Ник Кайм - Падение Дамноса

Отложив магнокль, Ларгон поинтересовался:

— И как мы будем туда прорываться?

— Не в лоб, это точно. — Вернувшись к действительности, Сципион поднял из памяти расположение множества проходов, ведущих через холмы к артиллерии некронов. Помимо вездесущих боевых групп рейдеров, там также находились более крупные элитные воины, а периметр патрулировали полуэфемерные духи. Линии обороны противника формировал ряд концентрических окружностей, в центре которых и располагалась батарея тяжелых орудий. Словно металлические часовые, безмолвно и недвижимо возвышались шеренги воинов и элитов, в то время как духи постоянно то исчезали, то вновь материализовывались. «Достаточно отдать им приказ, и они так и будут стоять на месте, пока не сгорит Галактика и Вселенной не придет конец», — подумал Сципион. Орки обычно беспрестанно бранились и устраивали потасовки, чужаки-тираниды обозначали свое присутствие мерзким шипением, а орды Предателей в экстазе заводили богохульные песнопения — и только эти бездушные машины окружала абсолютная, ужасающая тишина. Даже несмотря на серьезную психическую гипнообработку Адептус Астартес, все это давило Сципиону на нервы.

— Можно попробовать провести отвлекающую атаку, чтобы оттянуть на себя часть их солдат и дать Страбо и Иксиону возможность нейтрализовать орудия.

Вороланус лишь покачал головой в ответ на предложение Ларгона.

— Их слишком много, и они даже не пошевелятся. Какие бы протоколы ими ни управляли, их задача — оборонять пушки, и на нас они не поведутся.

Он уже достаточно насмотрелся на некронов, на их действия, тактику и логику мышления, чтобы понять — их невозможно убедить или принудить к чему-либо. Лишь прямой и точный приказ мог заставить механоидов сменить линию поведения. И каким-то образом Ультрамаринам, высадившимся в Холмах Танатоса, предстояло найти способ это сделать. Если ключом ко всему было устранение лидера некронов, то впереди их ожидало еще много работы.

Сципион сощурился, всматриваясь в отдаленные силуэты артиллерийских установок врага.

— А что ты думаешь об этом?

Ларгон вновь прильнул к магноклю, пытаясь получить лучший обзор. Взгляд его помрачнел.

— Неприступно.

— По земле нет никаких путей?

— Нужны канонерки и «Лэндспидеры», — ответил Ларгон.

— Жаль, что все они остались на борту «Возмездия Валина», — добавил Ортус.

Пока батарея тяжелых орудий функционирует, не только Келленпорт будет подвергаться нескончаемой бомбардировке, но и Антарон Хронос не сможет высадить свои танки. При таком раскладе ни на какую воздушную поддержку передовым силам Ультрамаринов рассчитывать не стоило.

— Какие будут приказы, сержант? — спросил Ларгон, нарушив повисшее гнетущее молчание.

Голову Сципиона переполняли сомнения.

— Возвращаемся в лагерь. Затем двинемся вглубь вражеской территории. Должен быть способ обойти эти пикеты, не попадаясь им на глаза.

Вороланус обнаружил Тигурия в одиночестве вглядывающимся в бесконечную ледяную пустошь. Снег метался под порывами пронизывавшего бесплотную тундру шквального ветра, словно пришедший в неистовую ярость арктический дьявол.

На морозе щеки, нос и лоб библиария покрылись инеем, однако он этого словно не замечал. Глаза его были широко раскрыты, но разум находился в глубоком трансе. Сципиону потребовалось несколько секунд, чтобы осознать это, после чего он затих и с почтением стал ждать.

— Прямой путь вглубь Холмов для нас закрыт, — проговорил Тигурий, при этом даже не обернувшись, — и мы еще не обнаружили их лидера.

Сципион внезапно почувствовал себя совершенно беззащитным перед тем даром предвидения, которым обладал библиарий. «Неужели читать мои мысли настолько просто?»

Тигурий повернулся к Вороланусу, счищая ледяную корку со своего лица.

— Твое настроение любой сможет прочесть.

— Да, у меня все на лице написано. Мне следует позаботиться об этом после нашего возвращения на Ультрамар.

— Восхищаюсь твоим оптимизмом, брат Вороланус. Ты считаешь, что наша победа здесь предопределена?

Сципион изо всех сил старался не съежиться под проницательным взглядом библиария. Он не думал, что Тигурий будет копаться у него в мыслях, но исключать такой возможности он тоже не мог.

— Нет, я так не считаю. Нам еще никогда не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Уверен, что самые суровые испытания ждут нас впереди.

Тигурий лишь кивнул.

— Да, я… — Внезапно он опустился на землю, так и не договорив до конца.

— Господин! — Сципион бросился на помощь библиарию. Тот обхватил голову руками и закричал, содрогаясь в ментальной агонии.

Воздух наполнил едкий запах гари. Сципион увидел, что из глаз Тигурия буквально вырываются разряды электричества, а силовой доспех библиария раскалился от бушующей психической энергии. Из-под керамитовых пластин стали подниматься струйки дыма. Схватившись за свой жезл, библиарий попытался выпрямиться и отвести хотя бы часть энергии от себя.

Даже сквозь латные перчатки Сципион чувствовал жар. Кожа на пальцах начала тлеть, но он продолжал держать Тигурия, не обращая внимания на боль.

— Господин, — прошипел он сквозь сжатые зубы. Позади них ударная группа Ультрамаринов готовилась выдвигаться, и бойцы даже не подозревали о происходящей здесь беде.

Но, когда Сципион был уже готов разжать руки, поток губительной энергии, сразившей Тигурия, стал постепенно ослабевать. Уже через несколько секунд он исчез окончательно, и библиарий вновь смог встать на ноги.

— Они знают, что мы здесь. — Тигурий с трудом пытался отдышаться. Дым из его рта быстро улетучивался на морозном воздухе. — И что мы намерены делать.

Сципион взглянул в сторону вражеских позиций, размышляя, насколько они далеко.

— Что же они предпримут в ответ?

Тигурий посмотрел прямо в глаза сержанту. Воролануса встревожило беспокойство, что явно читалось во взгляде библиария.

— Ничего. Они ничего не будут предпринимать.

— Что? — нахмурился Сципион.

— Они уверены, что все наши начинания здесь тщетны и что у нас нет ни единого шанса на победу. — Тигурий облизал губы, и на какое-то мгновение, когда библиарий схватил его за плечо, Сципиону показалось, что тот сейчас вновь потеряет равновесие. — Я сумел коснуться их разума. Неизмеримо более древние, чем мы, они считают этот мир своим. Они жаждут вернуть его себе, уничтожить нас, искоренить здесь все живое. Дамнос обречен.

— Вы… вы говорили с ними?