Владимир Поселягин - Маг. Начало

Я, как и другие ученики, жил в башне, где были сосредоточены лаборатории, библиотеки и тренировочные полигоны с замагиченными стенами, чтобы ученики там могли тренироваться и не разнести замок. Де Курье с женой, детьми и дворней жил в другой башне, там было два десятка комнат, большой гостевой зал для балов и другие помещения, включая кухню и обеденный зал. В принципе, крохотный замок, даже казарма была рассчитана всего на сорок солдат. Не скажу, что здесь постоянно захватывали такие замки, но, говорят, бывало. Правда, с нашим пока ещё ничего подобного не случалось, хотя де Курье жили в нём уже восемнадцать лет.

Доски моста даже не скрипнули, когда я пробегал по ним в темноту арки. Оказавшись в небольшом дворе замка, я успел лишь заметить начальника охраны, ругавшего двух своих подчинённых у входа в казарму, как мне пришлось перекатом уйти в сторону, и там, где я только что был, зазвенели сталью два метательных ножа, а мастер мечей ле Он уже доставал из-за спины оба своих парных клинка. Несколько необычное и непривычное начало тренировок, но… попляшем.

После переката я подскочил к телеге, которую ремонтировал конюх, и, подхватив прислонённую к его борту оглоблю, развернулся, отбивая первый удар и обходя телегу, чтобы она стала препятствием между мной и мастером, не дав ле Ону добраться до меня. Такие тренировки для дворни были привычны, разве что пяток стражников из отдыхающих вышли из казармы и, заняв зрительские места на солнечной стороне двора, стали наблюдать за нашей схваткой, изредка комментируя увиденное.

Естественно, дерево, да ещё незамагиченное, недолго продержалось против стальных лезвий замагиченного оружия, и через десять секунд у меня в руках остался лишь обрубок, отчего пришлось отскакивать от телеги, на которую одним прыжком запрыгнул ле Он, и искать другое средство защиты. Крутился я по двору, уходя от сабель мастера, не имея при себе даже ножичка, пока мне не попался на глаза у кузни железный лом, который, похоже, только что выковал наш кузнец.

Подхватив эту одиннадцатикилограммовую железку, я стал крутить ею над головой, не давая мастеру приблизиться. Мне не нужно тут победить, главное – подольше продержаться, но почему-то сейчас ле Он особенно страстно желал добраться до моего тела. Поэтому пришлось придумывать, как его отвлечь. Так что вёдра, корзины и другая мелочь, что попадалась мне под ноги, летела в мастера, который легко избавлялся от этих мелких препятствий.

Через несколько минут, когда, отбиваясь, я задом по ступенькам каменной лестницы поднимался на стену, тот вдруг остановил свою «мельницу» и, убрав клинки за спину в ножны, улыбнувшись, сказал:

– Три минуты против меня продержался.

– С учётом того, что раньше мне и минута недоступна была, прогресс, – кивнул я, выравнивая дыхание и с облегчением плюхаясь пятой точкой на ступеньку. Последние секунды я держался на одной силе воли.

– Именно поэтому я считаю, что экзамен пройден, и объявляю, что заканчиваю твоё обучение… мечник, – сказал вдруг ле Он.

– Какой ещё мечник?! – возмутился я, вскакивая. – Да мне ещё учиться и учиться!

– Мастер сам видит, готов его ученик или нет. Ты готов к принятию ранга мечника… Идём.

Мы спустились во двор, где собрались все жители замка, включая хозяев, и при них мастер мечей ле Он во всеуслышание объявил, что закончил моё обучение. Те, как и я, не верили в происходящее, ну не бывало на Тории таких молодых мечников, самому молодому из известных было пятнадцать лет, да и то он был сын дворянина и обучался с трёх лет, а тут раз – и я достоин!

На глазах публики ле Он поднял руку, на одном из пальцев которой сверкал серебряный перстень, символ мастера мечей. От этого перстня отделился другой, полная копия, только зелёная. Я знал, что это перстень ученика, закончившего обучение. Чтобы подтвердить свою квалификацию, я должен был по очереди сразиться с тремя мечниками и вывести бой хотя бы на ничью, чтобы перстень перестал быть ученически зелёным и принял вид медного. После этого я уже официально становился подтверждённым мечником.

Подойдя ко мне, мастер надел мне на палец перстень, который тут же ужался по размеру, и под крики радующейся толпы поднял мою руку. А я стоял, несколько глуповато и растерянно улыбаясь, всё ещё не до конца осознавая, что всё, моё обучение закончилось, и принимал поздравления. Только когда подошли де Курье с супругой и детьми, я понял, кто поспособствовал моему быстрому повышению. Де Курье благодарно кивнул родственнику.

Вообще-то это было странно. Мастера мечей никогда не шли на поводу у других людей. Пока они сами не решали, что ученик готов, ни на какие посулы не поддавались. У них были свои кодексы. Мечник, как я уже говорил, самый низкий ранг профессионального воина, именно воина, брать учеников он не мог. Новоиспечённому спецу его учитель в звании мастера меча вручал магический артефакт древних в виде перстня, символ мечника, зелёного цвета, какой я и получил. Всего перстней было три вида по рангам мастерства: медный у мечника, серебряный у мастера мечей и золотой у гранд-мастера мечей. Эти древние перстни были редкостью, так как технология их изготовления была утрачена, но у ле Она был настоящий перстень, который мог выделить копию себя для ученика мастера. Именно поэтому за активацией артефакта-кольца и копированием я смотрел с жадным интересом, изучая переплетения магического конструкта древних. Таких перстней осталось очень мало, так же мало я о них знал, но и то, что знал, хватило, чтобы понять, какие это серьёзные артефакты.

Кажется, я это уже говорил, но повторю. Фактически воины, которые их носили, были убийцами магов, так как перстни защищали воинов от атак магов, а так как те магически ничего с ними сделать не могли, то превращались в жертву. Поговаривают, даже архимаги не могли совладать с воинами, имеющими подобные перстни. Именно поэтому в гвардиях правителей есть такие воины, да что – есть, их там большинство, вдруг снова бунт магов, как это было шестьсот лет назад? А с магами могли совладать только они.

Конечно, бывали и всякие проходимцы, что носили поддельные кольца, но в случае если настоящий мечник такого обнаружит и распознает в нём вруна, то тому не жить, вызов на бой, можно сказать, официальная дуэль, и впоследствии – труп проходимца. Таких не жалели.

Это всё промелькнуло у меня в голове одной длинной мыслью, больше всего я был ошарашен тем, что знал: перстня я не достоин, однако он сжался, зафиксировавшись на пальце, и сам подтвердил, что я ношу его по праву. Или тут какой-то фокус, или мастер мне лгал, что я неуч и ни на что не гожусь. Что-то одно.

– А теперь всем праздновать! – громко провозгласил маг, и все направились в обеденную залу хозяйской башни.