Наследник - Валерий Листратов

— Ваша задача не состоит в том, чтобы их убивать, — уточняю. — С мелкими тварями справятся мои подчинённые. Ваша задача — не упустить их души, и души крупных существ, чтобы они не могли перенести информацию о нас. Тогда во-первых, есть шанс, что нас особенно не заметят, а во-вторых — ваши привязанные духи смогут многое вынести — чем дольше нас будут не замечать, тем больше смогут вынести из этого боя.

— Что именно наши духи смогут получить? — уточняет старик.

— Насколько я видел духов Доржата, они просто жрут души ксеносов. Те будут сильно ослаблены после ритуала и после убийства тела. В нормальной ситуации они каким-то образом уходят на перерождение внутри Роя, передавая информацию матке, а значит и боевым ксеносам. А ваши духи что-то с ними делают такое, что они туда не попадают. По крайней мере, я именно так вижу эту ситуацию.

Доржат кивает несколько раз за время рассказа, но он как раз, с таким подходом уже сталкивался.

Старикан кивает тоже, как будто это все вообще нормально, и переводит на Доржата взгляд.

— А что ты на меня так смотришь? Максим всё хорошо расписал, так всё и есть, — кивает Доржат. — Мои напарники очень хорошо развились на предыдущем призыве. — смотрит на меня. — Правда, о том, что там тысячи этих существ, ты не говорил.

— Более того, я могу сказать, что там тысячи очень опасных существ, — отвечаю. — Они сейчас заражены вирусом, и, если честно, я не хотел бы вас с собой брать. Я говорю с вами только потому, что обещал.

— Нет, мы должны быть здесь, — жёстко говорит старикан, хотя двое его спутников уже с некоторым напряжением прислушиваются к моим словам. Не то чтобы они боятся, но некое беспокойство там появляется.

А вот спутникам Доржата вообще все мои слова безразличны.

— Так, а тогда зачем нужны мы? — спрашивает один из шаманов старика.

— Что бы на месте определиться, какой формат работы будет адекватным. Я не уверен, что один мой отряд там хоть что-то решит. — качаю головой. — Монстров слишком много, действительно много. Уничтожить всех одновременно я просто не смогу.

— А чего не хватает? — скрипит старик.

— Если бы внимания хватило, то, скорее всего, смог бы. А так — они успеют исчезнуть из мира, а потом вернутся, когда никто их ждать не будет. Так делать нельзя — опасно. Поэтому, именно бой. Насколько я знаю, ксеносы не отступают пока противник вроде как малочислен. И не уходят из боя. Так что именно бой и ваша возможность окончательной гибели для этих существ — бесценна. Нужно их перемолоть, и именно с вашей помощью. Иначе, они вернутся, и нам всем это не понравится.

Кроме того, по хорошему, шаманы ко мне именно напросились. Я бы без них, скорее всего, смог бы пробраться через пески к нужной мне точки намного быстрее.

То, что я говорю правду, шаманы чувствуют, и после слов о возможности уничтожить всех ксеносов самостоятельно, восприятие меня стариком и его помощниками резко меняется. В их отношении ко мне добавляется некоторое уважение.

А вот то, что вирус сделан мной, через что я и могу, по-идее уничтожать существ десятками, пусть и не мгновенно, я, пожалуй, говорить не буду. Да и по-идее, то, что я недавно научился и сам развоплощать души, говорить тоже не буду. С тем числом существ в Рое, что примерно видел, и какое, так же примерно, осознаю зараженными, я просто не справлюсь за приемлемое время. Не на месяцы же мне поселиться в пустыне?

— Наша задача — разведка? — уточняет старик.

— Не совсем. — чуть качаю головой. — Ваша задача отработать наше общее взаимодействие и не пустить на соединение с Роем душ убитых. Мы можем так долго оставаться незамеченными. Но цели уничтожения всей агломерации я пока не ставлю. Нас катастрофически не хватает на такую деятельность.

Доржат на эти слова неожиданно усмехается.

— Что-то случилось? — удивляюсь.

— Нет. Может потом сам увидишь. — качает головой. — Да, увидишь, не переживай.

— Ладно. — Оборачиваюсь опять на старикана. — Вы с нами?

— Вы думаете, есть вариант ответить «нет»? — усмехается морщинистой сливой старикан. — Если он и есть, то я о нем не знаю. Так что да, Максим. Выдвигаемся.

По коридорам шаманы пробираются на удивление ловко. Разве что, для всей группы мне приходится зажигать свет. Всё-таки моего ощущения пространства у них, конечно же, нет.

Никого не приходится ни спасать, ни подгонять, и даже Монгуш двигается как молодой, не принимая помощи. Да и его младшие шаманы эту помощь даже не предлагают.

Двигаемся мы немного помедленнее, чем пробирался я.

Шаманам в пещере неуютно, и здесь дело не только в том, что подземелье — это давящее пространство. Я почти уверен, что неуютно даже их духам. Экранирование энергии мира просто так не проходит. Думаю, что и шаманы это чувствуют.

Те двое, которые с Монгушем меня встречали у Змея, вообще идут с определённой обречённостью, постоянно поглядывая на Доржата и его спутников. Всё-таки, похоже, этот выход для них значит что-то важное, потому что если бы не это, эта тройка даже не спустилась бы вниз. Да и сам старик идет за мной как в последний путь. Словно принимает решение и готов к любому исходу.

А вот Доржат и его спутник относятся по-другому — просто как к нужной работе. Ровно. Без надрыва.

В общем, очевидно, старик должен был сюда попасть. Да и, на самом деле, их объяснение, что мне нужно всячески помогать, не выдерживает никакой критики. Кто я для них? Совершенно неизвестная фигура. Ну, может, потомок того, кто им важен… Ну и все. Это не причина идти в самоубийственный поход, даже не выяснив обстоятельств.

А вот если принять за предположение, что это важная точка для какого-то развития — не важно какого… Может быть, провидец их сказал, например, что спутники того-то и того-то, которые пошли туда-то и туда-то, в будущем, условно, достигнут чего-то важного для них? А почему нет? Вполне пойдет как причина.

Или духи приказали… А. нет. Вот это вряд ли. Может, разве что попросили… но все равно, рисковать? Ну не знаю. Провидец все же более вероятен. Раз они его уже упомянули.

Я не знаю, как работают провидцы, и ни с одним из них не сталкивался, хотя слышал уже о двоих. Логика подсказывает, что любые пророчества должны быть хоть и узнаваемыми, но с довольно обтекаемыми формулировками. Иначе не могли бы существовать ни