Тимоти Зан - Выбор завоевателя

И тут инопланетянин наклонился и поднял лазерный карабин.

На мониторе с краев появились два дула штурмовых винтовок «оберон» — миротворцы в поле обзора наблюдательной камеры взяли на прицел вражеского солдата.

— Ничего себе — не осталось духу! — произнес Такара.

Холлоуэй промолчал. Скажи он хоть слово — и заговорят «Обероны», и все будет кончено. У миротворцев хватит времени взорвать вход на сейсмостанцию, завалить его камнями и землей, и тогда угроза «Цирцее» будет устранена. В этой войне уже погибли многие, а если Мелинда права, то смерть еще семи джирриш враги особо серьезно не воспримут.

Но если Мелинда права и в том, что вся война — огромная ошибка…

Инопланетянин поднял оружие к плечу, направил ствол вниз и неуклюже поплелся к двери.

— Взять на прицел, — скомандовал Дагген. — Если начнет палить — бейте на поражение.

Джирриш добрался до выхода и замер. Какое-то мгновение он просто стоял, держа оружие в руке, но ни в кого не целясь. Холлоуэй принял решение:

— Холлоуэй на связи. Никому не стрелять.

— Сэр? — спросил Дагген.

— Ты меня слышал, — ответил Холлоуэй. — Не стрелять, пока другая сторона не откроет огня.

— Подполковник, мы же тут совсем на виду, — напряженным голосом сказал Дагген. — Если будем дожидаться, пока он стрелять начнет, половину группы потеряем.

— Это приказ, сержант. — Холлоуэй переключился на канал аэрокаров. — Аэрокары, Холлоуэй на связи. У кого-нибудь есть исправный внешний громкоговоритель?

— Аэрокар-один, сэр, — сразу же пришел ответ. — У меня есть.

— Эриксон, я хочу, чтобы вы подлетели к поселению джирриш, — сказал Холлоуэй. — Не быстро, это не атака. Просто дрейфуйте туда, как сержант Яновец четыре дня назад. Но постарайтесь не приближаться к белой пирамиде.

— Есть, сэр.

— Крейн, дай двойную картинку, — приказал Холлоуэй, не смотря в лицо Такаре. — Группу Даггена и аэрокар.

— Неужели я это слышу наяву? — пробормотал Такара. — Мы до сих пор не знаем, что случилось с Яновцем.

— Я должен кое-что проверить, — сказал Холлоуэй, глядя на монитор. Один аэрокар покинул свою позицию и осторожно двинулся к неподвижной линии вертолетов. Пока они только висели в воздухе, экипажи наблюдали, не открывая огня. — Хочу выяснить, насколько их командир склонен к переговорам.

Такара фыркнул.

— Кас, это же завоеватели, — напомнил он. — Такое прозвище переговорами не заработаешь.

— Возможно, — кивнул Холлоуэй. — С другой стороны, они позволили команде Даггена уйти восвояси, когда мы в прошлый раз пытались добраться до сейсмостанции. Такая снисходительность тоже завоевателям несвойственна.

— Если они вообще засекли наших, в чем я сильно сомневаюсь, — проворчал Такара.

Вертолеты перестроились. Один направился с фланга к аэрокару. Холлоуэй затаил дыхание, но чужой вертолет не открывал огня. Он пошел параллельным курсом, предостерегающе направив орудия на машину миротворцев.

— Спокойно, Эриксон, — сказал пилоту Такара. — Никаких резких движений.

Холлоуэй посмотрел на шкалу дальномера в нижней части изображения на экране.

— Все, дальше не надо, — сказал он Эриксону. — Сделайте медленно несколько кругов над этой точкой и переключите громкоговоритель на меня.

— Да, сэр. Мегафон ваш.

Холлоуэй мысленно пожелал себе удачи.

— Командир войск джирриш, к вам обращается подполковник Холлоуэй из корпуса миротворцев. Мы захватили семерых ваших солдат. Я хочу попросить кое-что у вас в обмен на их возвращение.

Такара, нахмурившись, посмотрел на него:

— Я думал, ты хочешь их допросить.

— Я передумал, — ответил Холлоуэй. — Крейн, мне нужно контрастное увеличенное изображение ситуации с группой Даггена. Вход на сейсмостанцию — до малейшей детали. Можешь сделать?

— Попытаюсь, сэр. — Крейн снова защелкал клавишами, деля экран монитора группы Даггена надвое. На одной половине быстро возник черный прямоугольник дверного проема и тут же превратился в загадочный узор из черно-белых мазков.

— Стоп! — Холлоуэй наклонился, присматриваясь к пятнам. Если хоть часть услышанного Мелиндой от призрака — правда…

Вот он! Подполковник обнаружил контур, призрачную фигуру, почти невидимую даже при максимальном разрешении камеры. Однако в силуэте безошибочно узнавался джирриш, подплывший откуда-то сбоку к темному проему входа. Одно из пятен на входе шевельнулось, и на обычной картинке джирриш повернул лазерный карабин дулом к земле. Затем призрак исчез так же внезапно, как и появился.

Такара присвистнул:

— Черт побери! Она была права!

— Похоже на то. — Холлоуэй почувствовал, как мурашки бегут по спине. Подумать только — настоящие призраки…

— Сэр, докладывает аэрокар-два, — сказал Крейн. — Подкрепления, шедшие к противнику с юга, остановились.

— Подтвердить.

— «Мокасиновые змеи» подтверждают, подполковник, — ответил Крейн. — Вражеские подкрепления занимают позицию в ста сорока трех метрах к югу от объекта.

— Может, они другую лазерную пушку ставят, — предположил Такара.

— Никаких подтверждений тому нет, сэр, — сказал Крейн. — Похоже, они просто ждут.

— Подполковник, я кое-что засек, — послышался голос Эриксона. — Какой-то шум на внешних микрофонах…

Послышался треск, несколько секунд в наушниках слышался только фоновый шум. Затем, когда усилители очистили эфир, послышался далекий механический голос. Тот же самый голос, насколько мог судить Холлоуэй, что был в записи, которую успел передать сержант Яновец прежде, чем его передатчик замолчал.

— …Джирриш. Ваши предложения?

Холлоуэй включил свой коммуникатор.

— Ваши солдаты могут вернуться живыми и здоровыми, — сказал он. — Но они должны оставить все оборудование и вооружение, которое принесли с собой.

Он опустил коммуникатор, не сводя глаз с увеличенной картинки. Через несколько секунд на ней возник призрак, который жестикулировал руками, стреляя бесплотным языком. На другой картинке Холлоуэй видел, как ему отвечает живой джирриш, точно так же выбрасывая и пряча язык. Другой джирриш, шатаясь, встал на колени, и первый прервал разговор с призраком, наклонившись к солдату, чтобы обменяться несколькими фразами. Стоявший на коленях джирриш тоже стрельнул языком, и первый снова повернулся к призраку, возобновив разговор. Он снова наклонился к другому джирриш, затем опять выпрямился.

— Не понимаю, почему старейший просто не передвинется ко второму, — проговорил Такара.

— А он не может, — ответил Холлоуэй. — Обрати внимание: стена входа на прямой линии между этой точкой и ближайшей белой пирамидой. Старейшие не могут проникать сквозь металл.