Мама ама криминал - Ник Вотчер

Это оказалось труднее, чем я думал. Пришлось полностью сосредоточиться на процессе, из-за чего я чуть не влетел в главу службы снабжения. Женщина шарахнулась в сторону, одарив меня гневным взглядом.

— Я никого не отпускал! Заседание будет закончено тогда, когда я скажу!

— Прошу прощения, но, судя по тому, что я вижу, дело идёт к драке. Ни о каком конструктивном диалоге в таких условиях речи идти не может. Стоит ли продолжать этот бала… это заседание?

Мой тон, на контрасте с Беловым, звучал удивительно спокойно. И он это осознал. Иначе, чем объяснить, что он не то, чтобы покраснел, а стал аж бордовым. Я даже на пару секунд поверил в то, что его хватит удар, и все мои проблемы исчезнут вместе с ним.

Но нет. Он смог взять себя в руки. И, глядя на меня взглядом, полным ярости, громко произнёс:

— Заседание окончено! Все свободны!

Мы с Вороном поспешили на выход. Следом потянулись остальные. Как-то так получилось, что рядом с нами оказался Бармлей. И несмотря на то, что он всем своим видом показывал крайнюю степень возмущения, его глаза оставались холодными и цепкими. Словно он просто… играл роль взбешённого и оскорблённого самовлюблённого Игрока. А на самом деле это было не так.

— А где Ваш питомец? — ко мне пробился один из «ветеринаров».

— Какой ещё питомец? — я сделал вид, что не понял его.

— Дракон! Нам сказали, что он очень опасен, не поддаётся контролю и его нужно срочно изолировать.

— Боюсь, что Вас ввели в заблуждение, — произнёс я с деланным сочувствием.

— У Вас нет питомца?

— Есть.

— Дракон?

— Ну, в будущем. Пока это милейшее создание размером с овчарку. И смею Вас заверить, никакой опасности для окружающих она не представляет.

— Да? Но почему не поставили её на учёт? Не зарегистрировали?

— Увы, я просто не успел. Но обязательно сделаю это в ближайшее время, не беспокойтесь.

— Но мы должны…

— Мы спешим, — отрезал я.

Ворон оттёр возмущённого «ветеринара» плечом, а дальше нас взяли в «коробочку» три топа. Бармалей при этом так и продолжал идти рядом со мной.

— И что Иваныч в тебе только нашёл, — задумчиво произнёс топ-2.

— А причём тут Пётр Иванович? — не понял я.

— Я про Сиволапова, — Бармалей посмотрел ан меня как на дурака.

— Если тебе это действительно интересно, спроси у него лично, — пожал я плечами. — Правда, это не так просто сделать. Хотя… после сегодняшнего, думаю, Белов сделает всё возможное, чтобы организовать тебе эту встречу.

Бармалею мои слова явно не понравились. Он резко остановился и схватил меня за плечо.

— Руку убери, и больше так никогда не делай, — процедил я.

— А то что? — нагло ухмыльнулся Бармалей.

Я положил сверху ладонь и попытался оторвать его лапу от своего плеча. Учитывая, что он шёл путём воина и вкидывал всё в физические характеристики, у меня ничего не получилось.

На лице Бармалея возникла снисходительная улыбка.

— Да не тужься ты, всё равно у тебя ничего не получится.

— Думаешь? — я вернул ему его ухмылку, понизил Вторжением его Силу уже на одиннадцать пунктов, и на столько же повысил свою.

Зрачки Бармалея расширились от удивления, когда я сжал его пальцы и медленно оторвал их от своего плеча. После этого я принялся сжимать их, пока он не скривился от боли. И только тогда я отпустил его руку.

Как по мне, получилось весьма показательно. О чём свидетельствовала тишина вокруг нас. Выражение лица Бармалея сменилось со снисходительного на задумчивое.

— Интересный фокус, — сказал он, пристально глядя мне в глаза.

— Я тебе не Белов, которого, как ты верно заметил, посадили на его место. Я своё взял сам. Я не собираюсь с тобой ссориться, Бармалей, но и тебе советую не переходить границы. Мы с тобой не друзья и даже не приятели.

— Ты оказался прав, Ворон, у него действительно есть яйца, — коротко хохотнул Бармалей. — Но я должен был проверить лично. Мало ли, вдруг ты просто решил приукрасить достижения своего начальника.

Я вопросительно посмотрел на Ворона, но тот в ответ просто пожал плечами.

— Ты прав, Археолог, мы не друзья. И не факт, что станем ими, — Бармалей смотрел на меня без улыбки, и в его глазах не было ни капли того безумства, которое он демонстрировал в зале. — Но никто не мешает нам быть союзниками. По крайней мере, пока установим тут свои правила.

— Свои правила? — переспросил его я. — Это какие, интересно?

— А то ты не понимаешь? — вопросом на вопрос ответил он, но потом всё же начал перечислять, загибая пальцы. — Понизить отчисляемую в Гильдию долю, сформировать свой совет из топов, которые знают, что такое Разломы, сформировать фонд для покалеченных и убитых, проработать систему поощрений и наказаний, урезать права главы… — это всё лишь малая часть того, что мы хотим изменить.

— «Мы?»

— Да, недовольных нынешним положением вещей много.

— Да ты никак решил устроить революцию, Бармалей?

— Я не собираюсь никого свергать и брать власть в свои руки. Мне это не интересно. Мне, главное, чтобы никто не мешал делать нам нашу работу.

Я замолчал, обдумывая его слова. Ситуация складывалась интересная. С одной стороны, я не особо доверял его словам. Да, они звучали логично, но… я не чувствовал искренности. Он словно шпарил по писанному. Говорил то, что был бы готов услышать каждый Игрок. Вдобавок, как по мне, топы довольно хорошо устроились в складывающейся системе, где сила решает всё, а слабые просто существуют для того, чтобы их использовали.

С другой стороны, Бармалей был единственным, кто открыто выступил против Белова. Пускай и в своеобразной, даже грубой манере, играя роль взбешённого варвара, за которой, как оказалось, скрывался холодный расчёт.

— Что ты предлагаешь? — спросил я напрямую.

— Поговорим? — Бармалей кивнул в сторону выхода из здания. — Только не здесь. Слишком много лишних ушей.

Мы с Вороном переглянулись, и я едва заметно кивнул. Мы вышли из здания Гильдии и направились в сторону сквера у набережной. Бармалей шёл впереди, и я обратил внимание, что изменилось не только его поведение, но даже походка. Исчезла та показная развязность, которую он демонстрировал на совещании. Его движения напоминали уверенную, экономную поступь хищника. Того, кто привык постоянно быть на чеку и реагировать на любые угрозы и опасности.

В сквере было пусто. Только несколько человек на лавочках наслаждались последними тёплыми деньками. Кусты уже стояли голыми, а деревья, казалось, вот-вот сбросят последние листья. Мы уселись на свободную лавочку, откуда хорошо просматривалась