Мэтью Стовер - Эпизод III: Месть ситхов

— Только потому, что вы меня учили, учитель…

— Отговорки! Ты — герой. Иди и проведи день своей великой славы с… — Кеноби позволил себе пренебрежительно кашлянуть. — Политиками.

— Не надо, учитель, вы мой должник. И не за спасение вашей шкуры в десятый раз…

— Девятый раз. Като Неймодия не считается, ты сам был во всем виноват,Оби-Ван помахал на прощание рукой. — Увидимся завтра утром на инструктаже по Внешним территориям.

— Ну… ладно. Только сегодня, — Анакин рассмеялся, махнул рукой и побежал догонять Палпатина, пробирающегося между сенаторами с легкостью, схожей со смазанным маслом транспаристилом, политика с большим стажем.

Люк шлюза закрылся, челнок взлетел, а улыбку Оби-Вана как стерло, когда Кеноби повернулся к Мейсу Винду.

— Вы хотели поговорить со мной.

Винду подошел к иллюминатору, возле которого остался стоять его младший соратник, кивнул на посадочную площадку.

— Об Анакине. Мне не нравятся его отношения с Падпатином.

— Мы уже обсуждали их раньше.

— Между ними что-то есть. Что-то новое. Я почувствовал в Великой силе, — Мейс говорил прямо и мрачно. — Очень мощное ощущение. Невероятно опасное.

Кеноби развел руками.

— Я доверяю Анакину свою жизнь.

— Я знаю. Я бы только хотел, чтобы вы смогли и канцлеру доверить жизнь Анакина.

— Да, — Кеноби нахмурился. — Политика Палпатина… временами сомнительна. Но он испытывает к Анакину горячую любовь старого дядюшки к обожаемому племяннику.

Мейс уставил в иллюминатор.

— Канцлер любит власть. Если у него есть другие страсти, то я их не вижу.

Оби-Ван недоверчиво покачал головой.

— Вспоминаю, как не так давно вы входили в число его страстей. Некоторым образом.

— Все меняется, — угрюмо откликнулся мастер Винду.

Они пролетали над городом, в котором вместо высоких, сверкающих на солнце зданий, где обитали живые существа, теперь дымились руины. Они направлялись к Храму, переполненному воспоминаниями о многих джедаях, которые так и не вернулись с войны. Оби-Ван не мог не согласиться, что все меняется.

Помолчав немного, он сказал:

— Чего вы от меня хотите?

— У меня нет понимания. Ты знаешь мои возможности, я не всегда могу интерпретировать то, что вижу. Будь настороже. Будь внимателен к Анакину и берегись Палпатина. Ему нельзя доверять, а его влияние на Анакина опасно.

— Но Анакин — Избранный…

— Тем больше причин опасаться чужого влияния. Мы получили косвенные доказательства, что Сидиус вхож к Палпатину.

Оби-Вану вдруг стало трудно дышать.

— Вы уверены? Мейс качнул головой.

— Ни в чем нельзя быть уверенным. Но этот рейд… взять в плен канцлера мог только кто-то из ближнего круга. Расчет времени… Мы едва-едва успели, мастер Кеноби. Информация, которую вы с Анакином раскопали… мы отследили ситха до заброшенной фабрики, неподалеку от того места, где Анакин посадил крейсер. Когда началась атака, мы следили за ситхом в туннелях нижнего уровня.

Мейс уставился в иллюминатор на комплекс жилых зданий, доминирующих над западным горизонтом

— След привел на подуровневые этажи здания Пятисотлетия Республики.

Пятисотлетие Республики был самым примечательным адресом на планете. В его обитатели входили лишь невероятно богатые или невероятно влиятельные, от Райтта Сейнара из «Сейнар Системc» до самого Палпатина. Оби-Ван мог сказать только:

— О-о…

— Нам пришлось признать возможность — вероятность — того, что Дуку сказал на Геонозисе правду. Что Сенат находится под влиянием — под контролем — Дарта Сидиуса. И так продолжалось годами.

— Вы…, — Оби-Вану пришлось сглотнуть, прежде чем он сумел продолжить дальше. — Вы подозреваете кого-нибудь?

— Слишком многих. Нам известно лишь, что Сидиус прямоходящий, двуногий, приблизительно человеческого сложения. На ум сразу приходит Сате Пестаж. Но и Масса Амедду мне тоже сложно вычеркнуть из списка. Ситх может прятаться среди Алой Гвардии. Откуда нам знать?

— Кто занимается этим вопросом? — спросил Оби-Ван. — Я был бы счастлив помочь, мои возможности не столь велики, как у некоторых, но…

Мейс опять покачал головой.

— Допрашивать личных помощников и персонал Верховного канцлера? Невозможно.

— Но…

— Палпатин ни за что не позволит. Хотя ему можно не говорить… — Мейс упрямо смотрел в иллюминатор. — Я не уверен даже, что он верит в существование ситха.

Оби-Ван растерянно заморгал.

— Но… как он может…

— Посмотри с его точки зрения. Единственное доказательство мы имеем со слов Дуку. А граф сейчас мертв.

— Ситх на Набу… забрак, который убил Куай-Гона…

Мейс пожал плечами.

— Уничтожен. Ты это знаешь лучше других… Отношения с кабинетом Верховного канцлера… напряженные. У меня сложилось ощущение, что Палпатин потерял доверие к джедаям. И я на сто процентов уверен, что я потерял доверие к нему.

— Но у него нет права вмешиваться в расследование Ордена… — Кеноби нахмурился, растеряв уверенность. — Или есть?

— Сенат передал ему слишком много полномочий. уже трудно сказать, какие права ему принадлежат, а какие нет.

— Это плохо?

Мейс Винду выпятил челюсть.

— Единственно, почему Палпатин вне подозрений, это потому, что он уже управляет Галактикой.

— Но мы почти наступаем ситху на пятки, — медленно произнес Оби-Ван.Это же хорошая новость. Я подумал, что можно воспользоваться дружбой Анакина с Палпатином… Скайуокера он послушает, как никакого другого джедая. Их дружба — благо, а не опасность.

— Нельзя ему говорить.

— Прошу прощения?

— В Совете только мы с учителем Йодой знаем, как далеко все зашло. А теперь еще и ты. Я решил поделиться с тобой, так как лучше тебя никто не присмотрит за Анакином. Наблюдай за ним. Больше ничего.

— Мы… — Оби-Ван растерялся. — У нас нет секретов друг от друга.

— Значит, один появился, — Винду переплел пальцы так крепко, что хрустнули костяшки. — Скайуокер, возможно, один из самых могущественных ныне живущих джедаев и набирает силу. Но он не стабилен. Сам знаешь. Все мы знаем. Вот почему мы еще не сделали его магистром. Нужно держать его подальше от Совета, несмотря на его необычайную одаренность. А пророчество джедаев… не абсолютная истина. Чем меньше замешан Палпатин, тем лучше.

— Но… — Оби-Ван замолчал.

Он думал о том, сколько раз Анакин ослушивался приказов. Думал о несокрушимой верности Анакина к тому, кого он считал своим другом. Думал об опасности, которую представляет канцлер, если среди его советников прячется ситх…

Мастер Винду прав. Эту тайну Анакину доверить нельзя.

— Что же мне ему сказать?