это делает их нашими противниками. Чем сильнее мы ударим, тем более сильный удар нанесет по нам Равновесие. И поверь мне, я не хочу, чтобы этот удар снова пришелся по мне.

– Кажется, я начинаю понимать… – сказала Джейна.

Она верила не всему, что сказала Малинза, но она и не верила, что эта девушка из тех, кто готов похищать и убивать людей ради политической идеи.

– Тогда как ты думаешь, какие действительные причины того, что тебя здесь держат? – спросила она.

– Мы перешли дорогу кое-кому из правительства, – сказала Малинза, – Мы раскопали весьма интересные факты о некоторых сенаторах, и угрожали опубликовать их в СМИ.

– Шантаж?

– Разве это шантаж, когда ты действуешь в интересах народа? – Малинза пожала плечами, – В общем, они занервничали, но они не могли избавиться от нас, не вызвав еще больший шум. Мы не совершали ничего по-настоящему преступного. Им было бы трудно надолго упрятать нас в тюрьму только за то, что мы рассказали народу об их грязных делишках, при этом всеобщее сочувствие было бы на нашей стороне. Так мы оказались в тупике. Было только вопросом времени, кто нанесет удар первым.

– И  в это время, полагаю, вы раскопали еще больше грязи, – сказала Джейна, – А это означает, что, если они действительно думают, что ты не похищала Кандертола, значит ты открыла какие-то новые факты, которые они очень хотели скрыть.

– Даже если и так, то я честно не представляю, что бы это могло быть, – Малинза снова встряхнула головой, – Мы расследовали некоторые финансовые сделки, заключенные после прибытия делегации п’в’еков. За пределы Бакуры ушло огромное количество денег, но мы не смогли узнать, куда они были направлены, и кто за этим стоит. Это выглядело как обычная коммерческая трансакция, но настораживало то, что было неизвестно, куда переведены деньги, – она посмотрела на Джейну, слегка прищурившись, – Ваш Альянс сейчас ищет средства на продолжение войны, не так ли?

– В любом случае, мы не стали бы брать деньги у Бакуры.

Брать деньги у бакурианского правительства было все равно, что брать карманные деньги у ребенка, чтобы финансировать постройку космического корабля.

Малинза кивнула, указав на стены камеры.

– Так я оказалась здесь, – она пристально посмотрела на Джейну, – Я не виновна в похищении Кандертола, клянусь. Но для тех, кто арестовал меня, это не важно. Они не хотят, чтобы правда о них стала известна.

– Но если ты этого не делала, они не смогут предъявить тебе обвинение.

Малинза усмехнулась.

– Ты полагаешь, они будут судить меня по закону? – она встряхнула головой.

Джейна подумала, что девушка права. Она вспомнила, как Блейн Харрис был уверен в виновности Малинзы, когда сообщал о ее аресте. С другой стороны, судя по реакции Кандертола, он был далеко не так уверен в ее виновности, как Харрис.

– Показания премьер-министра кое-что значат, – сказала она, чтобы утешить Малинзу, – Если он не думает, что это ты, я сомневаюсь, что они смогут обвинить тебя.

– Может быть… – едва слышно сказала Малинза. Воодушевление, казалось, покинуло ее, сейчас она более чем когда-либо была похожа на одинокого испуганного подростка, – Я должна верить в Равновесие… Если я сейчас терплю страдания незаслуженно, за это мне воздастся потом. Хоть какое-то утешение…

«Она очень одинока…», подумала Джейна. Но вера Малинзы в Равновесие была не менее сильной, чем вера Джейны в Силу.

Джейна встала, взглянув на хронометр. Было уже за полночь, и ее родители, наверное, беспокоились.

– Мне пора идти.

– Но ты даже не сказала, зачем ты пришла, – возразила Малинза.

– Я просто делаю мою работу, – сказала Джейна, улыбнувшись, – Ты же знаешь джедаев: мы всегда на работе.

На лице Малинзы появилась неуверенная улыбка, потом пропала.

– Должна признать, я была бы рада выбраться отсюда.

Джейна сочувственно кивнула.

– Я посмотрю, что я смогу сделать, – она нажала зеленую кнопку вызова и в последний раз посмотрела на Малинзу, – Возможно, нам удастся оказать давление, и… – она замолчала. За открывшейся дверью был пустой коридор.

– Странно… – прошептала она.

Малинза выглянула за ней в коридор.

– Что странно?

– Охранники сказали, что проводят меня… – Джейна осторожно вышла в коридор, инстинктивно чувствуя ловушку, – Но здесь никого. Даже дроидов нет.

Малинза тоже вышла из камеры. Судя по выражению на ее лице она была удивлена не меньше Джейны. Но вскоре удивленное выражение сменилось радостью.

– Это Вирам! – сказала Малинза, – Это, наверное, он!

– Кто он?

– Он один из главных активистов «Свободы», – ответила Малинза, – Он – мозг нашей организации. Если кто-то мог взломать компьютерные системы безопасности, чтобы вывести меня отсюда, то только он.

– Я не знаю, Малинза, – сказала Джейна, подозрительно оглядываясь вокруг, – Мне все это кажется очень странным.

– Тебе-то что, ты в любом случае выйдешь, – Малинза выпрямилась и посмотрела ей в глаза, – Я должна выбраться отсюда!