Наследник - Валерий Листратов

— Вот с этим здесь проблем вообще никаких, — усмехаюсь я. — Тут этих монстров ещё сотни и на тысячи. Их очень много.

— И все заслуживают смерти? — удивляется Хозяин Лабиринта.

— Не то чтобы… — пожимаю плечами. — Просто их цели полностью не соответствуют нашим.

— В каком смысле?

— Их цель, как я недавно понял, это возродить своего Бога за счёт наших смертей. Так что нам в Мире такие своеобразные соседи без надобности. Вот и получается, что у нас в любом случае только взаимное уничтожение. Никаких договоров.

— Понимаю, — соглашается Хозяин Лабиринта. — Я с ними не сталкивался, но саму идею понять могу. У меня были в прошлом подобные враги — так чтобы либо мы, либо они, — задумывается на секунду существо. — Ладно, сделаю я доступ по тому же принципу, как и с твоими шаманами. Те, кто пришли с тобой, вне зависимости от того, живые они или не очень, пройдут.

— Только имей в виду, что они у меня все будут заражены вирусом. — говорю я.

— Да мне как бы это неважно, — качает головой Хозяин. — Големы не живые, им на твой вирус наплевать.

— Это правда.

— Ну вот, — соглашается голем. — Но к порталу доставишь тогда сам.

— Естественно, — говорю. — Просто не в ближайшее время. Сейчас мне нужно время кое-что понять. Я, собственно, за этим сюда и шел.

— Моя помощь не требуется? — уточняет голем Хозяина.

— Нет. — качаю головой. — Только время.

— Тогда не буду мешать. Ускорение тебе создал.

Голем тут же рассыпается песком.

Усаживаюсь поудобнее и обращаюсь глубоко в себя, к своей памяти. Давненько я тут не убирался, можно сказать. И даже сейчас ведь пришёл по делу.

Иду по своим и чужим воспоминаниям. Просматриваю замершие и сохраненные образы. Жаль, что постоянно разобрать все, что у меня накопилось не хватает времени, но я точно помню, что воспоминание матки ксеносов у меня было.

К сожалению, нормально разложены, хоть по какой-то структуре, лишь процентов десять от всех образов. От осколков моей пирамиды и законсервированных образов магов до нечеловеческой памяти матки ксеносов. И всё это осложняется тем, что даже внутри моего сознания всё перемешано. Я фактически даже не знаю, что у меня есть из воспоминаний. Точнее, знаю, но не больше чем поверхностно знаком.

А нужно осознавать, чтобы вообще уметь применять в нужное мне время.

В три потока начинаю банально перерабатывать попадающиеся воспоминания. Хотя бы каталогизирую их, даже не просматривая до конца. Основная задача — найти именно те, которые были связаны с сигнатурой погибшей матки ксеносов. Я прекрасно помню, что там было что-то про их внутреннее пространство. Специально откладывал это всё на потом, поскольку память слишком нечеловеческая, и на её расшифровку должно уйти колоссальное количество времени, энергии и сил. И, конечно же, заниматься этим очень не хотелось.

Но вот сейчас припёрло, и, к сожалению, вариантов нет. Собственно, из-за этого я и подозревал, что процесс может занять кучу времени.

Осколков воспоминаний, связанных с маткой ксеносов, у меня лежит на полжизни восприятия. Слишком много у неё было событий. Слишком не по-человечески она их воспринимает и структурирует. Поэтому даже то, что я нашёл, воспринимать приходится, будто бы на медленном воспроизведении.

Я банально не понимаю, какие это образы или связанные с ними происшествия.

Ведь, поверхностно, точно помню, что это воспоминание было. Я даже его пытался осознать, что помогло мне в понимании, где сейчас находится Игорр.

Память настолько чуждая, что прямо постарался забросить воспоминания в дальние дали.

Но в конечном итоге, раз знаешь, что именно в этой куче есть нужная тебе монета, то, как бы она ни пряталась, найти её всё-таки получится. Собственно, это у меня и происходит. В воспоминаниях нахожу конкретную технику — именно глиф открытия этого пространства или попадания в него. Пока непонятно, какое из двух действий он выполняет, а может быть, и то и другое. Вычленить его всё-таки не получается. Для ксеносов, по идее, это одно и тоже действие.

И ведь не сказать бы, что глиф очень сложный. Только без почти бесконечного объёма пси, который я могу пропустить через себя его и воплотить… Да, даже на уровне развития вполне себе устойчивого А-ранга я вот не смог бы себе такого позволить. А вот с огромным дополнительным пространственным карманом — вполне. Я смогу достаточно долго поддерживать концентрацию, как свою личную, так и концентрацию потока пси, чтобы глиф мог открыть пространство или, как минимум, забросить меня внутрь него, что, в общем-то, примерно одно и то же. Она этот процесс не разделяла. Ну и я не буду.

Вываливаюсь из внутреннего пространства сознания.

— Много времени прошло? — уточняю у Хозяина Лабиринта. Всё-таки я практически задействовал все три потока на какое-то время, чтобы отыскать именно это воспоминание среди тысяч очень похожих.

— Около трёх часов, — заявляет голем.

Примерно прикидываю. В любом случае, с большой вероятностью, вокруг меня нет никого, но проверить не мешает. Одним из потоков касаюсь разумов своих големов и получаю фактически объёмную картинку вокруг. Ксеносов рядом нет ни одного, чуть подальше появились рабочие, а так, нет никого, представляющего опасность. Накидываю невидимость и скрыт, и выхожу в мир.

Возмущение пространства я всё-таки создаю, и на меня тоже начинают реагировать тем же самым образом близлежащие существа. Отдаю команду големам, и эта пара ксеносов прекращает своё существование.

Спокойно отправляю сигнал сороконожкам и впихиваю монструозный объём псионики во всё тот же многострадальный глиф. Некоторое время ничего не происходит, просто пространство вокруг меня начинает активно насыщаться энергией пси, практически так же, как это было в пещере матки. И плотность, кстати, тоже очень похожа. Видимо, именно для этого данный глиф большей частью и предназначен.

Сам переход, по идее, почти волевой. Секунду, две, три, десять цепляюсь сознанием за ощущение пространства ксеноса. Плотность нарастает, и, как только она становится близкой к третьему или четвёртому поясу, словно сменяется картинка. Оказываюсь внутри красновато-чёрного пространства.

Здесь нет ничего, даже поверхность под ногами скорее является данью восприятию, чем реально существующей твердью. Чёрно-красные всполохи вокруг и довольно забавная замершая композиция за моей спиной. Интересно, что внутри псионика у меня тоже работает. И работает на удивление стабильно.

Что там за стенками этого пространства — не представляю. Я практически так же себя ощущаю, как и в гнезде ксеносов: когда ты внутри, можно что-то делать, но вот что происходит снаружи, ты точно не видишь. Хотя интересно, что големов я своих чувствую. Возможно, именно