Александр Зорич - Пилот на войне
— Рота! Рота осназа! У вас под носом! Это еще удивительно, что всего пять диверсий за месяц! — Генерал вновь сорвался на крик. — Удивительно, что у вас, полковник, партизаны не ампутировали что-нибудь ценное! Вы бы и тогда стояли здесь с некомпетентным видом?! Что вы смотрите?! Что вы глазами хлопаете?! Вы представляете, на что способна рота осназа?! Вы представляете, что с вами сделают там…
Палец в потолок.
— …когда узнают, что здесь, в глубоком тылу, работает целая рота?! Вам нечего сказать?!
О, полковнику было что сказать. И о том, что вражеский осназ вырвался из Кирты, а значит, это генерал его прошляпил, а никак не он. И что его гарнизон — это обычная пехота, не егеря и даже не полицейский спецназ, обученный справляться с диверсантами, о чем он не раз докладывал. Что наряда сил едва хватает для контроля за ключевыми объектами и патрулирования города. И еще много чего. Но он молчал.
В заключение ашвант Кирьяш приказал вычистить Нерскую губу за трое суток.
— И это последний срок! Никаких! Больше! Оправданий! Я передаю вам батальон «Атурана»!
Полковник мысленно поклялся, что в случае провала он подаст по инстанции такой рапорт, что на фронт с понижением в должности полетит не один.
Подземная база была обустроена со вкусом. Невозможный лабиринт ходов вывел к огромному залу: внизу — озеро, а над ним…
— Включайте фонари, парни! — скомандовал Пино. — Теперь можно.
Свет сотни нашлемных фонарей внезапно отразился, преломился и заиграл на сплетении громадных кристаллов, выраставших из стен и вонзавшихся в озеро подобно мечам великанов.
Природное чудо за миллионы и миллионы лет выковало молочно-белые клинки, размеры которых варьировались от десятка сантиметров до полусотни метров. Из центра озера к потолку устремлялся настоящий гигант — огромная сплюснутая четырехгранная пирамида не менее ста метров длины. Мириады искр горели на ее снежной поверхности и на растущих у ее основания кристаллах-лезвиях с зеленоватыми вкраплениями.
— Охренеть, — выдохнул кто-то из пехотинцев, и Ахилл-Мария вынужден был согласиться.
— Так вот где ты провел юные годы, друг мой. Я в восторге, — послышался тихий и непривычно лишенный ехидства голос Дока Фарагута.
— Это еще что! Тут глубина метров тридцать, так что камешек куда больше, чем кажется! — Салман указал на него стволом автомата с такой гордостью, словно он сам его вырастил.
— И всё так же болезненно увлечен размерами, — хмыкнул Док. — Я вовсе не о центральном кристалле, а о пейзаже в целом.
— Я думал, такое бывает только в декорациях старого синема… вроде этого сериала… как его, «Тропы Галактики», во! — сказал один из ополченцев.
— Ну что, парни. — Салман игнорировал поступившие комментарии. — Добро пожаловать на базу, в Пещеру Мечей! Совсекретное убежище осназа ГРУ ВКС, между прочим. В любое другое время, окажись мы здесь, нас всех обязательно вывели бы в расход… Ха-ха-ха! Шутка! Давайте, скафандры вглухую, в колонну по два и за мной шагом марш. Нам по дну озера еще метров триста — и мы дома. И фонари не выключайте, иначе потеряетесь.
База, имевшая столь представительную прихожую, оказалась чередой простых каменных залов искусственного происхождения у подножия километровой скалы на берегу моря.
Внутри были оборудованы казармы, склады боепитания, продовольствия и медикаментов, медбокс, энергоблок, а также небольшой оперативный центр, к которому дель Пино запретил даже подходить.
— Все равно кодов у вас нет. И не дай бог, если вы что-то активируете случайно! Застрелю. У базы полно внешних средств слежения, в том числе активных, которые клоны могут в два счета засечь по сигнатурам, — после чего демонстративно запер дверь.
База имела три входа-выхода, но тот, через озеро, оказался ближайшим к тайге.
Как только закрылись гермодвери бункера, ополченцы заметно приободрились и повеселели. Особенно порадовало их разрешение снять скафандры, остохреневшие за многодневный путь.
— С ума сойти! — воскликнул один парень, явно из студентов. — Говорят, осназ в этих штуках в рейды по месяцу ходит, не снимая! Как только выдерживают!
Салага обозрел сложенные у его ног доспехи.
— Ерунда, — ответил случившийся рядом МП с нашивкой старшего сержанта на кармане поддевки. — Ты бы посмотрел на старую химзащиту, в которой нас по тревоге гоняли! Жарко в ней, как двум кроликам, которые забрались потрахаться в противогаз!
Дело было в казарме, где раздевались все, невзирая на чины. Казарма — самая обычная, даже стены зашиты пластиковыми панелями. Освещение, правда, подкачало — люминофорные полосы под потолком освещали разве что сами себя. Но Салман обещал вскорости запустить геотермальную электростанцию и дать полноценный свет.
Он тоже был тут, внушая почтение своей могучей тушей в шрамах самого устрашающего вида.
— Товарищ командир, разрешите вопрос? — спросил ополченец, прыгавший на одной ноге, силясь выбраться из штанины комбинезона.
— Разрешаю, Востриков. — Пино аккуратно сложил части скафандра в рундук подле нар.
— Откуда у вас такой шрам, товарищ командир? — Указующий палец прогулялся от ключицы до резинки трусов, где пузо Салмана украшал чудовищный ожог.
— Не поверишь, баллон с окислителем потек, вот мне за шиворот и накапало, — не моргнув глазом, соврал тот.
— Не может быть!
— Мо-о-ожет! Вон, у доктора спроси, — кивок в сторону военврача. — Он меня лично штопал.
— Да-да, молодой человек. Это случилось на ангарной палубе рейдера… э-э-э… «Лихтенштейн», — поддакнул доктор. — Древнее такое корыто. Там едва не каждый день что-то горело, взрывалось и так далее. Я этого мощного старика на себе в медотсек выносил.
— А вам медаль дали? — Другой новобранец смотрел во все глаза на пару могучих старцев.
— Не пори херни, Алексашин! — усмехнулся Пино. — Обоим повезло, что по жопе не дали!
— Но почему?
— Потому что это флот, Ваня! — последовало исчерпывающее объяснение.
Ахилл-Мария успел сменить белье на армейское из пакета, пахнущего фабрикой. Он в очередной раз подивился, как Пино запоминает салажат. Для него они слились в единый ком из юных лиц, отросших ежиков всех мастей и тонких кадыкастых шей.
— А теперь — всем в душевую! Дежурства потом распределим. Ну, чего вылупились? Направо по коридору, последняя дверь! Марш! Ахилл, Просперо, вы задержитесь, есть разговор.
Разговор был важный. По делу. Предстояла вылазка в город. Нужны были люди, умеющие бутафорить, носить грим и вообще знавшие жизнь. Оба эрмандадовца хоть и контр-, но все же разведчики, так что вариантов не было.